Песнь цветов

Немного прохладный осенний ветерок с легкостью перекатывал песчинки на морском берегу. Чистый солоноватый воздух приятно холодил кожу. Размеренный шум накатывающих на берег волн довершал картину полного покоя и умиротворенности. Эту идиллию нарушали только редкие крики чаек, да шумная возня двух мальчишек на берегу. Худенький высокий мальчуган лет пяти со звонким смехом, проворно перепрыгивая через маленькие барханы прибрежного песка, очень ловко убегал от своего преследователя. Его белоснежные локоны развевались на ветру, словно фата невесты, то скрывая худенькие мальчишеские лопатки полностью, то взметаясь ввысь к небесам. Второй мальчик, лет четырех, напротив, был низеньким и пухленьким. Черные волосенки собраны в высокий хвост, но несколько непослушных прядей вырвались из плена заколок и все норовили попасть ему в глаза. Он резко откидывал их с лица, недовольно сводя к переносице густые темные брови, и сосредоточено стремился вперед, догоняя худенького сорванца. В отличие от блондинчика, он был немножечко неуклюжим, еще не утратившим милой детской пухлости, и не мог с легкостью преодолевать песчаные преграды. Пыхтя и сопя, он взбегал на барханчики и, словно колобок, скатывался вниз, но каждая попытка догнать оказывалась проваленной. В конечном итоге брюнету это надоело, он остановился, тяжело дыша, сжал свои маленькие кулачки и капризно топнул ножкой, но блондинчик, тоже остановившись поодаль, только звонко рассмеялся и показал язык. Взвизгнув от злости, младшенький грохнулся на коленки, уперся ручонками в песок и зарычал. Сразу же его ручки удлинились, пальцы вытянулись, превращаясь в лапки. Задние конечности тоже преобразились, а еще добавился массивный хвостик. Лицо вытянулось и перевоплотилось в звериную мордочку. И вот уже маленький трансген начал свою охоту. Как только звереныш двинулся вперед, блондин сорвался с места, значительно ускоряясь. Все это время за милой возней мальчишек наблюдали двое мужчин, расположившихся чуть поодаль на шезлонгах. Губы широкоплечего блондина растянулись в довольной улыбке, а разноцветные глаза, наполненные счастьем, не отрываясь следили за сорванцами. Его спутник, напротив, любовался блондином, лишь иногда бросая взгляды на мальчишек. - Ал, - мужчина тихонечко позвал блондина, нежно поглаживая его ладонь. - Да, - оторвавшись от детей, он наконец-то взглянул на своего спутника. – Что такое, любимый? - Я уезжаю, - грустно сказал тот. - Я знаю, - не переставая улыбаться, ответил Ал. - Завтра. - Я знаю. - Откуда? – искренне удивился брюнет. - Боже, Гарт, ты как маленький ребенок! – звонко рассмеялся Ал. – Я как-никак, один из лучших аналитиков твоей части. Мне по должности положено все знать. Хотя, если честно, мне бы очень хотелось тебя сопровождать. - Нет, - сразу же, отрезал Гарт, нахмурившись. – Ты никуда не поедешь. - Умм, - капризно поджав губки, начал канючить Ал, - господин полковник, пожалуйста, возьмите меня с собой. Ну пожалуйста. - Ал, ты больше никогда не будешь участвовать в боевых операциях, даже не проси. Ты ведь не можешь защитить себя сам. - Почему не могу? Могу! - Нет, не можешь. Тебя защищают цветы, но не ты сам. Ведь ты по-прежнему не можешь убить живое существо, так? – Получив согласный кивок, продолжил. – Кстати, а почему ты так в этом уверен? Твой папа ни о чем таком не знает. Только лишь слова этого пирата… - Гарт, Бобигейл никогда не желал мне зла, потому что он тоже был Дитя Воздуха. Я же тебе уже говорил, - поморщился от досады, ведь опять приходиться возвращаться к этому разговору. - Знаешь, как-то с трудом верится в то, что эта безобразная туша когда-то была таким же милым мальчиком, как и ты. - Представь себе, был. Он попал в плен к пиратам, но приглянулся главарю пиратского корабля и даже родил от него троих сыновей, а потом эта мразь убила его мальчиков. В общем, Бобигейл прикончил его собственными руками, и Мать-Природа наказала, изуродовав тело. Не говори о нем плохо, ведь он меня спас. - Ну да, ну да. Как скажешь, дорогой, - разговоры о Жабе-Бо всегда раздражали Гарта, но больше всего раздражало то, что Ал постоянно его защищал. - Пойми, в доме своих отцов я рос, словно оранжерейный цветок, заласканным, наивным и слабым. Бобигейл не просто защитил меня от своих подчиненных, а научил выживать, стремиться к цели, бороться. Если бы не его школа, то я никогда бы не напросился к тебе в группу, не попытался бороться за свою жизнь. Да что говорить, я никогда не смог бы простить тебя. - Но ведь простил? А еще и полюбил… - Как же я мог не полюбить человека, ставшего отцом моих детей?! Посмотри на наших мальчиков, они так прелестны и беззащитны. - Ага, особенно Терикториан, когда трансформируется. Коготки и клыки делают его таким беззащитным-беззащитным, - рассмеялся полковник. В этот момент он был беззаботным и таким счастливым. Да, он очень любил своих мальчиков, и не только сыновей, а прежде всего мужа. Подобные мгновения, когда семья собиралась вся вместе и могла вот так спокойно посидеть на берегу моря или лесной опушке, случались крайне редко, и Гарт научился ценить это. - Все равно они милые. Ой! – Ал поморщился и замер с гримасой боли. - Что такое? Плохо? Больно? Врача? – мгновенно с лица полковника слетело все веселье и расслабленность. Он с искреннем беспокойством потянулся к мужу. - Да дерется просто. Явно хулиганом будет, - пытаясь успокоить мужа, вымученно улыбнулся Ал. При этом руками он начал нежно оглаживать свой огромный живот. Гарт тепло улыбнулся, присел перед ним на корточки, приподнял полы рубашки Ала вверх, оголяя его живот. Сквозь туго натянутую мраморную кожу просвечивалась паутинка голубых венок, делая живот невероятно красивым. Не удержавшись от такого соблазна, Гарт начал покрывать его поцелуями, вырисовывая одному лишь ему известные узоры. Легкая нега охватила блондина, вынуждая его прикрыть глаза и раствориться в удовольствии. Но увы, эта идиллия была не долгой. Вопли сцепившихся мальчишек заставили Гарта оторваться от мужа и идти разнимать драчунов. Ал аккуратно поднялся из шезлонга, поддерживая и поглаживая свой живот. Тридцать шестая неделя беременности добавляла все больше дискомфорта, и ему ужасно хотелось прилечь, вот только его мальчики не спешили. Муж разнял сорванцов и что-то тихо им выговаривал. Удивительно, но Гарт, будучи грозой не только их управления, но и необъятных просторов космоса, дома вел себя иначе, никогда не повышая голоса, даже несмотря на все выходки детей. Сейчас, дождавшись, когда младшенький Терикториан прекратил трансформацию, велел им собираться домой. Сам же подошел к Алу и нежно обнял. Тот в свою очередь сразу положил голову на плечо мужа и уткнулся в шею, глубоко вдыхая такой родной и любимый запах. - Устал? – скорее утвердительно, чем вопросительно произнес Гарт, поглаживая белоснежную голову. – Пойдем в отель, а то скоро Зоя приедет, и опять будет ворчать, что ты слишком долго гуляешь. Обняв одной рукой мужа за раздавшуюся талию и подхватив корзинку с остатками пикника, они неторопливо направились к отелю. Уже в миллионный раз Гарт спрашивал себя, за что же ему такое счастье, но не находил ответа. Под его ладонью вполне ощутимо толкнулся малыш, и Ал тут же болезненно зашипел: - До сих пор не могу понять, как вам с Зоей удалось уговорить меня рожать еще одного малыша. - Что такое, дорогой? – притворно удивился полковник. - У нас есть Анареней – Дитя Воздуха, а Тери – трансген. Зачем нам еще один? Я даже не знаю, кем он будет. Обычно мужчины моего народа, родив ребенка крови мужа, останавливаются. - Ну, во-первых, чтобы Зое было с кем нянчиться и у неё не оставалось свободного времени, иначе из-за её постоянной опеки ты не сможешь спокойно работать. А во-вторых, когда ты беременный, то такой сексуальный. - Сексуальный? Особенно, когда пузо выше носа. Да? Гарт… - недоверчиво взглянул на мужа и, увидев его улыбку, звонко рассмеялся. – А если серьезно? - Я люблю тебя и хочу, чтобы у нас была большая счастливая семья. Я же вижу, ЧТО для тебя значат наши мальчики. Они такие… такие… необыкновенные. Хотя, если честно, думал, что Анареней будет другим. - Каким другим? - Ну, более нежным и беззащитным. Если верить рассказам твоего папы, то… - Это если Дитя Воздуха воспитывать в соответствии с традициями, - Ал бесцеремонно перебил мужа. – А если учесть, что воспитанием наших детей по большей части занимается воинствующая химера, то и результат соответствующий. Извини, но Зоя не знает, что такое «розовые сопли». - О да, я прекрасно помню все её угрозы в мой адрес, если не дай Бог обижу тебя. - Милый, неужели ты этого боишься? - Её угроз – нет, а вот твоего отца – да. Испить чашу люпия до дна – это страшно. - Думаешь, он выполнит свою угрозу? - Но ведь Асхила заставили выпить эту отраву. - Моего бывшего жениха постигла эта страшная участь, потому что он, прежде всего, предал имя Жреца, а не потому, что бросил именно меня. - Зная твоего отца, не могу с тобой согласиться. Ладно, хватит о плохом. У нас еще есть два часа в запасе, давай немножечко отдохнем. Так, в обнимку, они и дошли до маленького уютного бунгало, где обосновались на эти два дня отдыха. А совсем скоро им опять придется окунуться в работу, вернувшись в расположение части – Цветочный остров. Именно так и называли их часть, даже вышестоящие руководство, ведь разнообразию цветов, растущих на территории части, мог позавидовать любой ботанический сад. Никому и в голову не могло прийти запретить это безобразие, ибо все помнили о великой разрушительной силе Песни цветов и надеялись, что более никогда не прозвучит этот мотив. Конец.