Невинная и дерзкая

Дом Паков уже трясётся от постоянной игры в догонялки. Детство неожиданно заиграло в пятой точке, хотя, какое тут детство, когда Чонгук открыто до Пака домогается, а ему быть изнасилованным никак не хочется. Чимин просто никак не может понять, что за ним охотится не какой-то там омега из состоятельной семьи, а его истинный, что само собой доказывает странные погонялки тут и там. Девиз Чонгука по жизни: не надо стесняться - только тогда ты сможешь получить, что тебе нужно, даже применяя своеобразные способы достижения цели. Только теперь они с Паком в ещё более худших отношениях, чем были, потому что Чимин совсем боится этого извращенца с подходящей ему кличкой «Дьявол». Они должны что-либо поменять, потому что Судьба-матушка свела этих двух вместе и теперь ожидает от них хоть какого-то прогресса. Но пока этого прогресса совсем не видно, кроме тех мимолётных поцелуев и, так скажем, недодрочки от младшего. Тогда Чонгук превосходит самого себя в уверенности и смелости, просто сделал тем самым только хуже. Кажется, все в доме знают, что Гуки как бы истинный Чимина, кроме того самого, а осознавать то, что постепенно приставания мелкого начинают нравиться, определённо трудно. Чонгук таскается за старшим и пытается увидеть все его черты характера и стороны. Забирается к нему под одеяло и проникает руками под свободную майку Чимина, затрагивая соски, а после получая пинок ногами в грудь. «Страх потерял, мелкий?» Но Чонгуку вообще страх не знаком, поэтому он всё также продолжает играться со своим «котёнком?». А Чимин и правда на котёнка похож, такой же милый, пушистый и коготки выпускает, когда злят и надоедают. Только этому котёнку уж давно пора вырасти и забыть о невинном детстве, где маленькому Чиму ещё не приходилось чувствовать эти тонкие нотки притягательного клубничного запаха. Чимину надо обо всём подумать: о том, что их семьям надо как-то сблизиться, не только по бизнесу, но и по родству, о Чонгуке, чья наглая моська хочет чего-то большего, чем просто «друзья», о чувствах к крышесносному омеге, к которому явно неравнодушен.

***

Чонгук цепляется к Чимину в тот момент, когда старший собирается пойти в душ. Гук за последние четыре дня успел попроситься вместе с ним раз пятьдесят, но старший упёртый и не собирается вертеться голышом перед ним. Только Чонгука это не останавливает. - Чиминни-хе-е-ен, можно с тобой? – Гук виснет на спине старшего, обвивая руками его шею, а ногами поясницу. Чимин не обращает внимания на брюнета и продолжает идти в душевую. Но путь заканчивается: перед глазами дверь, а омегу спихнуть как-то надо. Чимин знает, что если попросить, то он всё равно не слезет, но, как говорится, попытка не пытка, только всегда провальная в этом случае. - Чонгук-а, слезь, пожалуйста, - надежды на освобождение скованного тела оставляют желать лучшего. Младший отрицательно мычит и кладёт подбородок на плечо шатену, как бы намекая, что вообще не уйдёт отсюда, пока Чим не возьмёт его с собой. - Давай вместе, - Чон невесомо касается губами щеки Чимина. Только младшего удивляет то, что Чимин перестал смущаться на такие прикосновения, лишь вздыхает обреченно. - То есть, ты не отстанешь, так? – Гук молчит в ответ, и понятно, что это явное согласие. Чим обдумывает всё по сто-пятьсот раз и чувствует себя более уверенно, зная, что младший позже будет радоваться, как маленький ребёнок, если с ним принять душ. Будет намного мягче, и, возможно, не изнасилует Пака где-нибудь в тесном углу. Пак заходит в душевую комнату вместе с Гуком на спине и слышит это радостное попискивание. - Чимина, ты правда хочешь вместе со мной? Правда-правда? – младший сползает со спины Чима и душит в объятиях. - Держи язык за зубами. Не я хочу с тобой, а ты со мной, поэтому довольствуйся тем, что я хотя бы позволил этому сбыться. – Пак снимает с себя майку, демонстрируя шикарный торс, и ухмыляется, замечая, как у Чона слюнки текут. Чонгук следит за каждым движением своего альфы, улавливает его взгляды в свою сторону, и они ему кажутся «соблазняющими?». Чтобы Пак Чимин, который «хватит ходить голым по комнате», так сексуально смотрел и губу специально покусывал. Теперь это не в рамках дозволенного Чимину, иначе его статус «пай-мальчик» начинает трескаться. Когда на Чимине остаются одни боксеры, Чонгук вылетает из орбит и смотрит ожидающе, но раздевание прерывается. - Ты в одежде мыться собрался? – Пак нагло прижимает младшего у закрытой двери и тянет за концы футболки. – Мне тебя самому раздеть, Гукки? Описать то, как сейчас Чону хочется растечься, нельзя. Ну, возможно, это выразится всем существующим матом, потому что Чонгук вообще не верит, что сейчас это происходит не во сне, а наяву. Не с каким-то там пареньком, а именно с Чон Чонгуком. - Если сам хочешь, – Чонгук не привык к такому роду ситуациям, и вообще это у них впервые, но он продолжает играть по правилам Пака, исключая все варианты остаться отшитым. Футболка Гука летит в неизвестном направлении, позже туда же отправляются и домашние шорты с боксерами. Чонгук не чувствует какой-либо растерянности или смущения, потому что ходить в таком виде перед альфой привык. Надо же как-то возбудить это чудо, только Пак до этого не поддавался. Сейчас по-другому. Пак чувствует нарастающее возбуждение и не в силах больше сдерживаться. Чимин смотрит жалобно, берёт руку Гука и прижимает к вставшему члену через ткань боксеров. - Гукки, - целует омегу в губы и отпускает его руку. Чонгук разрывает сладкий поцелуй и снимает мешающие боксеры с шатена, после затаскивая в душевую кабинку. Включает душ, настраивая более приятную температуру воды, и снова получает поцелуй от Чимина. В этот раз такой, о каком мечтал. Грубый, с частичкой похоти. Руки омеги блуждают по горячему телу Пака. Одна рука опускается на член старшего, пальцы касаются чувствительной головки, и Чим тихо стонет в поцелуй. Чимин думает, что сегодня у него намечается секс, но внезапно Гук перестаёт играть по его правилам и встаёт на колени, пошло облизываясь и хитро заглядывая в глаза. - Только не говори, что… охх, - слова обрывает Чонгук, вбирая в рот член Пака. Чонгук ласкает у основания, заставляя Чимина кусать губы, и увлечённо облизывает и обсасывает мокрый орган. Языком нащупывает жилки, надавливая по ним кончиком языка. Чимин стонет пошло и путает пальцы в волосах Чона. Сейчас Чим не может думать ни о чём, кроме развратного Гука, который охрененно работает языком и губами, заставляя выгибаться в спине. От брюнета крышу сносит, поэтому Чимин не станет отнекиваться, когда будет повод для секса. Он будет ждать следующей течки и омегу ни в какой отель не отпустит. Чон выпускает член изо рта, оставляя за собой тоненькую ниточку слюны, и проходится по всей длине. Он знает, что Чимину хорошо до безумия, и продлевает приятный процесс, пытаясь взять член целиком. Чон вбирает снова и снова, наслаждаясь стонами старшего. Мычит, стараясь дойти до основания, но Чим гортанно выстанывает имя младшего и изливается в его рот. Чонгук быстро отстраняется, откашливается и проглатывает остатки спермы альфы, облизывая влажные губы. Чимин улыбается, как довольный котик, и обхватывает лицо Чона руками, целуя в нос и в губы. Чонгук встаёт на ноги и не может сдержать собственной улыбки. - Зря выделывался - столько шансов профукал, - Чон прижимается к груди альфы и чувствует ускоренное сердцебиение. - Вообще-то в душ ходят, чтобы помыться, но нам стоит почаще сюда приходить, - Чим поднимает лицо брюнета за подбородок и целует нежно, отдавая свою благодарность и накопившуюся ласку. Стадия вымышленной дружбы перешла во взаимопомощь и лёгкую романтику.