Драбблы по Реборну

Увы, оно, наверное, совсем слабо вышло, но у Автора творческая депрессия пошла, и вот потихоньку выкарабкиваюсь. Прийти в себя, чтобы узреть богатую комнату в темных тонах. Незнакомую комнату. Посреди нее стоял стул, на котором Тсуна себя и обнаружила с кляпом во рту. Запястья были надежно скручены веревкой за спинкой того же стула, а карманы пиджака определенно заблаговременно вывернуты и проверены, а также избавлены от лишнего содержимого… В таком виде Тсуна и предстала перед какими-то людьми, восседавшими за широким столом и мерзко захихикавшими, стоило им заметить, что девушка пришла в себя. Голова гудела, но надо было сосредоточиться. - Добрый вечер, сеньорина, - брякнул кто-то, вызвав взрыв хмельного хохота. Тсуне весело не было. Она оглядела присутствующих, пытаясь понять, кто перед ней. Странным было не то, что на ее жизнь в очередной раз покушались. В конце концов, к тому привыкаешь после третьего, ну, или пятого нападения. Отчего-то многие покупаются на внешний вид милой девочки, забывая, что боссом Вонголы Тсуна стала отнюдь не за оленьи глаза. А странным как раз было то, что эти люди не пытались скрывать лиц, ведя себя не то, чтобы вызывающе, а очень даже нагло. Тсуна даже вспомнила нескольких: ничего важного, так, сошки мелкого и среднего разных семей, дружественных Вонголе... Но почему они настолько осмелели? Будто не боялись того, что за свое преступление могут быть раздавлены Вонголой. Будто знали, что останутся безнаказанными. Будто понимали: Десятая отсюда живой не уйдет… На этой отнюдь не веселой мысли Тсуна встретилась с пронзительным взглядом темных глаз и только тогда почувствовала холод, пробирающий где-то внутри. Занзас. Босс Варии хозяином восседал напротив нее с тяжелым стаканом виски в руки и взирал на Тсуну. Они словно в очередной раз собрались в особняке Вонголы, а Тсунаеши вновь брякнула какую-то глупость, которую Занзас проигнорировал. Он вообще предпочитал игнорировать Тсуну, впрочем, она была за то жутко благодарна, ибо иная грань общения с боссом Варии заключалась в его рычаниях и угрозах прибить несносную глупую девчонку, что однажды посмела занять его место. Неужели именно Занзас и есть та причина, по которой эти убогие мафиози здесь собрались и, более того, осмелились покуситься на Саваду Тсунаеши? Занзас никак не отреагировал на то, что его раскрыли. Только в его глазах плясали какие-то злобные недобрые огоньки. Он не смеялся вместе со всеми, не отпускал колкостей, которые Тсуна пропускала мимо ушей, стараясь унять дрожь и понять, как ей отсюда выбраться. Вот только мысли постоянно возвращались к боссу Варии. Неужели он все-таки предал ее? Гокудера не уставал предупреждать, что от Занзаса стоило ждать подлости, но Реборн всегда резко пресекал подобные толки. Тсуна старалась верить в слова бывшего репетитора, правда, не всегда получалось. Занзас ей особого доверия не внушал, собственно, он и не пытался. Хваленая интуиция Вонголы благополучно отмалчивалась, давая Тсунаеши возможность самой все решить. И, как оказалось, Занзас все же пренебрег, наверное, и не существовавшей верностью… …Когда один из кучки осмелевших неудачников встал со своего места и, пошатываясь, подошел к Тсуне, той только и оставалось, как сверлить мужчину взглядом. Никаких идей на тему собственного освобождения не появилось, оставалось только уповать на Хранителей, которые мало того, что позволили похитить своего босса, так еще непростительно опаздывали. - Ну что? – он приподнял лицо Тсуны за подбородок. Та с отвращением попыталась вывернуться, что, разумеется, ее собеседнику не понравилось, потому он уже грубо схватил девушку за волосы, заставляя смотреть в глаза. Из-за кляпа девушке только и оставалось, как что-то невнятно промычать. Вряд ли этот тип разобрал требований ее отпустить. От него разило дешевым алкоголем и какой-то непонятной, но обжигающей ненавистью. - Допрыгалась? – усмехнулся мужчина, а затем схватился за помятую блузку, рванув ее вниз. Отлетевшие пуговицы, порванная ткань, а еще многозначительная ухмылка, исказившая лицо мужчины, явно давали понять, чего от Тсуны хотели. Горячее дыхание на щеке и руки, пытающиеся приспустить с ее плеч мешавшийся пиджак, только подтвердили опасения. Послышалось одобрительное улюлюканье, и посыпались предложения о помощи, которые резко оборвались, сменившись на выстрелы и крики. Тсуна зажмурилась, будто стоило ей через минуту открыть глаза, как комната растает с этим страшным сном, оставшись в очередном кошмаре. Когда Тсуна осмелилась открыть глаза, то не смогла не вздрогнуть: перед ней возвышался Занзас. Он равнодушно смотрел на нее сверху вниз, а Тсуна не смела отвести от него глаз, будто сделай она это и тут же получит пулю в лоб. Небольшое, но противостояние, за которое еще цеплялась ее жизнь. Царящая в помещении тишина говорила о многом, в частности, куда делся несостоявшийся насильник. Тсуне казалось, что ее сердце билось слишком громко, что Занзас не просто слышал, а чувствовал ее страх, как его чувствует любой зверь. Вот и все? Теперь ему остается только убить ее, освобождая себе пусть к власти. Стоит только сказать, что смерть Десятого босса на совести осмелевших бандитов и недосмотревших Хранителей. А сам он прибыл слишком поздно… Тсуна только усмехнулась, понимая, что вот-вот потеряет сознание. Падая во тьму, Савада только и подумала, что она все же слишком жалкая, раз не смогла встретить смерть, глядя в глаза своему убийце. - Считаешь, что это нормально? – Тсуна нахмурилась, косясь на стоящего у окна Реборна. Савада уже вполне оправилась после похищения, разве что стертые запястья еще саднили, напоминая о часах заточения и не особо приятной компании. Теперь же они вдвоем с Реборном сидели в кабинете Десятой, а Тсунаеши пыталась понять, почему Занзас до сих пор не понес никакого наказания или не подвергся хоть какому порицанию. Для самой Савады и для ее Хранителей вся эта операция так и осталась банальным похищением, а босс Варии оказался там случайно. Но почему, если Реборн рассказывает о случайностях, Занзас вмешался не сразу, а просто сидел и наслаждался моментом? Неужели не странно, как он там оказался? Как себя вел? И еще много «как», что вполне вязалось с предположениями, которые Тсуна выдвинула в той злосчастной комнате. Правда, все ее доводы Реборн выслушал, но принимать во внимание не стал. - Это его преданность, прими ее такой, какая она есть, - серьезно, без тени насмешки, ответил он, словно хотел дать понять, что Тсуне вообще повезло, а она тут еще и хныкается. – Он мог убить тебя, но вместо того спас, несмотря на то, что ты ему как кость в горле. Девушка только нахмурилась, а затем, резко развернувшись, направилась к выходу, со злостью чеканя каждый шаг. Останавливать ее Реборн не стал. Зачем? Занзас действительно был такой же подсадной уткой, как и Тсуна. За помощь в устранении босса Вонголы кому-то много что посулили. Мелкие и не очень сошки, опьяненные общениями власти и денег, даже не подумали, что Занзасу в принципе никогда не потребуется чья-либо помощь… Подобным образом Реборн поставил себе цель подчистить ряды приближенных, избавившись от слабых звеньев, прогнивших и потому весьма ненадежных. Собственно, Реборн заодно проверял и Занзаса, давая ему неплохой шанс устранить Тсуну, которым, впрочем, тот не воспользовался. Разумеется, Реборн умолчал и о том, что в задачу Занзасу ставили не предпринимать ничего вплоть до появления Хранителей, которым с намеренным запозданием были переданы координаты похищенного босса. От босса Варии потребовалось бы только лишь приструнить зарвавшегося идиота, вместо того, чтобы разом покончить со всеми. Занзас в который раз пренебрег указаниями и точно не станет объясняться из-за кого именно.