Ты только мой

Юквон сквозь сон чувствовал теплое дыхание на своем лице и рядом горячее тело Зико, руки рэпера расслабленно обнимали его. Юквон улыбнулся. Неожиданно откуда-то снизу раздалось треньканье и внутри всё неприятно сжалось от нахлынувшей ревности: он узнал эту мелодию - она стояла на вызове госпожи Чон. Телефон звонил уже несколько секунд, когда в голову закралась мысль ответить и сообщить звонящей, что её муж сейчас находится прямо в его объятиях. Но упомянутый муж уже проснулся и разомкнув объятия перегнулся через танцора, чтобы взять телефон. С трудом отыскав его в сваленной в кучу одежде, он прохрипел: - Слушаю, - Зико запнулся, покосившись на танцора, потом всё-таки не стал добавлять привычное "дорогая". - Тебе звонили из Японии, - слышался ровный бесстрастный голос госпожи Чон, - они не смогли дозвониться на твой рабочий. Ты им не сообщил свой новый номер? - Не успел... Спасибо, что сказала. - Хорошего дня, милый. - И тебе, дорогая, - последнее Зико выдал на автомате, потом спохватился и, отключаясь, покосился на Юквона, который равнодушно разглядывал потолок и перильца спальни. - Мне пора ехать, - сказал рэпер, стараясь больше не смотреть на танцора, пока выпутывался из пледа, которым ночью их заботливо накрыл Юквон, и одевался. Танцору хотелось умереть прямо сейчас, в горле стоял комок, он чувствовал себя, как будто он стал проституткой, и им только что воспользовался клиент. - Пока. Увидимся в агентстве, - пробормотал Чихо, выпрямляясь, когда надел свои кроссовки и уже поворачивался, чтобы уйти. - Да, пока, - Юквон старался сказать это твёрдым голосом, чтобы в нём не звенели слёзы. Когда дверь за рэпером закрылась, Юквон несколько минут смотрел на неё, всеми силами стараясь прийти в себя. Конечно, он понимал, что человек, которого он любит - не свободен, но никогда не думал о том, что ему будет так больно. Потом повернулся, оглядел царивший в комнате беспорядок и принялся за уборку: собрал валяющуюся на полу одежду, забросил её в стиральную машину. Стянул плед с дивана, чтобы его сложить и увидел пятна на его обивке - следы вчерашнего наслаждения. На глаза навернулись слёзы. Плед был отправлен вслед за одеждой в стиральную машину. Юквон вытащил из шкафчика небольшой пластиковый тазик жизнерадостного ярко-жёлтого цвета, наполнил его теплой водой со стиральным порошком и, прихватив с собой щётку, вернулся к дивану. Кусая губы, Юквон ожесточённо стирал пятна, как будто пытался стереть вчерашнюю ночь и сегодняшнее утро из своей памяти. Наконец-то квартира была приведена в порядок. Юквон принял душ, до красна натерев мочалкой молочную кожу, стараясь смыть все прикосновения Зико с себя, оделся и сам направился в агентство. Он увидел рэпера, выходящего из кабинета директора. Танцор очень надеялся, что у него на лице равнодушное, а не потерянное выражение. - Зайди в кабинет директора, - лицо рэпера ничего не выражало - обычное равнодушие. "Катись к чёрту!" - подумал про себя Юквон, здороваясь, как обычно с Зико, словно не было этой ночи. - Вы меня вызывали? - Юквон почтительно поклонился, когда зашёл к госоподину Чону. - Садись. У меня к тебе очень серьёзный разговор. Внутри у Юквона всё сжалось, сердце прыгнуло высоко в горло. Он вдруг подумал, что директор каким-то образом узнал, что произошло сегодня. - У нас начинается продвижение в Японии... Японцы хотят яоя... Ты не мог бы... не мог бы сыграть на выступлениях в туре по продвижению возлюбленного Зико? Вам нужно будет сыграть страстный поцелуй на сцене. Всего несколько концертов. У танцора отлегло от сердца, он взглянул на директора. Тот по своему истолковал выражение лица Юквона: - Оплата будет двойная, - поспешно заверил он. - Можно я подумаю? - Да-да, конечно! Выходя из кабинета и направляясь в тренажёрный зал, танцор прокручивал всё, что произошло вчера. Он думал о том, что рэпер не врал вчера. Значит, ситуация просто вышла из-под контроля и Зико не сдержался. Настроение стало ещё мрачнее: Юквон откусил кусочек пирога счастья и у него его тут же забрали. Да и вообще, всё это предназначалось не ему. Он твёрдо решил найти Зико и посмотреть тому в глаза, чтобы подтвердить или опровергнуть свои подозрения, но рэпера нигде не было. Тогда танцор спустился в ярко освещённый тренажёрный зал, где никого не оказалось. Он выполнял упражнения, пока не начало темнеть в глазах и не заныли все мышцы. Потом рухнул обессиленный на холодный пол, оттягивая неприятно мокрую футболку на груди. Юквон даже не слышал, как кто-то зашёл в зал. - Привет, - раздался над ним удивлённый голос Минхёка. - Привет, хён, - ответил Юквон, перекатываясь на живот, чтобы встать. Всё тело ныло и протестовал против этого. Он медленно подошёл к стоящей у одного из тренажёров бутылки с водой, скрутил колпачок, поднёс к губам и глотнул воды. Ледяным комком вода неприятно скатилась по пищеводу в желудок. За Минхёком пришёл их тренер и Джехё, который поприветствовал Юквона коротким кивком. Юквон вышел из зала, разговаривать не хотелось ни с кем, даже с другом. Он пропустил время обеда специально, чтобы спокойно пообедать одному. Вернувшись из бистро, в котором обедал, Юквон как раз успел к началу тренировки. Команда уже знала, о его "особой" роли и все, кто танцевал с ними, шутили насчёт того, что Юквону теперь будут доставаться самые лучшие партии, а может даже и альбом. Каждое их слово неприятно царапали душу Юквона. Хотелось избить каждого в этом зале и убежать подальше от Сеула, подальше от Зико с его низким голосом и невозможной харизмой. Стереть из памяти прошлую ночь. На тренировке уставшие мышцы плохо слушались, из-за чего на танцора наорал хореограф, обозвав его бездарностью. - Извините, я себя плохо чувствую. Если бы Вы отпустили меня пораньше, я постарался бы восстановиться. - У нас продвижение в Японии! - Я знаю, - убитым голосом ответил Юквон, стараясь спрятать взгляд, так как чувствовал, что на глаза вот-вот навернутся слёзы. - Иди домой. Приведи себя в порядок, - сквозь зубы процедил хореограф. - Спасибо, - ответил безэмоционально Юквон, и отправился в душ. - Если завтра будешь в таком же состоянии, я буду говорить с директором. На выходе он столкнулся с Минхёком. Юквон попросил отвезти его домой, ему не хотелось оставаться со своими неприятными мыслями наедине. Скорее всего такая просьба удивила хёна, но он не подал виду. С ними поехал и Пё Чихун, напоминавший своими выходками и эгьё огромного младенца. Всю дорогу до дома Юквона он рассказывал истории из своего детства или подпевал смешным голосом песням, которые транслировали по радио, ни разу не попав в ноты, заставляя Юквона и Минхёка улыбаться. В холодной квартире диван не успел просохнуть, поэтому Юквон проглотив чашку рамёна, почистил зубы и поднялся наверх. Весь день прошёл, как во сне. Он чувствовал себя опустошённым и разбитым. Позвонила его мама, спросила, сможет ли Юквон приехать на день рождения отца. Это было простой формальностью, попыткой помирить их. Но Юквон ответил, что не сможет, потому что это событие выпадало как раз на середину японского промоушена. Да и он знал, что отец не будет рад его приезду. Родители не знали о том, что сына интересуют мальчики, пока однажды мать убираясь в его комнате случайно не нашла журнал, посвящённый геям. Юквон был послушный, тихий отличник, всё своё свободное время просиживал в школьной библиотеке, подрабатывал в маленьком супермаркете рядом со школой. Родители радовались целеустремлённости сына и без возражений разрешили ему в 12 лет пойти в танцевальную школу. Здесь он впервые влюбился. Его любовью стал парень из старшей группы, который танцевал, как Бог. Юквон раскрыв рот смотрел на него на своей первой репетиции. Он пришёл сюда раньше и сидел на скамейке, ожидая, когда начнутся занятия. Юквон почувствовал, что ему стало неожиданно жарко, когда он увидел сосредоточенное идеальное лицо, обтянутый майкой торс, парня, танцующего в центре зала под грохот танцевальной музыки... Когда репетиция закончилась, парень подошёл, присел на корточки перед обалдевшим Юквоном и спросил, тяжело дыша и сверкая белозубой улыбкой: - Новенький? - Ага, - с восторгом прошептал Юквон. - Тренируйся усердно! думаю, из тебя выйдет толк, - парень встал, попутно потрепав ласково Юквона по голове. Если на первую репетицию Юквон пришёл просто так, без желания стать танцором, просто, чтобы поддержать друга, то теперь он твёрдо решил стать самым лучшим танцором и заставить незнакомого пока ему танцора восхищаться собой. Он не пропустил ни одной репетиции, непременно приходя на час раньше в те дни, когда были репетиции старшей группы. Он знал уже, что парня зовут Ынчжон, что у него есть девушка: однажды, возвращаясь домой из школы он видел их целующимися. Весь остаток того дня Юквон проходил мрачный, он впервые испытал чувство ревности. А однажды к нему подошёл другой парень из той же старшей группы и сказал: - Зря стараешься, он никогда не будет с тобой. - Ты о чём, хён? - Юквон действительно не понял, о чём говорит сонбэ. - Я об Ынчжоне. Ему нравятся девушки, - сардонически усмехнувшись пояснил он. - Ну и что? - Он же тебе нравится? - Ну да! Он танцует, как Бог! - Тебе же не только его танцы нравятся. В нашей группе есть куда более способные парни. - Он танцует лучше, - упрямо возразил Юквон. - Когда-нибудь ты поймёшь, что он никогда не будет твоим, - сказал парень. Юквон озадаченно молчал, а сонбэ повернулся и пошёл домой. - Что это значит? - вслед ему выкрикнул Юквон. Его раздражала непонятная для него ситуация. Парень повернулся и ответил, шутливо поклонившись: - Когда поймёшь, обращайся. Я - Чжун. Ли Чжун. Через несколько месяцев Юквону приснился Ынчжон, который целовался со своей девушкой, а утром Юквон проснулся с мокрым пятном на трусах. А через несколько лет Ынчжон женился на своей девушке, потому что она забеременела, и ушёл в армию. Об этом Юквон узнал от всё того же Чжуна, с которым столкнулся случайно в клубе, и который после в туалетной кабинке всё того же клуба делал ему крышесносный минет. А потом родители нашли злосчастный журнал... Юквон ушёл из дома за пару дней до окончания школы и поселился с Ли, который уже был трейни одного агентства, на съёмной квартире. Отец перестал разговаривать с сыном. Только мать иногда звонила ему, высказывая, что наверняка сын придёт в норму и женится на какой-нибудь милой девушке. После разговора с матерью Юквон открыл Твиттер, бездумно полистал его, потом также бездумно открыл Инстаграмм и первое фото, которое он увидел в своей ленте, было Зико. Сердце забилось сильнее. "В Пусан" стояла надпись под фотографией. Юквон разглядывал знакомый профиль с крючковатым длинным носом и пухлой нижней, длинные изящные почти женские белые пальцы. Внутри всё болезненно и сладко перевернулось от воспоминания, как еще сутки назад эти губы и пальцы ласкали его тело. Телефон полетел вниз с пластмассовым треском встретившись с полом. Танцор завернулся с головой в одеяло, свернувшись калачиком от боли, которая раздирала всё внутри, и сам не заметил, как заснул. Ночью ему снилась танцевальная школа. Он зашёл в неё, ему навстречу шёл Зико в белой зимней куртке, с натянутым на голову капюшоном. Во сне Юквон радостно бросился рэперу навстречу, но тот прошёл мимо, даже не взглянув на него. Юквон проснулся среди ночи, лежал раз за разом прокручивая сон, пока снова не заснул, на этот раз без сновидений и до утра.