Начало нового мира

Еще солнце не успело выглянуть из-за пологих холмов, еще холодный туман, окутывая землю, низко стелился, забираясь холодным прикосновением под меховую накидку стражников. Пробирая холодом до костей. Свеча в маленькой чаше, подвешенной на цепи у входа, давно прогорела, погрузив палатку в темноту. Но даже в этом царившем полумраке Лекса видела идеальный контур губ, как мирно опускалась и поднималась грудь под шкурами. Рядом с ней свернулась клубочкам, как маленький котенок, божество с золотом волос по имени Кларк Грифин, она же Ванхеда, член совета конклава, сейчас лежала нагая под ее боком, свернувшись калачиком. В эту ночь Кларк подарила столько нежности и любви, насколько была способна. Стараясь не задевать рану. Она хотела отвлечь Лексу от плохих мыслей. Дать разрядку после боя. И Секс в этом всегда помогал. Осторожно вылезая из шкур, Лекса склонилась над спящей девушкой, нежно прикасаясь устами к ее лбу. Оставляя целомудренный поцелуй. Она могла часами любоваться на это небесное создание. Прокручивая в своей голове их первый поцелуй в шатре. Первая ночь. Тогда Лекса пустила слезу, осознавая, что ее чувства наконец взаимны, и она дождалась свою владычицу сердца. Но сейчас эта была непозволительная роскошь. Пока Кларк спала, в лагерь прибыл гонец из Полиса, доставляя важные новости для командующей. Лексе пришлось оставить теплую постель. В темноте отыскав свою темную тунику. Она пристегнула к плечу наплечник, перекинув алую накидку через руку. Вышла из платки. Где ее ждала Индра с высоко поднятым факелом. — Командующая, посланник ждет вас у костра, — отрапортовала Индра, обычным будничным голосом. После холмов и пологих у врагов, земля становилась вдруг равниной. Горизонт как бы отодвигал леса и лески на равнине. Малые рощицы и одиночные стоящие деревья. Но эта лесостепь скоро тоже поменялась на равнину, с буйно растущим папоротником и шалфеем. Кларк ехала рядом с Лексой настолько рядом, что иногда их колени невзначай соприкасались. Вызывая у обеих девушек заговорщическую улыбку или короткие взгляды, которыми они обменивались между собой. Казалось не замечая вокруг воинов, Октавию или Индру, которая старалась не смотреть в их сторону. Ее смущало поведение командующей и Ванеды. Открытый флирт, при всех? По ее мнению хеда перешла все мыслимые и не мыслимые законы этикета. Что скажут остальные члены конклава, когда узнают про любовную связь командующей и чужестранки. Поджав губы в тонкую линию, она подогнала свою серую лошадь, пятками переходя на рысь. Отъехала чуточку дальше, вырываясь вперед отрядом. Только бы не видеть эту ванильную любовь. Юноша лет 18, не больше, с копной рыжих волос, сейчас топтался, неловко вертя письмо в рука. Волосы выбивались из-под черного капюшона, непослушно лезли в глаза. То и дело приходилось убирать с лица челку. Увидев командующую в сопровождении стражников, юноша поспешно преклонил колено, опуская голову, протянул ей письмо. — Моя Хеда, послание вам от конклава, — Лекса взяла из его рук сверток пергамента. Срывая красную печать, быстро пробежала взглядом по строчкам. По мере того, как она читала, лицо становилось все мрачней и мрачней. Точно туча в грозу. Под конец, она обратно свернула письмо. Голос у девушки прозвучал сухо, с металлическими нотками холода. — Напоите лошадь гонца и дайте ему передохнуть. Но утром отправляйся обратно в Полис, передай конклаву, чтоб ждали моего решения. Лекса подобрала подол черной туники, повернулась обратно, отправляясь к себе в платку. Индра обеспокоено попыталась заговорить с командующей. Женщина-воительница прекрасно поняла, что вместе с письмом прислали дурные вести. Так просто хеду не разозлить. Значит случилась беда. — Командующая, что было в том письме? — Лекса замедлилась, от быстрого шага рана дала о себе знать острой болью. Дотрагиваясь до повязки, она отчетливо увидела кровь на своих пальцах. Рана снова начала кровоточить. — Дурные вести, Индра, мир на самом острию ножа перед войной, — произнесла она каким-то усталым голосом. Стражники подняли перед ней полог, и Лекса скрылась из виду. Кларк пробудилась от яркого света, солнечные лучи заливали всю палатку, а солнечный зайчик, весело перепрыгнув на походное круглое зеркало, угодил прямо ей в глаз. Прикрываясь рукой, Кларк протерла сонные глаза снова. Недовольно что-то забурчав, перевернулась на бок, прячась от солнечного света, ощутила что рядом нет Лексы, сон как рукой сняло. Девушка резко села на кровать, скидывая с себя одеяло. — Все в порядке, я здесь, - Лекса вышла из-за ширмы к ней, одетая в свой обычный походный костюм, серый, подбитый мехом плащ до самого пола, широкий пояс меч, пристегнутый к боку. Стройные ноги хорошо подчеркивали обтягивающие штаны. Полусапожки. Осталось только нанести углем черный боевой окрас. И заплести шелковистые волосы в косички. Кларк выскользнула с кровати, скидывая с себя меховые шкуры, оказалась рядом возле Лексы. — Я могу заплести тебе косы? Не забывай, ты мне обещала практиковаться, пока сама не научу себе завязывать косички, — напомнила ей Кларк, деловым тоном. Лекса не сдержала улыбки. Только рядом с небесной принцессой, она чувствовала себя как-то легко, спокойно. Не надо было притворяться, надевать официальную маску командующей. А просто быть самой собой. Блондинка обошла Лексу с боку. Запуская тонкие пальцы в темные локоны любимой, начала переплетать, завязывая сначала одну косу, потом другую по центру, связывая узелками. Все от идеала было, конечно, еще далеко. — Старания в прок идут, Кларк, одевайся, через час сворачиваем лагерь и отправляемся в Аркадию. — Кларк нахмурила брови, раз Лекса приказала всем собираться на рассвете, снова что-то случилось? С их последнего разговора командующая не очень охотно отправляла Кларк в Аркадию, всячески ее уговаривая остаться, искала лазейки и поводы. — Лекса, что-то случилось, да? — девушка отступила на шаг назад, оглядывая свою работу со стороны. Подала ей зеркальце на деревянной ручки. — Почему сразу должно что-то случится, Кларк? Тебе надо в Аркадию, я провожу тебя до ворот, возможно, и мне надобно в очно потолковать с новым канцлером. — Хм, Лекса, - задумчиво хмыкнула рассматривая свои волосы. Неплохо, как для небесной девочки, она увела разговор в другую тему. Не желая сейчас волновать Кларк, рассказывая про нового канцлера, и Белами Блейка. При упоминании этого парня, Лекса начинала злиться, испытывая укол ревности. Она знала, что между Кларк и Беллами была только теплая дружба. Но сердце не хотело соглашаться с умом, упорно утверждая, что Беллами угроза их счастью. — Да ладно тебе, что ты придираешься, а, по-моему, я сделала не хуже, чем твои служанки в Полисе, — Кларк приобняла Лексу за плечи сзади. Прижимаясь к ее спине. Утыкаясь подбородком. — Я не хочу ехать в Аркадию, может, оставив проблемы, пусть решает новый канцлер, моя мама с Кейном не допустят беспредела. — Нет, - твердо отрезала Лекса, и, как бы извиняясь за свою резкость, взяла ее ладонь, поднося к своим губам. — Помнишь, что я тебе сказала после обряда посвящение? Я сказала тебе, что твои люди - мои люди. Наш общий народ. Твои проблемы - мои проблемы. Я не привыкла все пускать на самотек, Кларк. Мы вместе должны сохранить мир. Лагерь свернули быстро затушили водой костры и выдвинулись в путь до полудня, минуя холмистую местность. После холмов и пологих оврагов, земля становилась вдруг равниной. Горизонт как бы отодвигал леса и лески на равнине. Малые рощицы и одиночные стоящие деревья. Но эта лесостепь скоро тоже поменялась на равнину, с буйно растущим папоротником и шалфеем. Кларк ехала с Лексой настолько близко, что иногда их колени невзначай соприкасались. Вызывая у обеих девушек заговорщическую улыбку или короткие взгляды, которыми они обменивались между собой. Казалось, не замечая вокруг, воинов, Октавию или Индру, которая старалась не смотреть в их сторону. Женщину смущало поведение командующей и Ванеды. Открытый флирт, при всех? По ее мнению, хеда, перешла все мыслимые и не мыслимые законы этикета. Что скажут остальные члены конклава, когда узнают про любовную связь командующей и чужестранки? Поджав губы в тонкую линию, она подогнала свою серую лошадь, пятками переходя на рысь. Отъехала чуточку дальше, вырываясь вперед отрядом. Только бы не видеть эту ванильную любовь. Сегодня было пасмурно, солнце не палило голову так нещадно. Скинув с головы капюшон, Кларк решилась наконец спросить у Лексы о личном. Она давно хотела завести этот разговор. Но слова Титуса про Костию и табу запрет говорить даже в слух об этой девушке останавливало Кларк всякий раз, когда она хотела о прошлом командующей. А ведь, правда, что она знала пор Лексу? Только то, что ее воспитывала Аня, и Титутс был ее наставником? Она победила на арене своих претендентов, стала хедой, села на трон. Все было расплывчато. Много оставалось белых пятен в ее биографии. — Лекса, расскажи про Костию, — «Вот спросила, сейчас еще обидится», подумала про себя Кларк. Как она и ожидала, брюнетка тихо выдохнула, не сразу отвечая на ее вопрос. Наверно, думала, что ответить. Намотав поводья себе на руку, Лекса слегка перегнулась на здоровый бок. — Костия была и есть моя первая любовь, мы познакомились еще детстве в Полисе, были очень близки, в юном возрасте я поняла, что имею склонность любить женский пол. Мы обе любили друг друга, у нас землян, свободная любовь. Но моя любовная связь помешала конклаву. Ее убили, отрезав голову, бросили мне в кровать, когда я спала. Кларк нервно закусила губу. От таких подробностей ей стало дурно. Но сама ведь напросилась, желая знать правду. — Я не смогла за нее отомстить, пришлось повести тихо похороны и идти на переговоры, — продолжала рассказ Лекса, устремив свой взор куда-то в сторону холмов. — Мне очень жаль, что тебе до сих пор больно. — Вся наша жизнь сплошная боль, Кларк, после ее смерти, я поклялась больше никогда не влюбляться. Закрыла свое сердце. Но я нарушила клятву, — тут Лекса посмотрела на нее тяжелым проницательным взглядом. Кларк невольно вздрогнула, но выдержала ее взгляд. Ей сейчас показалось, что брюнетка смотрела ей в самую душу, ища там ответы на свои немые вопросы. — Ты дала мне понять, что я могу любить жизнь, не только выживание. Какое-то осталось послевкусие после этого разговора. Лекса ушла в себя, всю дорогу до обеда она молчала. Лишь перекинулась пару словами с Индрой, отдала приказание сделать небольшой привал и дать возможность лошадям напиться. Лексе нужны были свежие лошади, чтобы скоро обратно вернуться в Полис. Некая недосказанность осталась между Кларк и Лексой. И Кларк, как обычно, обвиняла себя во всех бедах. Прокручивая снова и снова этот злосчастный разговор. Когда вся эта кавалькада остановилась на привал, Кларк соскочила с лошади, подоспев к Лексе, подала ей свою руку, помогая спуститься на землю. — Как твоя рана? — спросила девушка, внимательно оглядывая брюнетку. Она уже утром перевязывала повторно рану. Лекса, наверно, была самым терпеливым пациентом на свете. За все время не пожаловалась на Кларк, сносно терпела, лишь уголки губ сжимала. — Все так же, Кларк, болит, — произнесла сухо Лекса, опустив ладонь на рукоятку меча, отправилась в сопровождении стражников к лесной опушки, желая размять немного ноги. Кларк хмуро провела ее взглядом, а потом вдруг пнула ногой камень со всей силы. Камень отлетел в колючие кусты, едва не задев Октавию — Эй, кто-то сегодня явно встал не с той ноги, что это с тобой?! — Октавия спешилась, бросая Кларк в руки флягу. — Вот, выпей, может полегчает, - Кларк откупорила деревянную пробку, в нос резко ударил запах алкоголя. Сморщив нос, она прикрыла ладонью нос. — Гадость, как ты это можешь пить?! — Ну, земляне это пьют, чем мы лучше, — передернула плечом Октавия. Иди к своей хеды, наладь отношения. Бьюсь об заклад, между вами пробежала черная кошка с ведром. Кларк состроила кислую мину. — Очень смешно, - собравшись с духом, она все же сделала пару глотков жгущей жидкости. Горло и весь пищевод тут же обожгло огнем, перехватив дыхание. Дышать стало совсем нечем. — А черт, сучка ты, Октавия, - прохрипела Кларк, бросая ей обратно флягу.