Недоразумение

— Как неудобно-то… — прикрыв красное, как плащ Супермена, лицо ладонью, шепчет Стайлз. Дерек, стоящий рядом с ним, полностью солидарен и до той же степени растрепан, как и подросток, но его собственный стыдливый румянец теряется где-то глубоко под недельной щетиной, а слова, застревая глубоко в горле, заставляют поморщиться, словно он лимонно-луковый фреш с медом натощак пил и битым стеклом закусывал, а не прохлаждался в уютном полумраке кинотеатра каких-то минут двадцать назад. — А мне что прикажете делать? — осведомляется рассвирепевший, как бык в комнате, увешанной алыми тряпками, шериф. —  Сделать устное предупреждение? Поздравить с публичным каминг - аутом? Выколоть себе глаза, как вариант? Пресвятые мученики, как развидеть то, что мне Перриш на камеру снял? — Мне очень жаль, что так получилось, сэр, — прокашлявшись, решается прервать его тираду Дерек.- Это все — одно ужасное недоразумение. И Хейл не лукавит. Это действительно чудовищное недоразумение, начинавшееся как обычное киносвидание. Дело в том, что у Дерека и Стайлза сегодня годовщина их отношений. Год назад, когда стая альф ушла в туман, мертвые были преданы земле, а живые осознали, что нужно двигаться дальше, Стайлз первым сделал шаг к сближению с вечно хмурым и брутальным Дереком. Их первое свидание, по сути, таковым являлось сугубо формально: Стайлз спросил, Дерек согласился. (Как тут не согласиться, когда беззащитный пацан в клетчатой рубашке признается, что после ногицуне, боится находиться в полутьме, а в кинотеатре как раз «Зимнего солдата» показывают и ему до дрожи в ногах хочется пойти, но в залах обычно выключают свет, так что вывод напрашивается один). Дерек кивает на этот полувопрос, потому что слышит сердце парня (что вполне очевидно, с его-то волчьими примочками), но больше этого стаккато, он верит собственным глазам (не зря же присматривал через окно за бывшей тысячелетней лисицей месяц, отмораживая причиндалы, сидя на дереве). Приключения Капитана Америки захватывают обоих, как ни странно. И когда Стайлз беззастенчиво плачет над эпизодом, где Зимний Солдат не отзывается на собственное довоенное имя («Кто, черт возьми, такой Баки?»), горячая шершавая ладонь Дерека накрывает его холодную и узкую, а сильные руки притягивают к широкой груди через подлокотники, игнорируя водопад из попкорна, перевернутого в процессе. Стайлз успокаивается и немного отстраняется, впиваясь взглядом в губы сидящего рядом с ним вервольфа, а тот, проявляя поистине недюжинную прозорливость, наклоняется и делает то, чего от него ждут — целует Стайлза первым. Они не говорят об этом до самого дома, срываясь на язык кустистых бровей с сурдопереводом, потому что все понятно и запутано одновременно. Дерек отмирает на пороге комнаты подростка, неожиданно притягивая его к себе, буквально впечатывая в мускулистое оборотничье тело, терзая пухлые губы настойчивым поцелуем.

***

С того вечера они практически не расстаются. И дело не в страхах Стайлза. С появлением в его жизни первого бойфренда, парнишка становится спокойнее, собраннее, а шалости приберегает для горизонтальных упражнений на смятой двумя телами постели. Не то чтобы Дереку было интересно все это подростковое девичье дерьмо и розовые сопли, но он стремится быть хорошим парнем, поэтому устраивает Стайлзу второе киносвидание сам, в честь полугодовой даты с дня начала отношений (звучит бредово и до тошноты романтично). Стайлз горит нетерпением и предвкушением, так что не замечает, что до начала сеанса минута, а зал абсолютно пуст. («Бегущий в лабиринте» в прокате уже пару недель и ажиотаж немного спал, но не до такой же степени!). Свет гаснет, а они во тьме зала абсолютно одни. Дерек забирается руками под неизменную клетчатую рубашку своего парня, дразня и лаская. Это не их первый раз, но ощущения гораздо ярче, словно они оба превращаются в комки оголенных нервов. Смесь противоречивого желания сделать «это» в общественном месте и страха быть пойманными будоражит мозг. Стайлз обвивает Дерека всеми конечностями, как тропическая лиана, скулит, насаживается на растягивающие его зад пальцы, жадно всасывает в себя сначала язык Дерека, а потом его головку, причмокивает, стонет, кричит, когда пальцы нетерпеливого вервольфа прицельно толкаются в простату, а чуть позже — от того, что мощный член втрахивает его беспомощную тушку, перегнутую через спинку кресла, в обивку из искусственной кожи, а шершавая сильная ладонь надрачивает разбухший и ноющий побагровевший член парнишки в такт движениям внутри. Сеанс заканчивается после их третьего или четвертого захода (похоже, Стайлзу удалось опытным путем доказать, что оргазм отключает его гениальные математические способности). Дерек успевает привести в порядок себя и своего парня, вытереть потеки спермы со всех поверхностей влажными салфетками, прежде чем в зале зажигается свет. — Ты как? — осведомляется Дерек, умываясь в туалете кинотеатра. — Это было круто! — разводит руками Стайлз.- Я так вытрахан, что еле на ногах стою, будто два часа тренировался по полю для лакросса от канимы убегать. Да если бы у всех был такой личный тренер, как ты, мои любимые «Метс» стали бы чемпионами! — Предлагаешь мне натянуть всех членов твоей любимой команды? — подмигивает ему Дерек.- Боюсь, за два часа я не управлюсь. А вот с тобой за то же время — вполне. Стайлз пихает его локтем под ребра и хохочет. — Ты выкупил этот сеанс ради того, чтобы потрахаться со мной? Сумасшедший! — присасываясь к губам бойфренда, ошалело шепчет он. — Сумасшедший у нас Питер, а я влюблен, — поправляет его Дерек, нежно ероша отросшие волосы парня. —  Если будешь слушаться, сделаем это в кафе или в баре, прямо на столе, Бэтмен. — Бэтмен у нас ты, — тычет его пальцем в грудь раскрасневшийся Стайлз.- Хотя нет, ты даже круче, потому что у него только куча бабла, бэтмобиль и бэтпещера, а у тебя что? Целый личный заповедник, когти и клыки, супернюх, суперслух, встроенное ночное альфавидение, мегачлен, деньжата Питера и полный автомобиль бет. В смысле, их у тебя в машине трое было. «Автомобиль бет» звучит почти как «бэтмобиль», правда? Но самое главное — у тебя есть я! — Бэт — бойфренд? — насмешливо уточняет Дерек.- Судя по тому, что мой бэт — сюрприз пришелся тебе по душе, повторим когда-нибудь. Обещаю.

***

Стайлз привык верить Дереку на слово, поэтому узнав о билетах на показ второго «Дивергента», так удачно совпавшего с их годовщиной, он буквально истекает слюнями в предвкушении. Ясно, зачем Дерек тянет его в кино. История Трис и Фор тронула вервольфа еще меньше, чем похождения вампира и отмороженной Бэллы, так что намерения Дерека предельно понятны. Задолго до появления Хейла, обещавшего заехать за ним, Стайлз методично растягивает себя, закупоривает уже подготовленную дырочку силиконовой пробкой (подарок Дерека на День Влюбленных) затаривается влажными салфетками и смазкой, моет голову и раз восемь переодевается, стараясь подобрать одежду, которая максимально легко снимается. Ему отчаянно хочется сэкономить как можно больше времени, чтобы результат сегодняшнего свидания превзошел предыдущее. Именно поэтому, прорвавшись в зал за десять минут до начала сеанса, он с ходу набрасывается на яростно сопротивляющегося (м-м-м, что-то новенькое!) Дерека, сдирая с себя футболку и начинает надрачивать его член, приспустив собственные джинсы для облегчения доступа. Дерек мычит в поцелуй и пытается отбиваться, услышав, как Стайлз выдергивает пробку с пошлым хлюпаньем и сразу же насаживается на его каменный стояк. Вчерашний девственник выплясывает покруче участников фестиваля ирландских народных танцев, нанизанный на член оборотня, как бусинка на проволоку, подводя того к разрядке, когда в зал входит несколько человек. Дерек пытается остановить или хотя бы прикрыть своей курткой обнаженного Стилински, замечая в руках одного из посетителей кинотеатра нацеленный на них телефон. Присмотревшись к горе-оператору, Дерек узнает в нем помощника шерифа Перриша. Как говорится, звездец подкрался незаметно, хоть виден был издалека. Прибывшие по звонку Перриша сотрудники полиции пакуют неудачников Хейла и Стилински в знакомую до боли патрульную машину и доставляют в участок. — Что же мне с вами делать? — Стилински-старший изображает растерянность, а затем решительно и строго заявляет: — Чтобы вы усвоили, что прилюдно сношаются только собачки, отправитесь убирать за ними в питомник, а чтобы больше устраивать порно свидания не повадно было, станете драить вольеры в весьма интересных костюмах. Мы тут контрабанду для секс — шопа изымали недавно и много прелюбопытнейших вещиц обнаружили… — Это точно какое-то чудовищное недоразумение, — рассматривая в зеркало костюм сексуальной монашки, жалуется Стайлз. —  Папа же не мог … — Мог, — мрачно констатирует факт Дерек, облаченный в прикид шаловливой горничной.– Ты разве не видел записку на пакете? — Какую записку? — настораживается Стайлз. Дерек молча сует ему в руки клочок бумаги, бывший некогда испорченным протоколом о правонарушении. На нем, четким официальным почерком шерифа выведено: «Улыбайтесь: вас снимает скрытая камера!». Стоящий за окном Перриш салютует им видеокамерой.