Любовь Нэко-Данси

Как и планировал, Сехун отнес котенка к ветеринару. Парня очень огорчило то, что малыш сильно не добирает в весе. Котенку прописали особую диету, почистили уши и обрезали коготки. Все это сопровождалось недовольным шипением и громким перепуганным мяуканьем. Котенок вырывался, царапался и постоянно норовил укусить своего мучителя-врача, оглядывался на взволнованного таким поведением своего питомца Сехуна и жалобно мяукал. Едва его лапы коснулись стола, а руки держащего до этого ветеринара ослабили хватку, котенок тут же бросился в руки так полюбившегося хозяина. Он буквально впрыгнул в руки парня, карабкаясь и цепляясь в его одежду. Такое поведение котенка удивило Хуна, но в то же время польстило. Ведь это означало что малыш принял его и привязался. Ветеринар был удивлен тем фактом, что такое маленькое и, как оказалось, весьма породистое чудо жило на улице. Малыш смог более или менее успокоиться лишь в теплых ладонях своего хозяина. Уткнувшись маленьким носом, он злобно шипел на каждое движение врача и все сильнее льнул к груди Хуна. Едва переступив порог дома Хун опустил малыша, и тот стремглав спрятался в лапах рыжего Чанёля, громко и жалобно мяукая. Сехун, увидев, как заботливо урчал и облизывал котенка Чанёль, очень обрадовался. Все же парень немного переживал о том, как его котики воспримут нового жильца. Больше всего его беспокоила реакция Бекхёна, но сейчас оба взрослых кота осуждающе глядели на Хуна и заботливо ластились к котенку, что никак не мог успокоиться. Остальное время перед отъездом Хун провел со своими питомцами. Он усердно приучал котов к подарку Исина. Звонил им на устройство и наблюдал за их реакцией. Вечерами Сехун, сидя в кресле, разговаривал со своими котами. Порой парню казалось, что те не только внимательно его слушают, но еще и прилежно отвечают на своем языке, и каждый раз парень жалел, что не может понять, о чем так усердно ему мурчат его любимые мурлыки. Время до отлета в Японию пролетело быстро. Хун успел прикипеть к маленькому белому комочку, что теперь постоянно забирался на его постель и устраивался бод боком парня. Вот только имя малышу парень дать так и не успел. Все имена он критично отметал в сторону, потому что у его малыша должно быть «особое» имя. Так ни на чем и не остановившись, Хун клятвенно пообещал, что по возвращении обязательно назовет малыша. Сидя в самолете, Сехун нервно теребил телефон. Ему безумно хотелось поскорее оказаться в съемной квартире и позвонить своим любимцам, дабы удостовериться, что они в порядке. Да и вообще, он уже успел соскучиться, а ведь еще и дня не прошло. Парень потянулся, включая экран и разглядывая фотографию на дисплее. С экрана на него смотрел он сам в окружении своих милых питомцев. Он хихикнул, вспомнив, как по нескольку раз вытаскивал каждого из них из своего чемодана. Коты словно сговорились и все время пытались спрятаться в его сумке. Он даже чуть было не закрыл в чемодане котенка, не заметив малыша, успевшего как-то зарыться под его белой футболкой. Хун вздохнул и, отложив телефон, уставился в окно иллюминатора, наблюдая за проплывающими мимо облаками. Перед глазами так и стояла картина с бегающими вокруг него котами, что громко мяукали и терлись о его ноги. Котики были взволнованы отъездом своего хозяина и крайне этим не довольны. Только котенок тихонько сидел на пороге спальни и тихо жалобно мяукал. Едва дверь за хозяином закрылась, как Бекки и Чанни тут же бросились к окну, запрыгивая на подоконник и наблюдая за тем, как их любимый хозяин садится в такси, бросив последний взгляд на свои окна. Малыш Хань в это время успел устроиться, свернувшись в калачик, под висящим на стене в гостиной экраном связи. Малыш проводил взглядом выходящих из комнаты Чана и Бека и, поерзав и устраиваясь удобнее, уткнулся носом в белую шерстку. Как только они остались в квартире одни, Чан и Бек обернулись в парней, тут же скрываясь в спальне Хуна. Чанёль без зазрения совести зарылся в шкаф, лишь сверкая голым задом, а Бекхён устроился на краю застеленной кровати, поглядывая на голую попу своего друга. - Я уже скучаю по Хунни, – вздохнул Бекки и отвернулся к окну, задумчиво уставившись на колышущиеся за окном ветки деревьев. - Ничего, он же не так уж и надолго уехал. – Чан наконец-то выудил из шкафа пару футболок, спортивные штаны и шорты. Бросив шорты вместе с футболкой Бекхёну, он быстро натянул на себя одежду и потянулся, зевая. – Меня больше волнует вопрос, почему он так и не дал мелкому имя. - Заметил, как Хуни составлял списки имен? Так странно. О наших он и не задумывался. Бекхён скользнул к шкафу, доставая оттуда носки. Чанёль подошел к парню сзади, и когда тот удовлетворенно разогнулся, скользя носками по полу, обнял друга за талию, утыкаясь носом в его макушку. - Я так по тебе соскучился, – шепнул Чан, прикрывая глаза и вдыхая родной запах. - Я тоже,Чанни. – Бекхён расслабленно откинул голову на плечо парня и мягко улыбнулся. Они знакомы уже чертову кучу лет, Сехуна, как и его родителей, и родителей его родителей еще даже в планах то и не было, а они уже жили душа в душу, бродя по свету в поисках дома. И хотя Нэко Вайши считались котами-талисманами, приносящими в дом, где они живут счастье и удачу, Чанни и Бекки оставались бродячими, свободными от условностей и не обремененными заботами. Только по прошествии нескольких сотен лет они действительно нашли свой дом. Человека, которому оба поверили, полюбили и о котором хотели заботиться. Возможно, эта встреча и правда была предначертана. А может это просто стечение обстоятельств, но оба кота были счастливы быть сейчас здесь. Когда в их маленькой квартирке появился малыш Хань они были растерянны, не часто встретишь Нэко Данси, а уж чтоб они все попали еще и к одному человеку... Бекхён в последнее время постоянно задумывался над этим. Ему казалось это невероятным, просто нереальным везением. Их Сехун по всей видимости в прошлой жизни был каким-то особенным человеком, может мир спас, а может, был каким-то мучеником, раз в этой ему улыбается такая удача. - О чем мой Бекоша опять задумался? – Чанёль легонько куснул парня за мочку уха и, чмокнув его, провел полосу из легких поцелуев до чуть оголенного плеча. - Да так, думаю о нашем Сехунни, о нас и о Хане. Это так необычно, не думал, что когда-нибудь буду жить в одном доме с Данси. Чанёль фыркнул и потерся носом о шею парня, прижав того крепче к себе. - Просто наш Хунни счастливчик, – хмыкнул Чан и нехотя разорвал объятья. – Бекки, я тебя ужасно хочу. Щеки парня покрылись румянцем. Бекхён смущенно хихикнул в ладонь, которой закрывал покрасневшие щеки. Столько лет прошло, а он все не привыкнет к прямолинейности своего парня. - Чанни, у нас за стенкой ребенок! Мы не можем сейчас. – Он развернулся и бросился к двери, зная, что Чанёля это не особо остановит. - Эй! Бекхёни! А ну вернись! – Чан не успел и глазом моргнуть, как Бека не оказалось в спальне. Бросившись вслед за другом, он обнаружил того заглядывающим в гостиную. - Что там? – спросил Чан, так же заглядывая в комнату. На полу мордочкой к стенке тихо лежал котенок. Малыш не спускал глаз с небольшого экрана в ожидании звонка Сехуна. Парень уехал пару часов назад, а котенок, кажется, даже не сдвинулся с места. - Мне так его жалко, – прошептал Бекхён и, развернувшись, уткнулся носом в грудь Ёля. - Эй, Бекхени, ну ты чего... – растерялся рыжий. – Он бросил последний взгляд на малыша и, обвив руками талию Бека, попятился с ним в сторону кухни. Хань даже не обратил внимания на тихий шорох в прихожей, на шепот, на закипевший в кухне чайник. Малыш очнулся лишь когда его подняли с пола на руки и прижали к груди большие ладони Ёля. - Мелкий, мы там чаёк сделали, а тебе молока налили. Пойдем, посидим с нами? – Парень приподнял малыша на уровень глаз и улыбнулся. – Не переживай, Хань. Сехун ещё даже в самолет не сел, он обязательно позвонит как только приземлится в Токио. - Миу, – как-то уж слишком обреченно мяукнул котенок. - Я тоже по нему скучаю, и Бекхёни. – Чан расплылся в улыбке. – Эх, жаль ты еще обращаться не умеешь! Я бы тебя такому научил... – мечтательно протянул Чанёль и потопал в сторону кухни. Ближе к вечеру котов навестил ответственный Исин. Он накормил Чана и Бека селедкой и кошачьими консервами, а котенку наложил еду для малышей, богатую клетчаткой и витаминами. В миску налил молока и взволнованно наблюдал за тем, как малыш, понюхав тарелочки, убежал в гостиную к маленькому экрану связи. Син хотел взять котенка на руки, но малыш, вжавшись в стену заурчал и зашипел, вставая в стойку. Все, что оставалось парню, это переставить тарелки с кошачьей едой в гостиную, рядом с новым местом котенка. На следующий день Син принес маленькую корзину с мягкой подушкой и устроил ее рядом с экраном. Котенок только приподнял мордочку, заинтересованно наблюдая за человеком, а после снова лег на свое место, не обращая более никакого внимания на происходящее. Так прошло несколько дней. Хань ждал звонка от Сехуна, и как только тот звонил, вся троица тыркалась мордочками в экран. Чан и Бек постоянно пытались лапами потрогать экранного Сехуна, наперебой мяукая и обнюхивая. Хань же просто неотрывно смотрел на изображение человека, тихонько мяукая, когда слышал, как его зовут. За время отсутствия Сехуна, Чанёль и Бекхён облюбовали его широкую кровать, занимаясь на ней своими нежностями. Хань, перестав игнорировать купленную Исином корзину, устроился в ней, стараясь как можно меньше волновать взрослых. Вечерами, после ухода Исина они устраивались на кухне и пили чай, а маленький Хань молоко. Они много говорили, рассказывали, делились с малышом своими знаниями и воспоминаниями. Придумывали разные истории, как они будут жить, когда их Сехунни вернется. А ночами Чан и Бек закрывались в спальне Сехуна. Это было время только для них. Прикрыв за собой дверь, Бек развернулся и тут же оказался в руках Чанёля. Парень наклонился и легко поцеловал Бекхёна в губы. Отстранился, заглянул в глаза, снова припал к губам, на этот раз сильнее, жестче, языком проникая в рот. Поцелуй становился все глубже. Бекки задрожал, подавшись навстречу, его рука поднялась и запуталась в рыжих кудрях. Чанни чувствовал, что снова теряет над собой контроль, он толкнул парня в сторону кровати и, оказавшись рядом, опустился на нее вместе с любимым. Бекки не удержался в сидячем положении и упал на спину. Чанёль оказался сверху, его руки скользнули вниз и проникли под майку парня, лаская живот, грудь и спину. У Бекхёна не было ни сил, ни желания сопротивляться. Ёль приподнял парнишку и рывком стащил с него футболку, его собственная полетела следом, а затем и остальные вещи. Бекки был как во сне, он не понимал, почему каждый раз, стоит Чану его поцеловать, так происходит. Все, что он знал, так это что он хотел этого человека так сильно, что умер бы, если бы Чанёль вдруг остановился. Все, о чем мог думать Чан, это о том, что Бекхён должен был принадлежать ему здесь и сейчас, иначе у него просто крыша поедет. Это было чувство на грани боли, тело Бекхёна сходило с ума от прикосновений Ёля, горело огнем, а когда тот отстранялся, выгибалось вслед за ним. Чанёля всегда удивляло, как его тело вело себя в ответ на реакцию его парня. В их действиях не было нежности, скорее ярость и всепоглощающая жажда обладания. Он ласкал губами грудь Бекхена, тот стонал и впился ногтями ему в спину. Его губы начали свое путешествие вверх к шее, потом к уху, прикусили мочку, в то время, как руки ласкали грудь, живот, бедра. Руки Бекхёна уперлись ему в грудь, оторвав губы от уха, а потом парень впился губами в его, сильно, яростно, руки ласкали плечи и спину, спускаясь к ягодицам. Чан застонал, сил держаться больше не было, он раздвинул бедра парня, нежно касаясь жаждущей дырочки. Подготовка была не нужна, но Чанёль всегда слишком заботился об ощущениях любимого. Одной рукой он ласкал член мечущегося под ним парня, а другой заботливо подготавливал Бека. Когда до него донеслись тихие проклятья и мольбы поспешить, он убрал руки и, обхватив парня за бедра, резко вошел в него. Бек застонал громче и обхватил его талию ногами. Чувство эйфории затмило все. Тела быстро нашли общий ритм, стали двигаться в унисон, горя в сладостной муке. Бекхён вцепился тонкими пальчиками в густые рыжие кудри, понимая, что делает больно, но Ёль только улыбнулся и впился губами в губы напротив. Мир вертелся все быстрее и, наконец, рассыпался на кусочки… Утром, когда они проснулись и лежали обнявшись, их тела переплелись, казалось, что это не два человека, а одно очень странное существо. Сквозь дрему Бекхён чувствовал нежные поцелуи. Вставать не хотелось, но... - Надо бы в душ, – шепнул в макушку Бека Ёль. - Угу, – отозвался парень и, приподнявшись, чмокнул Ёля в губы. – Чур я первый! Бекхён соскочил с кровати и скрылся в ванной. Ёль в это время застелил постель и пошлепал проверить их маленького Ханя. Котенок сладко посапывал, свернувшись клубочком. Чанёль ласково улыбнулся и, бросив быстрый взгляд на часы, поспешил в душ. - Бекхёни, быстрее, скоро Исин придет! – постучался Чанёль, и не успел он моргнуть, как дверь приоткрылась, и маленькая ладошка, цапнув за ворот футболки, втянула его в ванную. Так и проходили у парочки БекЁлей дни и недели, пока Сехуна не было дома…