Повод.

-Привет. Дергается, замирает и не смеет пошевелиться. Секунда, вторая, ничего. Она оборачивается, чтобы снова начать шевелиться. Не он. Совсем не он, даже не похож. Но это только внешность, а вот голос, манера разговаривать, заставили поверить, что жив. - Ты мой кошмар, - шепчет девушка, ускоряя шаг, чтобы не слышать, не оглядываться, не вспоминать. Сколько прошло? Год, два, пять. Все время кажется, что свободна, но нет. Стоит лишь увидеть капитана, невольно сравнивает цвет его волос не со снегом, а кое с чем поопасней, хитрым, скользким и терзающим душу каждую ночь. - А нет, они были не белоснежные, там все в серебре, - шепчет брюнетка, сжимая ткань юкаты. Костяшки белеют, выдавая всю злость. А ночью, пока в поместье все спят, будет бить ими об пол, раздирая до крови еще незажившие царапины. И снова все бесполезно. Даже вымотанная и уставшая, она видит его. Тогда, призывает силу своего занпакто, замораживая комнату, покрывая все инеем и открывая седзи нараспашку. Теперь можно успокоиться. Пусть, кожа покрыта мурашками, а снежинки запутались в темных прядях, пусть теплый пар скользит по губам, но так он ближе. Почему-то ей кажется, что ему всегда было холодно. Лунные свет отражается на замерзших кристалликах, переливаясь всеми цветами радуги. - Привет, Рукия-тян, - шепчет девушка, закрывая глаза и набирая в руки снег. Слезы текут по покрасневшим щекам, скользят на оголенную шею, оставляя за собой тонкий слой льда. Но шинигами не обращает на это внимания. Боится пошевелиться. Потому что вроде рядом, вроде чувствует его тяжелую ладонь на своей макушке, а еще аромат хурмы. Как же она ее ненавидит! Наверное, поэтому купила целый ящик. - Хочешь, я спасу тебя? – шепчет Рукия, дотрагиваясь пальцами до лезвия. – Хочу, Гин, я так этого хочу. Порезалась. Теперь струйка крови стекает по металлу, окрашивая в красный. Затем, соскальзывая, не удержившись, падает на снег. До безумия холодно, даже губы посинели, но девушка не собирается прятаться под теплым одеялом, сбегать из собственной ловушки. - Глупая Рукия-тян, всегда ищет повод для смерти, но не ищи его в моих словах. Кучики вздрагивает, когда слышит этот голос, когда так явственно чувствует его прикосновения к своим волосам, а затем горячее дыхание в области шеи. - Рукия-тян, решила заморозить собственного брата? Не получится, - бубнит Гин. Она хочется развернуться в его сторону, убедиться, что не сошла с ума. Но он не дает, заставляет смотреть лишь вперед, где сад уже укатан снежной пеленой. - Гин, - тихо выдыхает она. - Наш маленький секрет, не правда ли? Называй меня по имени почаще. И еще, - его губы касаются ее щеки. – Холодно, - тянет он нараспев, отстраняясь. Девушка оборачивается, но никого в комнате уже нет. Да и был ли? Может, очередное видение? Рукия опускает на колени, хватаясь за голову. Снова слезы. Странно так. Раньше она не плакала так много, а сейчас... Только через несколько секунд, когда луна полностью осветила ее комнату, брюнетка замечает следы на снегу, а еще пропажу того самого ящика хурмы. - Гин, - девушка подходит к месту пропажи, но там лишь листок. «В следующий раз, прошу два. Хурмы много не бывает, знаешь ли. Но это наш секрет, Рукия-чан»