Чувства ядерных масштабов

      Сара стояла перед стеной сарая, и плакала, уперевшись в неё. У меня в тот момент было время подумать. Почему даже сейчас, когда выбор так очевиден, я не могу уйти? Просто забыть и начать заново! Ты же уже делал так, Майкл! Ты просто оставил позади прошлое! Почему ты не можешь сделать это снова?       На этот вопрос ответа я не знал. Может, идея целоваться или трахаться с гулем не кажется мне такой противной. Может я однолюб. А может, я просто остался человеком во всём этом кошмаре, где каждый как может скатывается до первобытного состояния, лишь бы отхватить кусок пожирнее. Внезапно я понял, что в нас находится что-то, чего никому никогда не понять. Что-то, что нельзя зашить в чип робота или вынести на чистых инстинктах. Это сила человеческого сердца.       — Сара, я не уйду.       Этот ответ, судя по всему, шокировал её. Я продолжал.       — Двести лет назад я дал обещание, что никогда не оставлю тебя, что мы всегда будем вместе. Я знаю, сейчас это звучит глупо, но пойми, я действительно люблю тебя.       Она повернулась ко мне, не веря тому, что слышит.       — Слушай, — Я поднял с земли кольца. — Я сейчас лишь обедневший наемный работник, продающий свои навыки убийства и инженерии тому, кто больше заплатит, и пытающийся найти счастье там, где сияют огни. Ты – гуль, который скорее всего переживет меня. Мы обречены быть вместе недолго, и у нас не будет детей, но тем не менее мы всё те же. Я запомнил тебя милой девочкой с прической-одуванчиком, а ты меня – тем самым мальчиком на подработке у дяди-механика. Я не прошу чего-то запредельного, и не прошу давать тот ответ, который ты не хочешь, но всё же... — Я протянул ей одно из колец. — Сара, ты станешь моей женой?       Нечасто случается встретить гуля, проявляющего хоть какие-то эмоции, кроме зла и неприязни, а также хотя бы просто вызывающего сочувствие. Я был действительно поражен, когда Сара своим уже сиплым и хрипящим голосом вымолвила то заветное слово согласия, и бросилась мне на шею. Мне казалось, что впервые с момента катастрофы она чувствует себя человеком.       В Пустоши наступило утро. Я продолжаю свой путь дальше в прекрасный Нью-Вегас, но теперь я не один. Я держу за руку ту женщину, которую когда-то полюбил буквально до безумия, и которую я теперь никогда ни за что не оставлю. И я знаю, она не оставит меня тоже. Наш путь неблизок, и мы не знаем, что нас ждёт завтра, и доживем ли мы до конца этого дня, но это и не важно. Теперь остались только мы вдвоём против всего жестокого мира, и что-то мне подсказывает, что расклад вполне неплохой. Так или иначе, теперь мы вместе, и теперь мы идём вперёд.       А впереди нас ждёт будущее.