Принц и я

      Я всегда знал, что рано или поздно окажусь в тюрьме. Чего я не знал, так это какой ценой я из неё выйду.       – Простите, что? – переспросил я.       Король вымученно вздохнул и повторил условия сделки:       – Я дарую вам свободу, если вы согласитесь тайно переправить моего сына – Принца Всея Солнечной Системы Нолана – единственного сына, – с нажимом уточнил Правитель, – в Королевство Ориона.       – Ориона? Но это же на другом конце Галактики! – опешил я, – туда же добираться месяца три! И вы хотите поручить это дело мне?       – Именно так, – кивнул Король.       – Но почему я?       – Ну вы же...– зрелый альфа на секунду замялся, – э-э-э...специализируетесь как раз на услугах перевозки...       – Контрабанды... – поднял брови я.       – Разного рода объектов, – поправил меня он, – и ещё, я слышал, что у вас есть принципы.       – Я вам не какой-нибудь Робин Гуд! – воскликнул я, растеряв последние капли хороших манер, отчего стража Короля дёрнулась, но он махнул им рукой, показывая, что всё в порядке.       – Робин Гуд, мистер Бейкер, воровал у богатых и отдавал бедным, и это действительно не ваш случай, но я знаю, что вы не оставляете за собой кровавый след, и это главное для меня. Вы не убийца.       – Это не так...– сник я, но альфа снова поднял руку, заставляя меня замолчать.       – Я имею в виду за время вашей, кхм, незаконной деятельности.       Ха, а мужик-то реально подготовился. Интересно, что он ещё про меня знает.       – Именно, – кивнул я, – и вам наверняка известно, что я больше не работаю на правительство.       Король устало прикрыл веки и ответил:       – Я прошу вас взять этот заказ не как Правитель, а как отец, – альфа замолчал, но меня эта "пламенная" речь не убедила, поэтому он нехотя пояснил, – Принц Нолан очень востребован в качестве будущего супруга. В мужья себе или своим отпрыскам, – Король недовольно сморщился, явно вспоминая какой-то инцидент, – заполучить его хочет не один десяток Королей, а мне надо, чтобы он заключил брак именно с Правителем Ориона для поддержания мирного сосуществования и укрепления торговых связей.       – Кошмар, собственного сына как какую-то вещь...       – Неправда! – взревел Король и в голосе явно проступило отчаяние, но он тут же взял себя в руки – мистер Бейкер, советую вам не забивать голову этим вопросом, а лучше подумать о себе и собственной свободе.       – А вы не боитесь своего сына отправлять в такое длительное путешествие с бандитом?       – А я не отправлю его одного. С ним поедет мой личный священник, – Правитель кивнул на одного из "стражников", и только сейчас я заметил, что это и правда был не стражник, а священник в традиционном воротничке, – и правая рука Нолана, – он кивнул на другого "стражника", которым оказался довольно-таки молодой белокурый альфа.       – Я-я никогда не перевозил людей, – растерялся такому напору я, потом вспомнил случай со своим штурманом и добавил, – намеренно...       – Ну, всё когда-то приходится делать в первый раз, – флегматично заметил Король, понимая, что выиграл в этом споре, – тем более, что ваш корабль и команда целы и невредимы. Мы их, в отличие от вас, за решётку не сажали, а просто запретили вылет с орбиты. Так что, они наверняка вас с нетерпением ждут, и будут очень рады узнать, что у вас есть для них очень выгодный заказ.       – Флинн! – радостно воскликнул Юки и повис на моей шее, пачкая её грязью с картофельных очисток.       – Какого хрена ты на свободе? – подтянулся к нам мой штурман.       – Я тоже рад тебя видеть, Каро, – улыбнулся я и обнял его. Бета вцепился кончиками пальцев в мою спину сильнее обычного, выдавая свои истинные эмоции, но внешне, казалось, даже был не рад видеть своего капитана.       Юки снова сел на перевёрнутое ведро и продолжил чистить картошку прямо у входа в корабль, ожидая объяснений.       – Ну, так что произошло? – кивнул Каро, снова начиная полировать какую-то железяку.       – Если коротко, то я свободен, и у нас даже есть заказ.       Две пары глаз уставились на меня.       – Ты что, заключил сделку с дьяволом? – ухмыльнулся Юки.       – Нет, с Королём.       Картофелина громко плюхнулась в воду, а скрип ткани по железу резко прекратился.       – Ты снова в системе? – нервно сглотнул Каро.       – Нет, – поспешил пояснить я, – ни в коем случае. Этот заказ, он как бы лично от Короля.       – И что же поручил нам перевезти Правитель? – нетерпеливо заёрзал Юки.       – Принца.       Очередная картофелина плюхнулась в воду, а Каро и вовсе выронил свою железку.       – И ещё двоих, но они, как я понял, идут в комплекте с королевским отпрыском.       – Ты совсем сдурел? – выпучил глаза омега, вовсе бросая недочищенный "ужин".       – У меня не было выбора, – развёл руками я, – либо это, либо тюрьма. А я, знаете ли, ещё слишком молод для неудобных лежанок и пижамы в качестве основного предмета одежды.       Я оставил недоумевающую команду за спиной, поднялся по трапу и очутился на главной палубе моего космического корабля. Мой корабль – настоящий монстр Франкенштейна. Помните такого? Это был зомби, собранный чокнутым учёным, из частей тела других людей, а жизнь в него вдохнул удар молнии, так вот. От самого носа и вдоль всего корпуса, прямо посередине, тянется огромный металлический шов. Этот шов – моих рук дело, потому что Фрэнки, как я ласково зову свой транспорт, состоит из корпусов двух абсолютно разных кораблей – военного истребителя и круизного катера. Внутренности так же собирались со всех уголков Млечного Пути – на корабле и двух одинаковых кресел-то не найдется, но Фрэнки я не променяю ни на какой-либо другой, пусть и самый крутой корабль из всех существующих. Во-первых, он такой один, а во-вторых, мы с ним похожи сильнее, чем кажется на первый взгляд. Впрочем, об этом как-нибудь в другой раз (никогда).       Примерно через полчаса, когда я завершил контрольный обход Фрэнки, Юки с Каро наконец подтянулись на борт и занялись стандартными приготовлениями к отлёту, узнав подробности заказа, а я всё удивлялся, как сумел попасть в такую передрягу. Пять лет! Пять лет нам удавалось быть вне радаров и системы, а тут споткнулись на ровном месте. А главное, винить мне кроме себя некого, чёрт меня дёрнул показать в пьяном бреду перед Каро, какой из меня отличный (фиговый) штурман. Ужасно, что я и подробностей-то не помню, под синькой был, очнулся уже в тюрьме. Никогда больше пить не буду (буду).       И, знаете, мне даже не стыдно за то, чем я занимаюсь. У меня на это одно оправдание – сын своего отца. Я пытался не идти по стопам этого мерзавца-мошенника, но...вышло, что вышло. Хотя, если уж я захочу удариться в папочкино наследие, то подсяду на какие-нибудь синтетические наркотики и заражусь триппером, вот тогда сходство будет поразительным. А так, только чёрные волосы с карими глазами да запятнанная репутация – и всё подобие.       То, чего у отца точно никогда не было – это сообщников. У меня же есть два верных и, не побоюсь этого слова, любимых члена команды: Юки и Каро. Юки я подобрал первым. У него вообще довольно трагичная, но увлекательная история. Если взглянуть на него, то невооружённым глазом будет заметно, что он патологический кокетник*: все эти взгляды из-под полуопущенных ресниц, компрометирующие позы, и завораживающая улыбка. Но в эти дни таким его, за редким исключением, можем видеть только мы с Каро. На заре своей молодости он работал куртизаном*, дарил своё тело и душу хорошим богатым людям, но в двадцать пять подумал, что может заниматься чем-то кроме продажи собственного тела, пусть и в престижном борделе. Не получилось. А когда вернулся в родной публичный дом, то руководство сменилось, и у него началась поистине чёрная полоса. Собственно тогда я его и нашёл. Бродил по тёмной подворотне, не помня, куда припарковал Фрэнки прошлой ночью, и вдруг увидел вдали какое-то шевеление, а когда услышал: "Нет, не надо, пожалуйста. Только не сегодня", побежал и раскидал пьяную толпу по разным сторонам улицы, взял на руки Юки и понёс в отель. Он кричал и вырывался, просил отпустить, и всё повторял: "Пожалуйста, хотя бы не сегодня". Это я потом узнал, что у него тогда был День Рождения. И я нёс его, не в силах успокоить, но и не в силах отпустить. В себя он пришёл, только когда я начал поливать его холодной водой в ванной. В тот момент я увидел его настоящего: перепуганного и сломленного. Он потом, конечно, надел маску вежливости и даже предложил "отплатить" мне за его спасение, но в моей голове навсегда запечатлён образ того, настоящего Юки, и пользоваться им я никому не дам, тем более себе. Поэтому я взял его на борт, поручив заведование хозяйством, и он, надо сказать, до сих пор прекрасно справляется.       Каро мы подцепили чуть позже, случайно для нас самих. Прилетели на какую-то захудалую планетку, даже не поживились там ничем. Но это на первый взгляд. Как только мы вышли с орбиты в Открытый* космос, на палубе возник невменяемый бета с устрашающим(смехотворным) ножом в руке. Где он до этого прятался для нас до сих пор загадка, естественно мы с Юки поначалу напряглись, попытались нейтрализовать, но как только взгляд его зацепился за приборную панель в носу корабля, ножичек из руки выскользнул, а тело Каро словно заговорённое прошлёпало к штурвалу, потому как блок управления я в своё время вырвал из настоящего исследовательского лайнера, что не могло не привлечь его внимание. Он тогда за ним провозился не меньше суток, костеря меня по-всякому, потому как подключил я его из рук вон плохо. Так и остался. Он у меня главный механик и штурман, а история его невероятно загадочна. У Каро полная амнезия, поэтому мы о нём, так же как и он о себе, ничего не знаем. За последние пять лет смогли выцепить сущие крупицы, да и то из собственных наблюдений. Он, само собой, техник от бога, правша, не любит большие скопления людей и категорически отказывается вступать в систему. У него и фальшивых документов-то нет, в отличие от нас с Юки. Даже имя его – Каро – может, и не имя вовсе, но он на него отзывается, а это главное.       Так и живём. Никто из нас троих не любит систему, и у каждого были на то свои основания. Поэтому настроение команды сейчас по понятным причинам было упадническим. Мало того, что Его Высочество будет маячить три месяца перед носом, так ещё и собственно олицетворение системы – священник. Я в школе учился плохо, но помню, что когда-то государствами правили президенты или премьер-министры, но потом политикам надоело играть в демократию, и они вернулись к монархии, а раздутый госаппарат распустили, поручив его обязанности церкви. Удобно, чё. Если надо зарегистрировать брак или развод, оформить рождение ребёнка или смерть дедушки, взять ипотеку или доверенность, а также покаяться в грехах, все идут к священнику.       Час Икс пробил, когда по Фрэнки кто-то вежливо постучал с внешней стороны. Каро, дождавшись моего одобрения, нажал кнопку, и люк начал медленно открываться. Первым вошёл тот светловолосый альфа, он поставил на пол чемодан, на котором красовалось изображение герба Солнечной Системы, внимательно оглянулся и кивнул двум другим. За ним вошёл священник с синдромом преждевременной седины, потому как выглядел он максимум на тридцать, но виски уже серебрились.       Последним вошёл Принц. Красив, ничего не скажешь. Такие как он своим существованием опровергают слухи о кровосмешении в королевских семьях. Нет, в зачатии такого участвовали только лучшие из лучших с самыми чистыми генами. Идеальная осанка, камзол, расшитый золотом, под цвет пронзительных голубых глаз и мягкие русые волосы длинные ровно для того, чтобы робко завести изящным движением прядь за ухо, а через пару минут, легко тряхнув головой, снова почувствовать её щекотку на точёной скуле, и повторить волшебное движение вновь. А на плече у него сидела бабочка. Самая настоящая домашняя бабочка породы Радужных Проказниц*. Эта особь была явно взрослая, каждое крыло сантиметров по десять, не меньше.       Я оглянулся на свою команду и заметил, что Юки весь побледнел, глядя на незнакомого блондина, а в миндалевидных глазах застыл страх. Да уж, одно дело с сонными охранниками пофлиртовать, пока я на очередном складе трактор угоняю, а другое дело в закрытом помещении три месяца провести с незнакомым альфой. Я совсем забыл, как Юки тяжело переносит общество малознакомых самцов. Каро же пытался прожечь взглядом белый квадратик на воротничке священника.       – Юки, Каро, – позвал я, – можно вас на секунду?       Я отвёл ребят чуть в сторону и шепотом сказал:       – Я пойму, если это задание мне придется выполнять одному. Найдём вам небольшой катерок, пробьёте для меня пару заказиков лёгких или фрилансом займётесь, а через четыре месяца с вами увидимся в Рукаве Персея, м?       – Трое на одного? – Каро скрестил руки на груди и взглянул поверх моей спины на новых пассажиров, – нечестно как-то, босс. Я остаюсь.       – Я тоже, – пролепетал омега почти беззвучно.       – Юки, ты уверен? – я скользнул взглядом по нему и осторожно взял за руку, чувствуя учащённый пульс.       – Трое на двое тоже нечестно, – ответил он и попытался улыбнуться.       – Ну что ж, – я хлопнул в ладоши и повернулся к остальным, – тогда прошу занять кресла и пристегнуть ремни.       Каро задраил люк и сел за пульт управления, остальные заняли свободные места. Блондин начал было помогать Принцу с замком на ремне, но тот пробормотал: "я сам, я сам". Бабочку его я поместил в специальный контейнер, чтобы её не сплющило во время взлёта, и уже через пару минут мы неспешно начали преодолевать силу земного притяжения.       Как же я люблю это ощущение: первая скорость, вторая скорость – тебя как будто сдавливает, а потом включается мерное тарахтение реактивного двигателя, и вот, ты уже в Открытом космосе чувствуешь невероятную лёгкость из-за невесомости. Впрочем, Каро не любит отсутствие твёрдой почвы под ногами, в прямом и переносном смысле, поэтому, как только мы вышли с орбиты голубой планеты, он тут же включил искусственную гравитацию.       – Принц, по ходу, сознание потерял, – кивнул Юки в сторону обмякшего на лентах ремня юноши.       – Эй-эй, – я тут же отстегнулся и поспешил к нему, чувствуя за спиной остальных. Осторожно похлопал омегу по щеке, ощущая бархатистость кожи ладонью. Другой альфа уже начал отстёгивать его от кресла.       – Что...– Принц набрал в лёгкие побольше воздуха, – что произошло?       – Ты потерял сознание, – мягко улыбнулся я, – такое бывает с неопытными пассажирами, ничего страшного.       – О, – кивнул головой он, – и сколько я был в отключке?       – Три месяца, – крякнул Каро с совершенно непроницаемым выражением лица, – вон, видишь очертания планеты в иллюминаторе? Мы как раз подлетаем к пункту назначения.       Глаза принца расширились в искреннем удивлении, а я попытался сдержать глупый смешок.       – Он шутит, Нолан, – ответил блондинистый альфа.       – О, – выдохнул Его Высочество и вежливо улыбнулся моему штурману, – прекрасная шутка, эм, Каро, да?       Клянусь, я впервые увидел бету краснеющим от стыда, который смог только неуверенно кивнуть.       – А ты – Юки, верно? – Принц перевёл взгляд на омегу, тот тоже кивнул, – а я – Нолан. А где чемодан?       Альфа и священник начали оглядываться по сторонам, к ним присоединились и мы. Я вспомнил, что альфа поставил его на трап и сделал неутешительный вывод:       – Похоже, он выпал, когда люк закрывался.       Нолан досадно закрыл лицо руками:       – Там были все мои вещи и документы и даже телефон.       – Извини, Нолан, это я вино...– начал было блондин, но Принц поднял руку в уже знакомом мне жесте, останавливая своего помощника.       – Прекрати, Доминик, это не проблема. Отец Патрик, кажется Ваши услуги нам всё-таки понадобятся, – омега скользнул взглядом по священнику.       – Конечно, Ваше Высочество, – Нолан недовольно поморщился от такого обращения, но смолчал, – восстановим всё, как только прилетим.       Принц кивнул, решительно поднялся с кресла, и я увидел как глаза его снова начали закатываться назад, поэтому поспешил поддержать, чтобы он не упал. Я держал его в объятиях и думал, что либо Каро включил искусственную гравитацию не на полную мощность, либо кости омеги были сделаны из воздушного риса.       – С-спасибо, – пролепетал он, спешно выпутываясь из моих рук, – освободите, пожалуйста, Лиру.       – Лиру? – не понял я.       – Бабочку.       Я понимающе кивнул и достал насекомое из контейнера. Проказница взмахнула крыльями и уселась прямо на макушку Нолану, образуя своими раскрытыми крыльями что-то отдалённо напоминающее корону. Принц даже ухом не повёл, а просто продолжил диалог, пока всё пытались вернуться к своим делам или найти, чем заняться.       – Я готов увидеть покои, – кивнул Его Высочество.       – Покои? – переспросил я, поднимая бровь, – ну пойдемте, Ваше...       – Нолан, – поправил он, – просто Нолан.       У Фрэнки было ровно шесть кают – по три в каждом крыле, но как вы помните, состоял он из двух разных кораблей, и, само собой, в крыле круизного катера комнаты были гораздо роскошнее военных каморок. И когда наша команда сформировалась, все три хорошие комнаты мы уже заняли. Поэтому нашим почётным гостям(или ценному грузу) достались скупые на декор каморки. Я бы отдал Принцу свою, но в ней находилось запасное управление, а к нему доступ не имел даже Каро, а своих ребят я теснить не хотел, они и так из-за меня натерпелись.       Мы вошли в небольшую каюту, где кроме койки, умывальника и пары крючков не было ничего. Принц стянул с изящных плеч камзол и тут же повесил его на один, огляделся и неожиданно улыбнулся:       – Замечательно.       – Замечательно?       – Да, мне нравится. Я, знаете, ни разу ещё не путешествовал, поэтому для меня всё это так...волнующе.       – Сколько тебе лет? – невольно вырвался у меня вопрос.       – Восемнадцать.       Я вспомнил себя в восемнадцать. Уже тогда я облетел с десяток планет и успел побывать в паре горячих точек. А этот толком-то ещё ничего не видел, а уже замуж собрался. Кто их поймёт, этих королевских особ.       За ужином все официально познакомились: светловолосого альфу звали Домиником, в его обязанности входила охрана Принца и всяческая помощь ему, хотя я заметил, что венценосный омега был достаточно самостоятельным. Тридцатилетним бетой был Отец Патрик и, так как он был личным священником Короля, он ехал в качестве гаранта легитимности брака. По сути, он не был в прямом подчинении у Нолана, но было понятно, что мальчик ему небезразличен. Мои ребята довольно сухо всех поприветствовали да и о себе распространяться не спешили. Один только Нолан, казалось, чувствовал себя замечательно. Он щедро поблагодарил Юки за сытный ужин из картошки, и взяв горошинку пюре, смешанного с крупинками сахара, на кончике пальца, покормил свою зверушку. Бабочка от такой "большой" порции довольно затрепетала крыльями, а потом уселась обратно на макушку омеги, сложив крылья и свернувшись клубком.       В первую неделю путешествия пришлось туго. Ни мы, ни они идти на контакт не спешили, но, когда тебе приходится всё время проводить в ограниченном пространстве, разделяя один на всех душ и встречаясь три раза в день за общим столом, хочешь не хочешь, а темы в разговорах уходят от вежливых и общих к более откровенным и личным.       – Ты хоть знаешь, как этот Король выглядит? – спросил как-то раз я, вяло гоняя кусочек морковки по тарелке.       Нолан взглянул на меня и перестал теребить изящными пальчиками золотой медальон сквозь ткань растянутой футболки Юки, которую тот одолжил Принцу, после того как все его вещи остались на Земле.       – Отъезд оказался таким скорым, что нет, я не успел поинтересоваться, – пожал плечами он, – но в любом случае, я считаю, что внешность – это не главное.       Ну да, как же. Все омеги(те, с которыми я общался) так говорят. Вот, только в последние пять лет(да и раньше) внимание к моей важной(не очень) персоне заметно поубавилось(осталось на таком же низком уровне). Потому что, стоило мне раскрыть душу(снять одежду), и тогда даже моё красивое(довольно-таки посредственное) лицо не способно было затмить впечатления от увиденного. А все мои горячо любимые(случайные любовники) в ужасе убегали(разочарованно кривились), а я оставался с разбитым сердцем(синими кхм-кхм).       – А если он окажется вонючим горбатым стариканом с бородавками по всему телу? – не отставал я.       – Я же сказал, что это не важно. Но, я не верю, что мой будущий муж таковым окажется.       Я демонстративно взял свой планшет и прогуглил Короля Ориона. Он...Он действительно был не таким, он был...хуже. Правитель Созвездия Ориона выглядел как предмет неудачного межвидового скрещивания и жертвой многочисленных пластических операций, проводимых в антисанитарных условиях. Я поднял глаза на Нолана, который с плохо скрываемым интересом ждал от меня вердикта. Я только заблокировал экран и нагло соврал:       – Ты был прав.       Омега облегчённо выдохнул, а мне стало как-то совсем не по себе.       – Долго ты ещё её мучить будешь? – кивнул в сторону морковки на моей тарелке подошедший к нам Юки и плюхнулся на скамейку рядом.       Ответить я ему не успел, потому что к нам присоединился Доминик, которому тоже захотелось поучаствовать в посиделках на палубе. Юки же от этого быстро засобирался и хотел было уйти, но внезапный вопрос альфы остановил его:       – Простите, я вас чем-то задел?       Омега развернулся, убеждаясь, что вопрос прозвучал именно ему, потом прищурил свои и без того узкие глаза и ответил:       – Нет. Просто не люблю альф. Я в своё время с ними уже наобщался.       – Каким образом? – поинтересовался блондин.       Юки развернулся всем корпусом снова к столу, сел напротив Доминика и оттопырил пальцем край свободного свитшота в районе ключицы. Нолан негромко охнул, а альфа понимающе поджал губы. Я только мельком взглянул и отвёл глаза от ожоговых рубцов, образующих Флёр Де Лис* – символ продажных омег.       – Что ж, – прокашлялся альфа, – за это можете не переживать.       – Вот как? – фыркнул Юки, – с чего бы?       – Я кастрат.       – Оу-у-у, – взвыл я, хватаясь за промежность и болезненно морщась, как будто это я им только что стал – чёртова альфья солидарность, – за что тебя так, чувак?       От полученной информации у меня, кажись, калитку вежливости с петель сорвало. Но Доминик только ухмыльнулся:       – Ни за что, это был несчастный случай. В детстве.       – И что, прям под корень? – не унимался я.       – Флинн! – одёрнул меня Юки. Я только сейчас заметил, что у него наконец исчезла морщинка между бровей, а выражение лица было таким же недоумевающим как и у меня, – извини... – он повернулся к альфе, неловко потирая шею.       – Не стоит извиняться, – оборвал его Доминик. Да что у этих землян за привычка перебивать! – Надеюсь, полученная информация позволит вам почувствовать себя комфортней.       – Комфортней некуда, – пробормотал Юки, но уходить не стал, а просто начал шумно прихлёбывать чай.       А я подумал, как же это удобно, наверное, приставить к собственному сыну такого помощника. Можно не бояться за его безопасность – силы у этого альфы хватало судя по телосложению, а по ночам спокойно спать, зная, что Принц не западёт на светлые кудряшки и симпатичное лицо, а уж если и западет, то невинность омеги останется при нём. Хотя, чего это я как консерватор рассуждаю? Пятидесятый век на дворе, а не какое-то там древневековье*. Может Его Высочество давно уже живёт половой жизнью похлеще меня. Я украдкой взглянул на Принца, который играл с Лирой, гоняя по столу какую-то скомканную бумажку и хихикал всякий раз, когда та ускользала от бабочки.       – О чём разговариваете? – спросил подошедший священник. Все многозначительно промолчали.       – О детских травмах, – уклончиво ответил Доминик спустя какое-то время.       – О Боже, ты им рассказал? – скривился Отец Патрик и уселся за стол, – что у тебя за бзик, а? Мне иногда кажется, что у тебя мания рассказывать об...этом самом.       – А что такого? – парировал альфа, – тебе, Святой Отец, дай только повод о своём целибате поговорить, так потом не заткнёшь.       – Это разные вещи, – зашипел бета, – я сделал сознательный выбор в пользу духовных, а не плотских ценностей, а ты неудачно на лазерные ножницы упал!       Я снова заскулил, представляя худшие картины перед глазами, а диалог тем временем продолжался.       – Какая разница? Исход же один, – развёл руками блондин.       – Подожди, – встрепенулся я, – то есть ты никогда ни с кем не?..       – Не успел, – пожал плечами Доминик, – поэтому волшебство соития для меня не знакомо.       – И оргазм даже ни разу не испытывал?       – А как? У меня же нет...э-э-э...полового органа, а без него и оргазма не...       – Что. За. Бред. – Вклинился в разговор Юки, – не нужен член для того, чтобы получить оргазм.       Четыре пары глаз воззрились на омегу. Да, да, даже Принц оторвался от разглядывания трещин в обшивке своего стула.       – Да что вы на меня уставились? – возмутился Юки, – биологию, что ли, не изучали в школе? – не дождавшись ответа на свой вопрос, он продолжил, – у всех там есть такая железа – простата, если её простимулировать, то можно испытать оргазм. Омеги его постоянно испытывают, – он многозначительно перевёл свой взгляд на Нолана, но тот только плечами пожал. Вот и ответ на вопрос о невинности Принца. Юки перевёл взгляд на Святого Отца, который тоже потупил взгляд.       – Чёртовы девственники! – выругался омега и стремительно ушел куда-то. Потом вернулся держа в руке пластиковую бутылку.       Он открутил крышку и начал объяснять:       – Короче, это типа задний проход...– я попытался слушать, но там главное было смотреть, потому что Юки методично засовывал пальцы в горлышко, крутил ими, показывал театр теней или ещё что-то. Все только смотрели открыв рты, а я думал, какие ещё темы поднимутся за столом, когда отметка нахождения в закрытом пространстве перевалит за месяц. А ещё я пытался не заржать, потому что в голову лезли идеи анекдотов неизменно начинающихся на: "Заходят как-то священник, принц и кастрат в бар...". Так увлёкся, что почти не заметил, как Нолан стащил таки мою недоеденную морковку и начал скармливать её своей прожорливой бабочке.       – Извращенцы, – распугал всех подошедший к столу Каро, и ребята тут же разбежались по каютам.       Неделю спустя я сидел за общим столом и безуспешно пытался разобраться в новой операционной системе для планшета, тыкая по всему экрану, но он упорно хотел показывать только жирные следы от пальцев. Поэтому я сдался и позвал на помощь Каро. Тот пришел и с видом полного превосходства явно полагал, что управится за пару взмахов, но через минуту его лицо вытянулось, и он негромко начал материть меня себе под нос, что говорило о том, что что-то я всё-таки сделать с планшетом сумел, но что-то совсем не то.       К нам быстро подтянулся Отец Патрик, сверкая Библией в руке, на что мы с бетой только недовольно фыркнули.       – Вы сами-то в этот бред верите? – не отрывая глаз от планшета, спросил Каро.       – Не важно во что я верю, главное – что несу в Мир, – вежливо ответил бета.       – А вы, Святой Отец, всегда были священником? – спросил я, разглядывая его седые виски, совершенно не сочетавшиеся с его цепким молодым взглядом.       – Признаюсь, нет, до служения в системе служил в войсках.       – Вот как? – удивился я, – где?       Бета с недоумением взглянул на меня, явно удивляясь тому, что именно эта тема меня заинтересовала. Ему и невдомёк было, что война, скорее всего, единственное, что нас связывает.       – Космический отряд батальона Сириуса, – отчеканил он.       – "Псы", – губа невольно дёрнулась в презрении, и мне стало понятно, почему он пошёл в систему. После войны все лавры достались "Псам".       – Давно не слышал в свой адрес этого прозвища, – заметил Отец Патрик, – помню, нас так только Отряд Смерти кликал...       – Собственной персоной, – скрестил на груди руки я.       – Что? Но...Как?...       – Дезертировал.       – Вам...эм, повезло, – склонил голову бета, – теперь понятно, почему вы так не любите систему, да...       – "Не любите" – это мягко сказано, – зашипел я, стискивая собственное колено под столом.       – Я помню, помню, – замахал рукой Святой Отец, – я всё помню. И мне, правда, очень жаль ваших сослуживцев. Но, знаете, не у одного вас в этой войне были потери.       – И что же потеряли вы? – спросил Каро, до этого молча наблюдавший за нашим диалогом.       Бета пару раз хлопнул глазами, а потом уставился куда-то в иллюминатор:       – Любимого, конечно.       – Добро пожаловать в клуб, – хмыкнул Каро.       – Хотите сказать, что вы тоже кого-то потеряли? – на щеках священника заиграл нездоровый румянец.       – Хуже. Я потерял себя.       – Это как?       – Амнезия. Полная и беспросветная – помню только последние пять лет.       – И ты даже не пытался узнать о своём прошлом?! – разозлился вдруг бета. Даже я подпрыгнул на скамейке, а Каро так вообще отшатнулся то ли от тона священника, то ли от резкого перехода на "ты".       – От хорошей жизни память не теряют, – парировал механик, – уверен, что сейчас мне живётся лучше, чем раньше.       – Вау! Служить у контрабандиста! Просто мечта, а не жизнь.       – Чё ты привязался ко мне, мужик, а? Я счастлив, не видишь?       Отец Патрик резко поднялся из-за стола, поправил нервным движением одежду и взял со стола Библию. Было видно, что он снова надел маску подчёркнутой вежливости и безмятежности:       – Действительно, – пробормотал он, – прошу меня простить за моё поведение, – и ушёл в каюту.       Мы с Каро переглянулись только и плечами пожали. Хотя я не мог не отметить сходство характеров этих двух бет. Каро тоже постоянно сдерживал свои эмоции, и вывести его из себя было практически невозможно, а уж если его начинали одолевать чувства, то это был дикий, но непродолжительный ураган. Вот и Отец Патрик только что повёл себя точно так же: сидел, кивал с умным видом, а потом резко сорвался. Да и какое ему вообще дело до моего механика и его прошлого? Не хочет мальчик узнавать – и не надо. Каро прав, неизвестно, что там с ним пять лет назад было.       Жаль, всё-таки, что этот инцидент произошёл. И без того натянутые отношения у бет с этого момента совсем разладились. Священник с того дня был вежлив до скрипа зубов, Каро сутки напролёт возился с панелью управления, ссылаясь на то, что автопилот барахлит. Зато, когда я смотрел на Юки, у меня душа пела. Во-первых, он расслабился и снова начал стрелять глазками, готовить вкусную еду, принимая помощь Доминика, или как Юки называл его – Дома, и с Принцем подружился. Нолан же...Нолан был прекрасен. Мало того, что даже в юкиной одежде он умудрялся выглядеть как картинка, так ещё он был улыбчивым, дружелюбным и очень любознательным.       – А вот это что? – Его Высочество ткнул пальцем в иллюминатор, указывая на подобие красного тумана впереди.       – Это скопление астероидов, богатых железом.       – Краси-и-иво, – протянул он, – они выглядят как раскалённые угольки, видишь? Светятся.       – Да, – кивнул я, пытаясь сосредоточиться на космических объектах, а не на близости омеги, – это из-за большого количества фосфора в них и радиоактивного излучения.       – Флинн, – Принц повернул ко мне голову наши глаза встретились, отчего у меня дыхание перехватило, – какой он?       – Кто? – не понял я.       – Мой будущий муж, – улыбнулся Нолан, а у меня всё внутри сжалось, – ты же видел его фото в интернете. Может, покажешь его мне?       – Э-э-э...Мы сейчас в мёртвой зоне, – солгал я, – тут интернет не ловит.       Я быстро отступил на шаг, увеличивая между нами расстояние, а потом и вовсе позорно сбежал в каюту. Было какое-то поганое чувство на душе: с одной стороны я не хотел расстраивать Принца раньше времени, а с другой – я по-прежнему вез его в лапы к этому чудищу. Меня никогда не мучила совесть, если я перевозил краденые или запрещённые вещи, несмотря ни на сложность заказа, ни на репутацию заказчика, а сейчас я ведь даже и не украл ничего, тогда почему на душе кошки скребут?       Сплочение в коллективе произошло из-за первых проблем.       – Патруль! Патруль! – молотил Каро по моей двери, пока я пытался прогнать остатки сна и кое-как натянуть штаны, потому что на корабле была "ночь".       – Чего хотят? – спросил я, выскочив на палубу, следом подтянулся растрёпанный Юки.       – Досмотр, – ответил Каро, глядя на окно радио-связи.       – Юки, у нас есть что-нибудь из контрабанды? – повернулся я к омеге.       – Пара бутылок виски, – пожал плечами он.       – Так, – выдохнул я, – без паники. Пассажиров наших из кают выведите, пусть не прячутся, авось пронесёт. Может, они вообще не по нашу душу.       На палубу вскоре подтянулись Дом, священник и Нолан, который вяло кутался в простынь.       – Итак, – сказал я, наблюдая на экране, как корабль патруля стыкуется с нашим, – ведите себя спокойно. Сначала узнаем, что им от нас нужно.       Все молча уставились на медленно открывающийся люк, в котором появилась фигура стражника правопорядка.       – Патруль Альдебарана, – представился офицер и оглядел всех, – добрый...э-э...вечер, я так понимаю?       – Здравствуйте, господин офицер, – улыбнулся я и протянул руку, мужчина пожал её в ответ, – чем обязаны визиту?       – О, переживать не стоит, – кивнул он, – стандартная проверка документов на транспорт, страховку и разрешения на полёт. Я догадываюсь, – полицейский перевёл взгляд на священника, – у вас с этим проблем не возникнет.       Я приказал Каро принести все документы, и пока бета бегал за бумагами, офицер завёл беседу.       – Давно в пути? – спросил он.       – С месяц, – ответил я.       – Слышали последнюю новость?       – Какую?       – Принц какой-то пропал, – ухмыльнулся офицер, а у меня сердце пропустило удар.       – Что за принц, знаете? – как бы невзначай спросил я.       – Фотки только видел. Красивый, гадёныш, ничего не скажешь. А, может, всё отфотошоплено, и в жизни он прыщавый юнец, – хохотнул страж, скользя взглядом по всем, кто сейчас наблюдал за нашим разговором. Я взглянул на Нолана, который пытался скрыть нервозный румянец за русыми прядями и стоял в тени палубы – молодец, умный мальчик.       Каро наконец вернулся с бумагами и протянул их мужчине. Тот лениво начал просматривать и удовлетворённо кивать. Понял, что всё в порядке и хотел было откланяться, но, видно потрепать языками ему до жути как хотелось, поэтому он снова поднял неприятную тему.       – У этого Принца, на всех фотках, кстати, неизменно присутствует одна деталь, – заговорчески поиграл бровями полицейский, пытаясь заинтересовать. Как будто я не знал, что это за деталь.       – Бабочка, – не дождавшись моего ответа просиял он, – редкая. Из породы Радужных Проказниц.       Рот наполнился горькой слюной, а в горле встал ком, потому что я услышал взмах крыльев за спиной.       – Прямо как...эта, – растеряно пробормотал офицер, а через секунду уже позвал на помощь подкрепление, – что вы сделали с Принцем?!       Я не успел ответить на этот вопрос, потому как полицейский уже узнал Нолана и двинулся в его сторону, но я остановил его кулаком по челюсти. Рефлексы сработали быстрее мозга. На пороге возникло ещё двое незнакомцев, и на одного из них тут же бросился Доминик. Юки наскочил на третьего, а Отец Патрик уже спешил ему на помощь.       – Подожди, Каро, – слышал я вдалеке Нолана, пока пытался вырваться из стального захвата противника, – надо их в корабль закинуть сначала, а потом отшвартовываться!       Какое-то сильное тело с грохотом повалилось на пол, и краем глаза я увидел, что это был один из полицейских, но не успел я порадоваться, как тело кто-то куда-то потащил, на моей шее кольцом обвилась пара рук. Я двинул коленом, сбрасывая с себя офицера, но это его явно не остановило, и наша борьба продолжилась.       Когда вырубили второго офицера – я не заметил, порядком вымотанный схваткой я из последних сил отбивался, лёжа на лопатках, как вдруг увидел разбивающуюся об голову противника бутылку виски. Мужик тут же обмяк и придавил меня своей тушей. Я кое-как выпутался из-под него и не поверил своим глазам: с розочкой от бутылки в руке стоял Нолан.       – Чё замерли? – раздался за спиной голос Каро, – тащите его на выход, пока не оклемался.       Я взвалил бездыханное тело на плечо и скинул в шлюз патрульного корабля. Через минуту на палубу после таких же махинаций вернулись и остальные.       – Прыгай в гипер, – приказал штурману я.       Каро задраил люк, отшвартовался и дал по газам. Только после этого я осмотрел всех. Ребята были изрядно потрёпанные, но целы и невредимы, только Нолан прятал руку за спиной. Пока все приводили себя в порядок, я подошел к нему и молча кивнул, чтобы он показал, что прячет. Омега выставил порезанную ладонь перед собой. Я, недолго думая, взял в кольцо запястье, отмечая учащенный пульс, и вылизал кисть до полного заживления. Хотя до этого никогда мне не доводилось применять этот навык альф – я ведь не метил никого, чтобы потом раны зализывать, а тут как будто инстинкт сработал, как только я увидел кровь.       – Спасибо, – тихо сказал Принц, и взглянул на наши всё ещё сплетённые руки. Я готов был взвыть от мысли, что мне надо отпустить его, – и извини.       – За что? – не понял я.       – За Лиру. Мне следовало внимательней следить за ней.       – Я мог сейчас быть задушенным этим офицером, если бы не ты, так что, считай, что мы квиты, – подмигнул я, и Нолан несмело улыбнулся, – это было...смело.       – Не знаю, что на меня нашло, – засмущался он.       – Это надо отметить! – воскликнул подошедший к нам Юки, и мы с Принцем расцепили пальцы.       Я сбросил морок грусти и резво закивал в пользу этой идеи. Всё-таки мы впервые столкнулись с проблемами в пути, а главное – успешно их решили. Тем более, что по моим подсчётам у нас ещё осталась одна бутылка виски.       Через пару минут все собрались за общим столом, потому как после такого взрыва адреналина сон сняло как рукой. Каро наконец вышел из гипера и поставил Фрэнки на автопилот, а Юки уже разлил по первой стопке.       – Хотите увидеть кое-что крутое? – спросил я, немного захмелев. Все только молча кивнули, – Каро, включи "кабриолет".       Бета послушно поднялся из-за стола, нажал на нужную кнопку и вернулся. В это время половина круизного катера, точнее торцевая стена и потолок, засверкала и распалась будто на пиксели, став прозрачной. Казалось, что мы идём прямо посреди звёздного неба, и можно было прикоснуться к какому-нибудь проплывающему мимо астероиду – только руку протяни. Все восхищенно ахнули, и тут я заметил, что у Нолана уже знакомо начали закатываться глаза. Я поспешил придержать его, чтоб он с лавки не свалился.       – Испугался? – встревоженно спросил я.       – Нет, – покраснел он.       – А чего тогда в обморок упал?       – От красоты.

***

      Внезапный выход в гипер немного сбил нам план, поэтому запланированная на середину путешествия дозаправка была нужна уже после трети. Но так как мы рисковали нарваться на очередных стражей правопорядка, остановку сделали на богом забытой планетке. Да, переплатить за топливо пришлось изрядно, но я в какой-то мере тратил казённые деньги, так что не страшно. Самое главное – надо было сделать это быстро и незаметно. Мне, правда, казалось, что Нолан всё время был в поле моего зрения. Пока я наполнял бак, он только справить нужду отлучился, а когда вернулся, то был бледнее моли, но я тогда этого не заметил.       И вдруг, когда мы подошли к кораблю, и все уже забрались, Принц дал дёру. Рассчитывал ли он сбежать на полном серьёзе от меня, я так и не понял. Только схватил за шкирку и взял на руки. Омега несмело вырывался, но было ясно, что он свою участь понял. Я попытался спросить, что его расстроило, но тот не ответил, а только в каюту сбежал и закрылся на замок.       Нолан проплакал трое суток. Единственный, кого он кое-как подпускал к себе, был Юки, который приносил ему поесть, но узнать, что приключилось, ему так и не удалось. Поэтому по прошествии этого времени мне надоело играть в вежливость, и я, вооружившись ключ-картой от его комнаты и пачкой салфеток, решительно ворвался к нему сам.       Он лежал на койке калачиком, отвернувшись к стене. Я осторожно присел на краешек постели и попытался найти нужные слова.       – Нолан...– начал я и замялся.       – Я всё знаю, – тихо сказал он осипшим от долгих рыданий голосом.       – Всё знаешь?       – Про Короля Ориона, – пояснил он.       Я разочарованно прикрыл глаза. Ну, конечно.       – Как? – поинтересовался я.       – В уборной попросил у одного омеги телефон и загуглил его.       Умно. Мне было неприятно, от того, что я прекрасно понимал причину попытки побега Принца. Никто не захотел бы замуж за такого страшилу, будь он хоть трижды Король. А тем более, когда тебе всего восемнадцать, и ты, скорее всего, ни разу даже не целовался.       – Ну, – начал я, – может, у него характер хороший.       – И что? – пробурчал Нолан.       – Ну как, ты же сам говорил, что внешность для тебя не главное.       Омега резко сел на постели, и я увидел его заплаканное лицо, а на щеке отчётливо виднелся след от подушки.       – Да что мне эта внешность! Блядский Король оказался бетой! – взревел он и снова разрыдался.       Я опешил от двух вещей сразу. Во-первых, от мата из уст Принца, он сразу как-то в моих глазах в человека превратился. А во-вторых, от того, что Нолан явно видел фото Короля Ориона, но задела его не ужасающая рожа, а почему-то половая принадлежность.       – Ну и что? – растерялся я.       – А то-о-о, – ревел омега.       Я ждал, пока он успокоится, и уходить не спешил, потому что во мне булькал интерес и глупая иррациональная радость от того, что Король всё-таки Нолану пришёлся не по нраву. Нет, заполучить Принца себе я не надеялся. То, что он нормально отреагировал на внешность своего будущего суженного, ещё не говорит о том, что он не отвернётся от меня, если увидит настоящим. Я же урод неполноценный, а этот омега достоин самого лучшего.       – Всё пошло прахом, – всхлипнул наконец он, – мои наивные мечты о счастливой семье, полноценной семье никогда не сбудутся. А я так хотел детей...       – А не рано тебе о детях мечтать? – мне, вот, двадцать шесть, но я как-то со своим образом жизни обзаводиться детьми пока не собрался.       – Значит, замуж не рано, а о детях думать рано, – горько ухмыльнулся Принц и сел на постели, обхватив колени руками.       – И замуж рано, – брякнул я, не подумав.       – А почему тогда сбежать мне не дал?       – Так я же не знал, что ты из-за этого решил.       – А сейчас дашь? – с надеждой спросил Нолан, взглянув на меня красными от слез глазами, из-за чего голубизна радужки казалась ещё ярче, и я на секунду потерялся в ней.       – Нет, – ответил я и поспешил пояснить, – твой отец меня со свету сживёт.       Омега грустно вздохнул и по его щеке скатилась очередная слеза. Лира, до этого покоившаяся на подушке, присела на щёку Принца и, нервно подрагивая усиками, принялась пить по капельке солёную слезу. А я чётко понял, что завидую чёртовому насекомому.       В ту ночь мне снилось, будто я бегу от отца Нолана, который несётся за мной с лазерными ножницами наперевес.       Со временем Нолан оттаял и даже рассказал обо всём остальным. Мнения насчёт судьбы Принца разделились кардинально: Отец Патрик твердил о священном долге и путях господних, которые, мы все помним, по-прежнему были неисповедимы; Юки же был полностью на стороне Нолана, ставя под сомнение вообще легитимность брака беты и омеги; Доминик, к моему большому удивлению, встал на сторону Юки, возможно, потому что альфа уже давно неровно дышал к моему старпому, хотя он свою позицию аргументировал тем, что он бы никогда не лишил человека права на возможность потомства, так как сам был бесплоден и очень от этого страдал; Каро показушно воздержался, а я... Я не хотел, чтобы Принц выходил замуж за нелюбимого, но и отпустить его я тоже не мог, потому что позорно влюбился.       Бессонница мучила меня уже три дня, поэтому на палубе я тусовался в одиночку, безуспешно пытаясь найти настоящий чай, а не растворимый. Шумел я при этом, судя по всему, довольно громко, потому что на звук пришёл заспанный Доминик.       – Ты не знаешь, где Юки прячет чай? – поинтересовался я.       – Настоящий или растворимый? – уточнил альфа.       – Настоящий.       Блондин кивнул и тут же выудил желанный пакетик из какого-то контейнера. Он поставил две чашки и уселся напротив. Мы заварили одну порцию на двоих и немного посидели в тишине.       – Ну что, – кивнул я, – уже познал все прелести анального оргазма?       Доминик поперхнулся чаем.       – Нет, с чего бы мне? – спросил он, откашлявшись.       – Ой, только не вешай мне лапшу на уши, что между тобой и Юки ничего не происходит, – махнул рукой я.       Альфа покраснел до кончиков ушей:       – Между нами ничего нет.       – Он что, тебе не нравится? – грозно спросил я.       – Н-нравится, – пролепетал Дом, – в том-то и беда.       – А?       – Он мне очень нравится, но... Понимаешь, я же личный помощник Принца Нолана – это значит, что самым главным омегой для меня должен быть он. А если я позволю себе быть с Юки, то в случае опасности брошусь защищать его в первую очередь, а не принца. Мне даже сейчас, – он вздохнул, – трудно удерживать своё внимание на Нолане, если Юки рядом.       – Какой же ты дурак, Дом, – покачал головой я, – неужели ты не видишь, что буквально все в Принце души не чают? И в случае опасности Нолана бросится защищать и Юки, и Патрик, и я, и даже Каро.       – Даже Каро?       – Да-да, этот малец очаровал даже моего штурмана-сухаря своими вечными вопросами: "А эта кнопочка за что отвечает?", – шутливо передразнил я.       Доминик на это тихо засмеялся.       – Поэтому не теряй времени, – продолжил я, – Юки...Давно ни с кем не был, а ты ему действительно нравишься. Кто знает, может твой, эм, случай, это как раз то, что ему нужно.       Когда отметка путешествия перевалила за экватор, я понял, что мне несдобровать. Запах Нолана, готового вот-вот потечь, так внезапно появившийся, застал меня врасплох. Принц ходил по кораблю как ни в чём не бывало. Ну конечно! Вечно окруженный бетами и Домиником, он наверняка даже и не задумывался о подавителях, а я готов был выть, лезть на стену, и шарахался от омеги по всем углам, но однажды я просто не выдержал.       – Юки! – барабанил я в дверь, когда все спали, – Юки, открой, чёрт возьми.       Спустя минуту заспанный омега открыл мне свою каюту и я тут же вошел, бесцеремонно усаживаясь к тому на развороченную постель, удивившись, что в ней не оказалось Дома.       – Чего тебе? – спросил недовольный Юки.       – Вы с Домом так и не сошлись? – разочарованно спросил я.       – Он в душ пошёл, – буркнул тот, а у меня на душе как-то сразу потеплело, – так что у тебя пять минут.       – Юки-и-и-и, – захныкал я.       – Что случилось? – разволновался омега.       – Это всё Нолан. У него скоро течка, и я просто схожу с ума! У тебя, может, есть какие-нибудь подавители или хотя бы спреи от запаха? А то я ж в открытый люк скоро выпрыгну.       – Подавителей нет, – почесал в затылке Юки, – ты на меня никогда не реагировал, поэтому я и выкинул всё пару лет назад за ненадобностью.       Я закрыл лицо руками и негромко застонал.       – Да что с тобой, Флинн? Почему тебе так?.. О боже, – ахнул Юки, – он тебе нравится. Принц тебе нравится.       – Хуже, – вздохнул я, – я втрескался в него по самое не могу.       – Что ж, – поджал губы Юки и порылся в тумбочке, а потом протянул мне пачку каких-то таблеток, – вот.       – Ты же сказал, что у тебя нет подавителей, – удивился я.       – А это не подавители, – тряхнул головой Юки, – это презервативы.       Я скептически глянул на него:       – Разве это не должны быть маленькие мешочки?       – Наука давно ушла вперед в развитии противозачаточных средств.       – А тебе-то они зачем?       – Для тебя берёг, дурила! А теперь марш из моей комнаты, если не хочешь стать невольным свидетелем...       Дальше я уже не дослушал, потому что действительно не хотел им стать.       "Решение" Юки меня не сильно воодушевило, потому как шли дни, и я пытался бороться с собственным желанием, но воля моя с каждым днём становилась слабей. Нолан тоже начал замечать метаморфозы, вот только избегать меня не спешил. Как же он не понимает, что он – Принц, а я – это...я.       Последняя моя надежда разбилась о тихий стук в дверь моей каюты. На пороге стоял он. Пленительный запах тут же закрался мне в ноздри, а взгляд скользнул по подрагивающим губам и векам.       – Можно мне войти? – спросил Нолан.       Я молча кивнул. Тогда омега прошёл в комнату и присел на краешек койки, а я так и остался стоять возле двери, но рука предательски её закрыла. Он нервничал. Теребил медальон на шее, кусал губы и отчаянно пытался что-то сказать.       – В общем, – начал он, – я прошу прощения, это полностью моя вина, но, кажется, у меня скоро течка. Я совсем не рассчитал сроки, – виновато взглянул он на меня, – да и, признаться честно, до этого никогда не пользовался ничем гормональным, поэтому и оплошал.       – Тебе не за что извиняться, – прохрипел я, каменея всем телом.       – Флинн...       – Да...       – Проведи, пожалуйста, со мной течку. Хотя бы один день.       Я закрыл глаза. Господи! Да я с тобой бы год из постели не вылезал, только бы ты захотел.       – Нолан, – вздохнул я, – я с радостью её с тобой проведу, если... Если ты сам захочешь.       – Я хочу! – закивал омега, на что я только разочарованно застонал, – пожалуйста, Флинн...       Терпение моё лопнуло, и я опустился на постель рядом с ним, а потом, подхватив его за пояс, пересадил к себе на колени. Наши лица оказались так близко, и мы потянулись навстречу невесомому поцелую. Но этого было недостаточно, чтобы утолить голод желания. Мы поцеловались ещё и ещё, а потом я раскрыл губы и накрыл ими его, он жарко выдохнул и раскрыл свои в ответ. Пальцами одной руки Нолан зарылся мне в волосы, отчего я чуть ли не заурчал, а другую положил на плечо, притягивая ближе. Я же покрепче обхватил его за пояс, свободная рука заскользила по изящному, но сильному бедру, останавливаясь на ягодице. Я несильно сжал её.       – Ах! – выдохнул омега от моего движения, и снова припал к моим губам. Я скользнул языком внутрь приоткрытых губ, пробуя его на вкус, а он в ответ приласкал своими губами мой язык и толкнулся своим навстречу, отчего я не смог сдержать довольного стона.       Ладони сами собой забрались под футболку, и Нолан с готовностью поднял руки, позволяя снять с себя ненужный предмет одежды. Я повалил его на постель и вклинился между его бёдер, припав губами к ключицам. Очертил дорожку из поцелуев от скулы до груди, почувствовал теплоту золотого медальона на теле Принца, поласкал языком соски поочерёдно и был вознаграждён протяжным: "Да-а-а".       Омега заскрёбся по моим плечам, и я даже сначала не уловил, что он делает, а потом понял, что это он так майку с меня снять пытается. Я отстранился от него на секунду, приподнимаясь на коленях, стягивая с себя одежду, и плавясь под его голодным взглядом, который блуждал по моему телу. Одно только это заводило безмерно и срывало тормоза, поэтому я чуть-чуть не забыл о таблетках. Я заставил себя отдышаться и вспомнить, куда их закинул. Порывшись под подушкой, я проглотил парочку.       – Это виа-гра? – приподнялся на локтях Нолан.       – Какая виа-гра? Твой запах лучше всякой виа-гры, а это – презики.       – Правда? – засмущался Нолан, но я явно туго соображал в тот момент и поэтому сначала не понял, что он спросил, – про запах...       – Конечно, правда, – я снова опустился к нему на постель, зарываясь носом в шею, лаская языком аккуратное ушко, – я две недели просто с ума схожу...       Омега резко подался навстречу и уложил меня на обе лопатки, сел сверху и провёл аккуратными ноготками по моему торсу, не царапая, а только вызывая стайку мурашек. Потом руки его опустились к застёжке штанов, и я нервно сглотнул, но не в силах был его остановить, поэтому просто зажмурился. Нолан стянул с меня брюки и естественно остановился.       – Всё ещё хочешь продолжать? – выдохнул я, не открывая глаз.       И он повёл рукой по моему бедру, опускаясь ниже и ниже, а затем я уже не чувствовал. Пришлось приоткрыть веки, и я увидел, как он ведёт рукой дальше – по протезу. Омега ловко нашёл кнопку под коленом, и магнитные крепления отключились, высвобождая меня из него. А потом челюсть моя упала от вида того, как он опускается и целует прямо там – где моя настоящая нога заканчивалась.       – Такой ответ понятен? – прошептал он, возвращаясь к моему лицу.       Я только кивнул и рывком перевернул его на спину, оказываясь снова сверху. Мы слились в поцелуе, а я уже стягивал с омеги шорты, чувствуя его возбуждение через ткань белья. Забрался под резинку трусов и ласково огладил маленький твёрдый член. Нолан нервно выдохнул, и это не ускользнуло от моего внимания.       – Что не так? – спросил я, убирая руку.       – Всё так, – сглотнул он, глядя в потолок, – продолжай.       – Нолан, – я мягко взял его за подбородок и заставил посмотреть на меня, – скажи...       – Я просто...– он замялся, – не думал, что мой первый раз будет таким...       – "Таким"?       – Ну, я мечтал, он будет каким-то волшебным. Я же типа Принц. Знаю, это глупо...       – Ничего не глупо, – перебил я его, – хочешь волшебства – будет волшебство. Только пообещай, что сознание не потеряешь.       Омега с недоумением уставился на меня, но я замер в ожидании вербального ответа.       – Обещаю, обещаю, – нетерпеливо заёрзал он.       Тогда я перекатился на край кровати и взял с тумбочки пульт дистанционного управления кораблём. Нажал кнопку и потолок с внешней стеной каюты знакомо рассыпался квадратиками, превращаясь в прозрачный полукупол. Нолан ахнул, но это было ещё не всё. Я нажал другую кнопку, и почувствовал, как омега вцепился в меня, ощущая, как искусственная гравитация исчезает.       Я легонько оттолкнулся от постели, теперь казалось, что мы парим в ночном небе, и я любовался отблеском звёзд в его глазах, плавно рассыпающимися русыми волосами, как будто те были под водой. Каждое движение стало лёгким, невесомым, поэтому я лишь слегка подтолкнул его вперёд и омежье тело заскользило под моими руками и губами, пока я не уткнулся носом в подтянутый живот. Тогда я остановил Нолана, и начал вылизывать бархатную кожу, спускаясь ниже, к паху, одновременно стягивая с омеги бельё. Он только беспомощно хватал ртом воздух.       – Фли-и-и-инн – с протяжным стоном выгнулся Принц, когда я накрыл губами его член и вобрал в рот, смакуя как самую сладкую конфету.       Он интуитивно развёл ноги пошире, и я почувствовал солоноватый привкус смазки, лизнув промежность. Сильнее зарылся лицом меж его половинок, лаская языком вход в его тело, такой влажный, горячий, пульсирующий. Нолан самозабвенно заскулил, но потом немного освоился и легким движением руки, схватив меня за шею, подтянул к себе, заставив оторваться от желанной дырочки. Я увидел, как раскраснелось его лицо, чувствовал блуждающие по спине и ягодицам руки, пока он целовал линию плеч, соски, спускаясь по телу. Омега припал губами к моему сокращающимся в хаотичных судорогах прессу, а потом я почувствовал его руку на своём члене, к которой вскоре присоединились губы, ласкающие головку, и я взвыл от головокружительного удовольствия.       Я чувствовал, что уже на пределе, просил Нолана то ли остановиться, то ли продолжать, но он всё-таки остановился. Я подтянул его к себе, и он обвил мою талию ногами и прижался, игриво потеревшись об меня. Я погладил одной рукой его крепкую попку, придерживая за талию другой – половинки уже намокли, и я скользнул пальцем к анусу, чуть надавливая на вход, который податливо раскрылся. Нолан вцепился мне в плечи, но не закричал и не вырвался, поэтому я медленно начал массировать упругие стеночки и вскоре нашёл нужный бугорок. Чуть надавил на него, и в ответ был вознагражден восторженным вздохом. Я добавил второй палец, продолжая массировать простату, срывая с губ омеги довольные стоны, и когда смог протиснуть уже три пальца с нетерпением приставил головку члена к желанному входу.       – Вдохни, малыш, – попросил я. Нолан послушно набрал полные легкие воздуха, и как только начал выдыхать, я вошёл в него одним слитым движением, почувствовав впивающиеся в спину ногти. Легкая боль чуть отрезвила меня, задерживая рвущийся наружу оргазм. Я сделал пробный толчок, потом ещё один, пытаясь осторожничать, но омега подался бёдрами навстречу. И я сорвался в омут глубоких сильных проникновений, слыша всхлипы и просьбы не останавливаться срывающимся голосом, ловя на периферии сознания, что кричу не меньше Нолана.       Вымотал нас не секс, а оргазм. В невесомости не нужно было преодолевать силу притяжения, каждое движение давалось легко, и мы с Принцем быстро вошли в унисон, а вот когда по низу живота начали расходиться оргазменные судороги, то неотяжеленное гравитацией кровяное давление и электрические разряды нервных окончаний с бешенством разнесли ощущение взрыва в каждую клеточку тела. Может, он даже был продолжительней обычного, но я точно не понял, потому что ощутил, как сокращаются мышцы омеги вокруг моего узла, говоря о том, что Нолан совершенно точно наслаждается вместе со мной.       Из моей каюты мы не выходили неделю. Первые три дня угар течки Нолана напрочь отключил нам обоим разум так, что мы почти забыли о любых других нуждах организма. А когда животные инстинкты сдали свои позиции, то никто из нас не готов был признать, что всё закончилось. Поэтому мы просто продолжили парить в небе, любоваться светом звезд и заниматься любовью, пытаясь как можно дольше отсрочить изнуряющие оргазмы. Когда нам приходилось отдыхать, я заметил, что мы всё равно не могли оторваться друг от друга. Мы могли подолгу обниматься, переплетая ноги, стискивая в объятиях до невозможности дышать, или витать в пространстве почти отдельно, держась только кончиками пальцев, но не прерывая контакта полностью.       Но когда запасы капитанских снэков и чистых полотенец в моей комнате закончились, и тяжесть реальности постепенно вернулась на мои плечи, мне пришлось вернуть гравитацию, постепенно увеличивая процент, и укладывая вымотанного Нолана на почти не тронутую постель.       – Что же ты натворил?.. – прошептал я, будучи уверенным, что Принц уже давно в мире грез.       – А? – переспросил омега, приоткрыв глаза, переплетая наши пальцы.       – Я...не знаю, как смогу жить после того, как отпущу тебя...       – Ну так не отпускай, – он поднялся на локтях и запечатлел невесомый поцелуй на моих губах.       – Что? – опешил я.       – Флинн, – опустил глаза Принц, – течка закончилась четыре дня назад, а мы всё ещё в твоей постели. Неужели это для тебя ничего не значило?       – К-к-конечно, значило, значит, – поправился я, – но, мы же с тобой такие разные... Ты такой... А я такой...       – Какой?       – Я бандит, преступник, – я немного замялся, но потом всё-таки сказал, – инвалид...       – Прекрати! – вскрикнул Нолан, в голосе послышалась злость, – я же ясно дал понять...       – Я знаю, знаю, но разве я достоин тебя? Ты же Принц!       – Из нас двоих моим социальным статусом ты озабочен гораздо сильнее меня! Не хочу я быть Принцем, если не буду с тобой, ой, – омега прикрыл ладошкой рот, из которого неосознанно только что вырвалось признание.       Я на секунду забыл как дышать.       – Нолан, малыш, я влюблён в тебя до безумия, и я больше всего на свете хочу быть с тобой, – я начал хаотично покрывать его лицо поцелуями.       – Давай сбежим, – попросил он.       Мне пришлось остановиться от ласк:       – Если мы сбежим, то рано или поздно нас найдут, – покачал головой я.       – Тогда что же нам сделать, чтобы нас не нашли?       – Умереть.

***

      Когда мы вышли на общую палубу, смотрели на нас, мягко скажем, с нескрываемым интересом.       – Натрахались наконец? – укоризненно спросил Каро, мы только глазами захлопали, – Флинн, я неделю на толчок в невесомости ходил!       Упс! Кажется, тогда в потёмках я нажал кнопку, которая отключала гравитацию на всём корабле.       – Я, эм, прошу прощения, – виновато сказал я, но бета уже сменил гнев на милость, махнув рукой, – в общем, – я взял за руку Нолана, – у нас есть к вам разговор. Присядем?        Шестеро человек потеснились за общим столом.       – Мы с Ноланом решили остаться вместе, – выдохнул я, – это значит, что он не выйдет замуж за Короля Ориона, и, если кто-то захочет этому противостоять, то я разорву его на куски.       Все уставились на Отца Патрика, потому что помнили, что он один был за брак с венценосным бетой. Он посмотрел в глаза Нолану:       – Ты уверен? Твой отец расценит побег как предательство.       – Мы решили не сбегать, – омега расправил плечи.       – Святой Отец, – обратился я к бете, – мы поймем, если вы откажетесь участвовать в дальнейшей афёре. Через неделю нам предстоит дозаправка по курсу, и мы сможем высадить вас на той планете с достаточной суммой, чтобы потом самостоятельно добраться хоть до Земли.       Священник обвёл всех взглядом, чуть останавливаясь на Каро, который с нескрываемым вызовом смотрел на него. Потом завёл руку за шею и отстегнул форменный воротничок.       – Вот те на, – тихонько присвистнул Дом.       – А как же система и святой долг? – ехидно спросил Каро, но в глазах его было что-то отдалённо напоминающее восторг.       Патрик только плечами пожал.       – Что ж, – хлопнул в ладоши я, – остальные, я так понимаю, согласны? – ответом послужило несколько кивков, – тогда, вот, план. Уходить с курса нам сейчас слишком накладно, да и, как уже Нолан сказал, мы не будем сбегать, потому что за нами полюбому уж кто-нибудь, и не один, следит. Поэтому мы инсценируем кораблекрушение. Прямо на столицу Ориона.       – Как ты собираешься такое провернуть? – удивился Юки.       – На подлёте к орбите пересядем в другой корабль, а этот отпустим вниз, отключив автопилот.       – И ты готов пожертвовать Фрэнки? – нахмурился Каро.       – Ради него, – я взглянул на Нолана, и тот ответил мне тёплой застенчивой улыбкой, – да.       – Ну хорошо, корабль разобьётся, а когда его вскроют, то наших обгоревших тел там не найдут, ведь так? – выказал очевидный пробел в плане Дом.       – Можно нашпиговать тайники взрывчаткой, якобы мы перевозили ещё и её, тогда во время взрыва температура внутри корабля будет настолько высокой, что там просто не сможет остаться следов чего-то биологического, – предложил Патрик. Ого, не думал, что он так быстро подключится к этой затее. Другие тоже растеряно смотрели на него, – что? Я же служил с "Псами". Мы про взрывчатку знаем всё.       – Но тогда всё равно не будет никакого подтверждения, что мы были в корабле именно во время аварии, – парировал Юки.       – Мы купим сейф типа чёрного ящика, – тихо сказал Нолан, – и положим туда личные вещи каждого, которые могли быть только у нас, тогда ни у кого не останется сомнений, что здесь были мы.       Когда мы добрались до заправочной планеты, список покупок увеличился с двух пунктов: взрывчатки и сейфа, до дюжины. Надо было купить подходящие скафандры, страховочный трос, всякие мелочи и, конечно же, новый корабль. Я выбрал небольшой катерок, который был достаточно новой модели, чтобы потом продать его без проблем, а на одной из крупных торговых планет, потом смог бы пересадить нас на что-то более удобное, а пока мы тянули на буксире нашу спасительную шлюпку. На этом легкая часть плана закончилась.       Патрик начал медленно снаряжать Фрэнки динамитом, которому Каро, к моему большому удивлению, охотно вызвался помогать. Похоже, анархичный поступок священника заставил моего штурмана взглянуть на бету под другим углом. А, вот, всем остальным было не по себе жить на пороховой бочке. Но шли дни, Орион приближался, и настал тот час, когда мы все собрались вокруг сейфа. Мы с Юки бросили в него документы, Каро – анатомически подогнанную под него отвёртку, Доминик – перстень королевской прислуги, Патрик – посеребрённые чётки с распятием, а Нолан... Все его вещи так и остались на Земле, кроме медальона, но в последний момент он никак не мог с ним расстаться. Я отвёл его в сторону и спросил, поцеловав в макушку:       – Что такое, малыш? Если хочешь, оставь его себе.       – Нет, я, – он замялся, – я сейчас положу его, просто...       – Что?       – Это было последние напоминание о том, что я принадлежу королевской семье. Не думал, что мне так тяжело будет перестать быть Принцем.       – Нолан, – я положил ему руку на плечо, и он поднял на меня свои голубые глаза, – это всего лишь кусок металла, а для нас... Для меня ты настоящий Принц.       От этих слов омега немного повеселел и сложил таки украшение в общую кучу.       Больше времени медлить не оставалось. Скафандры были надеты, Лира помещена в специальный контейнер, и я вручную пристыковал новый катер и открыл шлюз. Все были соединены страховочным тросом, который Нолан, как первый в цепочке, закрепил на внешней обшивке корабля. Мы осторожно потянулись из Фрэнки в отрытый космос. Последним должен был быть Каро, так как только он мог запустить двигатель старого корабля и вовремя отключить автопилот. Но, как это часто бывает, в какой-то момент всё пошло не так.       – Шлюз заклинило, – как-то слишком спокойно передал Каро по рации.       Первым делом я увидел, как метнулся Патрик к выходу из Френки, нарушая общую линию. Проблема была в том, что мы все были соединены тросом, который начинался от нового катера и заканчивался на Каро, который в этот момент был замурован, несущимся на огромной скорости к планете.       – Флинн, Дом, помогите открыть его вручную! – закричал Патрик, врезаясь в шлюз. Мы видели в иллюминаторе недоумевающего и дёргающего за ручку Каро, а потом мне показалось, что в его руке блеснул нож. Показалось не мне одному, потому что Патрик отчаянно замолотил по стеклу. Я наконец подлетел к люку и упёрся бионической ногой в корпус, дёргая изо всех сил ручку на себя. Потом почувствовал на поясе руки Доминика, который начал тянуть со мной в унисон, и дверь наконец поддалась.       Патрик молниеносно схватил Каро за шкирку.       – Юки, Нолан, тяните трос, – скомандовал я.       Ребята послушно затащили нас на катер, и мы вчетвером повалились на пол, у которого уже была включена искусственная гравитация. Я наблюдал за тем, как Фрэнки отправился в небытие, а за моей спиной происходили более интересные события.       – Ты что?! Ты что?! Собирался себя от троса отрезать?! – кричал Патрик.       – Нет, я-я хотел подковырнуть замок, – пытался успокоить его Каро.       Бета набросился на него, как-то даже враждебно стискивая в объятиях.       – Энди-и-и-и, – всхлипывал Патрик.       – Кто? – выпутался Каро из удушающего захвата, – кто такой Энди?       – Ты! Идиота кусок! – плакал бета, он попытался всё объяснить, прерываясь на всхлипы, – я думал, что потерял тебя на войне. Мне сказали, что ты умер, и в системе о тебе ни слова не было. Представь мой шок, когда я увидел тебя с кучкой контрабандистов, и ты смотрел на меня с такой ненавистью, что я сначала подумал, что ты просто двойник. Но, когда узнал про амнезию, а потом начал замечать все повадки, ужимки – сомнений не осталось.       – И ты всё это время молчал? – толкнул его Каро-Энди.       – Ты же сказал, что счастлив, и я подумал, что не нужен тебе, – опустил глаза Патрик.       Все с замиранием сердца ждали ответа штурмана. Он только пожал плечами и буднично так сказал:       – Прикольно. Это получается, что я в тебя за одну жизнь дважды влюбился.

***

      – А когда я стану старым, то перестану быть для тебя Принцем? – спросил Нолан, блуждая пальчиками по моей обнажённой груди.       – Перестанешь, – согласился я и улыбнулся, – ты станешь для меня Королём.