Мир за маской

Всё бытие и сущее согласно В великой, непрестанной тишине. Смотри туда участно, безучастно, — Мне всё равно — вселенная во мне. Я чувствую, и верую, и знаю, Сочувствием провидца не прельстишь. Я сам в себе с избытком заключаю Все те огни, какими ты горишь. Но больше нет ни слабости, ни силы, Прошедшее, грядущее — во мне. Всё бытие и сущее застыло В великой, неизменной тишине. Я здесь в конце, исполненный прозренья, Я перешел граничную черту. Я только жду условного виденья, Чтоб отлететь в иную пустоту. — Давай же!!! — кричала Лекса на бессознательную принцессу, делая ей непрямой массаж на сердце, но Кларк не приходила в себя. — Принцесса, ты должна жить! Брюнетка быстро подползла к ее лицу, зажала нос, приоткрыла ее рот и начала делать искусственное дыхание рот в рот. Но и это не помогло, по щекам Лексы впервые за долгое время катились слезы. Она приложила ухо к груди Кларк, пытаясь услышать забилось ли сердце, но даже тихого стука не было слышно. Александра села на колени и закрыв лицо руками, заплакала. Она винила себя в том, что не смогла спасти принцессу, резко разозлившись, брюнетка ударила со всей силы по грудной клетке Кларк и… Блондинка резко закашляла, и вода начала выходить наружу. Лекса быстро приблизилась к ее лицо и взяла его в свои руки. Глаза были красными от пролитых слез, в них читался безумный страх. — Т-ты как? — голос девушки дрожал. — Плохо, — откашлявшись сказала блондинка, смотря в зеленые, изумрудные глаза. — Ты меня напугала… — Прости, — прошептала принцесса. Случилось то, чего Кларк никак не ожидала. Она почувствовала, как ее губы накрыли губы Лексы, блондинка ощущала соленость губ брюнетки из-за слез, поцелуй был нежный и отчаянный. Принцесса поморщилась и оттолкнула рыцаря от себя насколько смогла и злобно прошипела: — Что ты творишь?! — Прости, — ошарашенная Лекса смотрела на нее и мысленно корила себя за то, что позволила этому случится. — Ты сможешь идти? Тебе может помочь? — Отвали от меня! Если кто-нибудь узнает о том, что сегодня случилось, я всем расскажу, что ты не так за кого себя выдаешь! — блондинка медленно встала, держась за ногу, которая опухла. Лицо Лексы сразу же стало каменным, она взяла свою одежду и быстро натянула на себя, хотя быстрым это не назовешь. Ее тело было мокрым, поэтому брюнетке потребовалось минут семь, чтобы одеться. Лекса взяла тренировочные мечи и холодным голосом сказала: — Скоро рассвет. Нам пора, а то Вас будут искать. Кларк вздрогнула от резкого холода в голосе той, которая ее поцеловала, но еще сильнее ее задело то, что брюнетка начала опять обращаться с ней на «Вы», но она не подала виду. Девушка попыталась наступить на ногу, которая опухла, но сразу же зашипела от боли. Она поймала на себе прожигающий взгляд Лексы и сразу же выпрямила спину, попыталась снова наступить, но и эта попытка не увенчалась успехом. Тогда принцесса увидела, как Александра идет в ее сторону, она хотела было что-то сказать, но прикусила язык, поняв, что сама не сможет пойти, видимо камень был слишком тяжелый и приземление не удачным. Единственное, что помнила блондинка, когда прыгнула — холодную воду, а потом резкую боль в районе ступни, наверно ее нога проскочила в проем между камнем и скалой, а из-за такого приземления камень сдвинулся прям на ногу Кларк и та не смогла выплыть. — Кларк, ты слышишь меня? — вырывая из мыслей блондинку, спросила Лекса. — М? — Не слышишь… Я говорю, обхвати меня, я помогу тебе дойти до замка и твоих покоев. — Хорошо, — Кларк кивнула и положила свою руку на плечо брюнетки. Рука Александры оказалась на ее бедре, и блондинка вздрогнула, но ничего не сказала, и девушки медленно пошли в сторону замка.

***

Над землей еще царили предутренние сумерки. Ни звука, ни шороха. Даже ветерок затих, нагулявшись на необозримом просторе. Все спали. Кажется, что жизнь на мгновение остановилась, но начало светать. Первый утренний ветерок пробежал по серебристой полыни. Небо голубое и чистое, ни облачка. Оно поражало своей чистотой и торжественностью. Неожиданно пискнула какая-то птичка, за ней другая, третья, и их перекличку подхватили сотни разных птичьих голосов. Все живое спешит привести себя в порядок перед восходом солнца, которое начало восходить на востоке, насыщенно красного цвета. Оно восходило буквально на глазах, освещая бескрайние степные просторы. Его лучи озаряли все вокруг, поднимаясь выше и выше. На траве, отдохнувшей за ночь, блестела утренняя роса. Все дышало бодростью и свежестью. Ветерок подхватывал и гнал волны горького и терпкого аромата полыни. Королевство просыпалось. Начинался новый день. Брюнетка тихо завела принцессу в ее покои и положила на шикарную кровать, на ноге появился огромный желто-синий синяк, как и на руке… Лекса тяжело вздохнула и сказала: — Мне надо идти, скоро утренняя тренировка. Кларк удивленно на нее посмотрела. — Ты даже не спала! — Принцесса, мне нужно тренироваться каждый день, я переборю свою усталость. — томно сказала брюнетка. — Что за чепуху ты говоришь?! Тебе нужно выспаться! — Нет, принцесса, это не чепуха. Извините, мне пора, — сказав эти слова, брюнетка вышла из покоев блондинки. Кларк крепко спала, а во сне ей снился снова и снова тот поцелуй с Лексой, будто бы проигрыватель сломался, но блондинка была не против, она тихо постанывала во сне и целовала подушку. Ее сон прервал громкий стук в дверь. Принцесса медленно открыла глаза и хотела было потянуться, но боль в мышцах ей не позволила, поэтому она просто крикнула, что можно войти, а сама перевернула обслюнявленную подушку. В комнату зашла ее мама. У королевы были красивые длинные волосы, которые она любит заплетать в косу. Правда, так она ходит только, когда в хорошем настроение и не на приеме, а вот на прогулку или же важный пир Эбигейл Гриффин отправляется с шикарной прической, которая всегда отличалась своей оригинальностью. По особым случаям она распускала волосы — и тогда они развевались от малейшего порыва ветра. В такие моменты кажется, что это крыло огромной иссиня-черной птицы, которая просто решила пролететь близко к земле. Глаза у Эбби были необычные, поэтому трудно сходу определить их цвет. Когда она в спокойном состоянии, глаза становятся светло-карими с легкими желтыми прожилками. Если же королева начинала сердиться, в глазах появляется зеленоватый оттенок. Вообщем, ее мама была настоящей королевой! — Доброе утро, соня, — улыбнувшись сказала Эбби. — Доброе. — Я попросила отца, чтобы он тебе сегодня отменил все занятия… — О Боже, свободный день. — встрепенувшись, сказала Кларк. — Я тебя очень люблю, мамуль! — Я тебя тоже, принцесса, — Эбби села на угол кровати и чмокнула дочку в макушку, неожиданно ее взгляд упал на синяк на руке. — А это откуда? — Эмм… Ну, мам.. — Говори, — в глазах королевы появились искорки недовольства. — Кто это сделал?! — Никто, мам. Просто, когда вчера шла с турнира, нога подвернулась, и я упала в неглубокий овраг… — блондинка пыталась придать своему голосу уверенность. — С ногой все хорошо? — обеспокоенно спросила Эбигейл. — Не знаю, она болит.. — Кларк вытащила больную ногу из-под одеяла. На ней красовался огромный синяк, да такой, что королева охнула. — Ты ходила к Роду? — обеспокоенно спросила королева. — Нет… — Ты что?! А если у тебя непросто синяк, а что-то похуже?! — Мааам, не заводись, я сейчас пойду к нему. Все будет хорошо, — виновато сказала блондинка. — Хорошо, только давай прям сейчас! Одевайся! Я пришлю к тебе Рэйвен, чтобы она помогла тебе дойти до лазарета! Кларк кивнула, а Эбби еще раз взглянув на ее ногу, тяжело вздохнула и вышла из ее покоев. Блондинка откинулась на подушку и застонала, слава богам, что королева не увидела синяк на ее груди от сильного удара Лексы. Девушка еще немного повалявшись, встала и пошла на балкон, прыгая на одной ноге. Она облокотилась на деревянную невысокую изгородь и тяжело вздохнула. Она искала глазами знакомые доспехи и меньше чем через минуту нашла их. Лекса дралась на мечах с каким-то молодым парнем, принцесса сразу заметила, что брюнетка двигается не так быстро и ловко, как сегодня ночью. Вдруг, блондинка расплылась в улыбке, когда увидела связку, которую они учили вчера, но Кларк резко себя одернула, а в голове был водоворот мыслей. Почему она ее поцеловала? Зачем она это сделала? Принцесса, не могла отвести взгляда от уставшей Александры, но, вдруг, она вздрогнула, когда почувствовала, что брюнетка увидела ее и смотрит на Кларк снизу вверх. Блондинка резко отвела взгляд в бок и прикусила губу, а на лице Лексы проскочила едва заметная ухмылка. Как Кларк не пыталась очистить мысли, но у нее не выходило, голова была забита лишь зеленоглазой брюнеткой-рыцарем.  — Что со мной творится?! — задалась очередным вопросом принцесса. Ее мысли прервал стук в дверь и в покои зашла Рэйвен. Кларк подозвала ее и сказала: — Помоги мне, я не дойду. — Хорошо, принцесса. Кларк тяжело вздохнула и положила руку на плечо Рэйв, шатенка взяла ее руку и осторожно повела. Принцесса невольно улыбнулась, когда вспомнила, как рука Лексы обхватила ее талию.  — Господи… Она что, мне нравится? — проскочило в голове блондинки, но она сразу же вспомнила, что сказала Лекса:  — Неважно. Ты думаешь, что вот мы с тобой познакомились по-нормальному, то все будет хорошо, принцесса? Вы глубоко ошибаетесь, мы с вами из разных миров, хоть и живем в одном королевстве. Кларк зажмурилась, отгоняя неприятные слова Лексы и тяжело вздохнула. Александра-де Моле и вправду нравилась ей, причем очень нравилась… И это очень пугало принцессу. Влюбляются не в лица, не в фигуры И дело, как ни странно, не в ногах. Влюбляются в тончайшие натуры И трещинки на розовых губах. Влюбляются в шероховатость кожи, В изгибы плеч и лёгкий холод рук, В глаза, что на другие не похожи, И в пулемётно-быстрый сердца стук. Влюбляются во взмах ресниц недлинных И родинки на худеньких плечах, В созвездие веснушек чьих-то дивных И ямочки на бархатных щеках. Влюбляются не в лица, не в фигуры — они всего лишь маски, миражи. Влюбляются на долго лишь в натуры, Влюбляются в мелодии души.