Чувство родства

Они летели на Корускант. Люк бездумно смотрел в иллюминатор. Чувства немного притупились и юноша чувствовал только печаль. Печаль по прошлому, которого не вернуть. Сегодня он был один — отец ушёл, сказав, что у него дела. Потому Люк и сидел здесь, в этой каюте, смотря в иллюминатор и думая. А думать было о чем. Люк Скайуокер думал о прошлом. О том, как встретил маленького дроида с посланием принцессы Леи. О дяде и тёте, которые погибли. О Бене Кеноби, который солгал ему. О Хане Соло, который мог бы стать его другом. И об отце. Если бы он взорвал Звезду Смерти, Лея была бы жива. А вот отец… вряд ли. Как странно — теперь ему приходится выбирать: отец или Лея. И оба почему-то одинаково сильно дороги ему. Были. Люк невесело улыбнулся. Лея мертва. Теперь у него остался только отец. И он сделает все, чтобы не потерять его. Все. И даже больше.

***

— Дарт Вейдер, примите мои поздравления, — голограмма Императора слегка дрожала: плохая связь. Но главное виделось чётко — Палпатин улыбался. — Восстание подавлено. И мятежников ждёт суд. — Да, Учитель, — он привычно склонил голову. Но внутри дрожит одинокая струна. И Император это чувствует. Для Силы не существует расстояния. — Ты взволнован, — Император говорит спокойно и даже не заинтересовано. Но взгляд… он режет острее ножа. Вейдер выпрямляется, глядя прямо перед собой. — Да. Один повстанец… я заберу его себе. — Почему? — Палпатин не зря был Императором столько лет. Он сразу почувствовал подвох. — Его зовут Люк Скайуокер, — и все. Больше сказать нечего. Дарт Сидиус сразу понял, в чем тут дело. Люк Скайуокер. Сын Энакина Скайуокера. Все просто. И в то же время сложно. — Тогда… ты должен привести его ко мне, — Палпатин остро взглянул на ученика. Будет ли он повиноваться? — Хорошо, Учитель, — Вейдер снова склоняет голову. Хотя в Силе не слышно его эмоций. Закрывается. — Я буду ждать, — голограмма гаснет. Дарт Вейдер медленно распрямляется. Он не отдаст своего сына Императору. Но пока не время воевать. Может, ещё удастся все решить миром?

***

— Ух, ты! — Люк с восхищением смотрит вниз. Вейдер его понимает: для татуинского фермера вид столицы действительно поразителен. Он усмехается и слегка выворачивает штурвал. Его личный истребитель послушно закладывает вираж. А вид Корусканта становится ещё величественнее. — Отец, а где ты живёшь? Мы полетим туда? — теперь сын смотрит на него. Голубые глаза, так похожие на его собственные, наполнены ожиданием и предвкушением чего-то… необычного? — Нет. Сначала мы встретимся с Императором, — он увидел страх в его глазах. Мальчик… боялся? Почему? Он постарался спросить помягче. — Люк. Почему ты боишься? — Я не боюсь, — Люк отвернулся, смотря на пролетающий внизу город. Теперь его красоты совсем не волновали его. Он чувствовал нарастающее напряжение в груди. — Просто… Лея и другие говорил о том, что он плохой. Что он тиран. — Тебе надо самому понять, какой он, — про себя Тёмный Лорд подумал, что повстанцы не далеки от истины. Хотя… он все же не стал бы служить плохому правителю. А быть тираном не всегда плохо. — И, к тому же, ты мой сын. А, значит, обязан знать Императора. — Хорошо, — Люк вздохнул, чувствуя, что тревога понемногу отпускает его. В конце концов, рядом будет отец! Он не позволит, чтобы Император причинил ему зло. — Вот и молодец, — Дарт Вейдер уверенно повел истребитель к личной площадке у Императорского дворца. Сегодня все решится.

***

— Император, — Палпатин смотрит, как ученик привычно становится на одно колено и склоняет голову. Внешний знак почтения. Но в Силе эмоций не чувствуется. Упрямый гордец. Но сейчас императора интересовало совсем другое. Рядом с учеником стоит он. Люк Скайуокер. Светловолосый и голубоглазый юноша, действительно очень похожий на отца. Глядя на то, как он неуклюже кланяется, Палпатин думает. Как поступить? — Лорд Вейдер, — он кивает обоим. Дарт Вейдер распрямляется и теперь смотрит прямо на Императора. И тот знает, чего он ждёт. Палпатин слегка улыбается. — Я рад, что ты нашёл сына. Это просто невероятная удача. — Да, — Вейдер слегка наклоняет голову. И Палпатин чувствует его гнев через Силу. — Ведь я думал, что он умер. «Вот оно!» Император был готов к претензиям — ведь именно он сообщил когда-то ученику о смерти Падме Амидалы. — Я действительно не знал о том, что ребёнок выжил, — он сожалеюще качает головой. И отмечает про себя удивлённое выражение на лице Люка — тот явно не понимает, о чем они говорят. Значит, отец ему ещё не рассказал. Палпатин обращается прямо к нему. — Видишь ли, молодой Скайуокер, именно я рассказал твоему отцу о смерти твоей матери. Она была беременна. — Но… почему тогда я жив? — Люк ошарашен. Император знал его мать? Знал о её смерти? — К сожалению, я не знал, что джедаи смогли продлить её жизнь до твоего рождения. Тебя спрятали от отца и от меня. Люк задумался. Джедаи… теперь действия Бена открылись ему совсем в другом свете. Почему-то Бен хотел убить его отца. И даже Люка настраивал против него. Скайуокер почувствовал гнев: как он посмел! — Я не знал, — юноша сжал кулаки. Его переполняли эмоции. Рядом шевельнулся отец и Люк почувствовал неожиданное спокойствие. Отец явно воздействовал Силой. Юноша благодарно улыбнулся. — Тебе многое предстоит узнать, молодой Скайуокер, — голос Императора снова привлёк его внимание. Люк взглянул на него — Палпатин улыбался. Он неуверенно улыбнулся в ответ. Император оказался совсем не таким, как он его себе представлял. — Учитель, Люк не повстанец. Он присоединился к ним по незнанию, — спокойный голос Вейдер нарушил концентрацию Палпатина. Он медленно моргнул и перевел взгляд на ученика. Сила клубилась вокруг Вейдера. Гнев, злость, решимость — он чётко транслировал свои эмоции, не скрываясь. Ситх понял — ученик не отступит. В таком случае… — Очень хорошо, лорд Вейдер, — кивнул Император, благожелательно улыбаясь. Судя по всему, Вейдер понял. Тяжёлая аура вокруг него пропала. — Я надеюсь, что мы ещё увидимся, юный Скайуокер. Все. Аудиенция окончена. Палпатин задумчиво смотрит вслед отцу и сыну, пока они не скрылись за дверью Малого зала приёмов. Он улыбается — Люк Скайуокер. У мальчика очень хороший потенциал. И, что важно, доверие к нему.

***

Вечер на Корусканте. Люк заворожено смотрит на закат — закаты на этой планете ничуть не хуже закатов Татуина. А в некоторых отношениях даже лучше — без вездесущего песка и удушающей жары. Юноша стоит на балкончике. Резиденция (по-другому не скажешь) отца действительно впечатляла. Высокое здание, оснащённое самыми современными техническими средствами. Люк улыбнулся, вспомнив об этом. Да, отец тоже любил разную технику, как и сын. От этого маленького факта он еще сильнее проникался чувством родства. — Люк, ты будешь стоять там всю ночь? — это отец. Он недавно покинул камеру для медитаций и, похоже, хочет снова видеть его. — Я иду, подожди! — Люк бросает последний взгляд на городской пейзаж. Теперь у него будет много таких вечеров. Но, самое главное, теперь у него есть отец, который его любит и который о нем заботится. И он не жалеет о той цене, которую пришлось за это заплатить. Лея, Хан, Биггс… теперь они были только маленькими эпизодами прошлой жизни. А в настоящем был Дарт Вейдер, его отец. Люк Скайуокер с надеждой смотрел в будущее, оставив прошлое позади.