best friends

Юнги отмечает про себя, что Хосок и Тэхён ведут себя как ломающиеся школьницы в сопливой дораме. Вон, как активно игнорируют друг друга, несмотря на то, что находятся в одном классе и сидят практически рядом. Ладно, Киму как-то удаётся это выдавать окружающим, что он эдакий волк-одиночка, ибо вообще ни с кем не общается, а вот Чон явно палится. Весь такой весёлый зараза, а стоит ему взглянуть на Тэ, так моментально затыкается. — А не трахались ли вы часом, пидорки? — лениво интересуется Юнги, развалившись на парте. Хосок поперхивается соком и чуть ли не плюется в собственную рубашку, а Тэхён только фыркает в ответ что-то вроде «не гони, хён». Мин долго смотрит на парней, а после сладко тянет с не менее сладкой улыбкой: — Гореть вам в аду, грешники. Идите в храм, пока не поздно. Ким изредка наблюдает за краснеющим Чоном, что не скрывается от глаз Юнги. Нет, тут простым походом в храм не обойтись. В монахи им податься надо.

~~~

— Ты сильно изменился. Тэхён вздрагивает и чуть ли не роняет сигарету. Всё-таки курить на крыше школы — дело рискованное, но когда совсем уже ни в какую, что прикажете делать? Хосок кривит губы при виде друга(?) с сигаретой в зубах. Кто бы мог подумать, что тот милый мальчишка в помятой футболке и прямоугольной улыбкой станет вот таким? — Неужели Намджун вообще за тобой не следит? — усмехается Чон, придавая голосу и движениям непринужденности. Хён, я люблю тебя. — Какое твоё дело? — хмурится Тэхён и вытаскивает из заднего кармана зажигалку. — Ну, мы же друзья... — Мы были друзьями. Сигарета медленно тлеет между пальцами и Киму хочется сбежать к черту. Только не оставаться тут ещё одну секунду. Он не хочет в очередной раз сорваться и наговорить то, что лучше держать в себе. Есть вещи, о которых лучше молчать. — А я помню, — Хосок через силу улыбается. — Как мы так же сбегали на крышу школы. Только у нашей школы были решётки, помнишь? Ты любил об них облокачиваться, хотя Намджун тебя ругал, что ты можешь грохнуться… Намджун, я люблю тебя. — Хватит разговаривать так, словно ничего и не было! — рычит Тэ, перебивая Хосока. — Давай, начни насиловать мне мозг, я готов! — Зачем мне доставать тебя? — Чон склоняет голову набок и Киму хочется врезать ему, лишь бы выбить хоть какие-нибудь эмоции. Мне Хосок… Абсолютно не нужен. — Надоел! Ким сокращает расстояние между ними и хватает за воротник рубашки, в лучших традициях трагичных моментов всяких дорам. Тэ сжимает челюсть и смотрит зло. — Ненавидь меня, мать твою! — голос парня дрожит. — Врежь мне, наори, унизь. Да хоть что-нибудь сделай! Меня бесит эта твоя добродушная сторона, чёрт! — Почему? — Потому что… Тэхён, ты всё равно мне дорог. — Я столько наговорил, — голос становится тише. — А ты по-прежнему называешь меня другом. Тэхёну хочется разреветься. Громко, истерично, чтобы даже пмс-ные девушки ему обзавидовались. И чтобы кто-нибудь дал смачный подзатыльник, потому что заслужил. Но это Хосок. Хосок не врежет, даже при диком желании. Давно, в прекрасном городе Кванджу познакомились мальчишка в синей кепке и мальчуган в помятой футболке. И, честно, их просто называли «не разлей вода». И пусть они часто ссорились и дулись друг на друга, они всё равно дружили. Пока ребята их возраста находили друзей получше и поинтересней — эти как верные друг другу супруги оставались вместе. Пока не появился Ким Намджун. В которого дурной щеночек Ким Тэхён не встрескался. Это насколько надо было полюбить человека, чтобы быть готовым кинуть лучшего друга? Вот и Хосок не знает. И вроде всё начиналось до умиления наивно. Намджун, как новый герой дорамы, который обычно отбивает у главного героя его девушку, переехал в их маленький городок из какого-то непонятного города в Австралии. Вот только Хосок абсолютно не понимал, что роль главного героя дана ему, а девушка — Тэхён. Намджуна только перевели в их класс, и, справедливости ради, надо сказать, что парень он интересный. Все клеились к нему, словно мёдом обмазан… Но вот беда, Хосок терпеть не может мёд. В отличии от Тэхёна. Чон по-доброму ржал над «Нет, ты не понимаешь, Намджун такой классный!», сопровождаемые мечтательными вздохами, что означало только одно — Тэ опять в своих розовых мечтах застрял. Со временем он даже стал помогать другу. Правда он понятия не имел, как помочь парню завоевать сердце парня, поэтому просто подбадривал, когда Тэ замечал вокруг Джуна «какую-то крашенную курицу». Но потом привычная система дала сбой. Хосок перестал быть таким активным в поддержке друга, а на вопросы Тэ просто пожимал плечами и равнодушно говорил «Да признайся ты ему наконец». И Тэхён признался. Но когда у него спросили кто для него важней — Чон Хосок или Ким Намджун, угадайте, кого безоговорочно выбрал Тэ? Ему по-прежнему стыдно, потому что друг всё это слышал. Абсолютно всё. Каждое слово. — Как Намджун, кстати? — Тэхёну хочется врезать Хосоку за натянутую заботливость. — Он свалил в Штаты, — ладони разжимаются. — Слышал, что там себе девушку нашёл. — Оу, — Чону становится неловко. И дальше тишина. Тэ спокойно докуривает сигарету, пока Хосок рассматривает бесконечное небо. Когда-то они мечтали выбраться из маленького Кванджу и вместе переехать в Сеул. Они бы снимали небольшую квартирку, ездили на автобусе до места учёбы, засыпали на первой паре, но потом вместе бы возвращались домой и ужинали на полу. Они бы радовались каждому дню, творили делов, влипали в разные ситуации… Они бы скрашивали жизни друг друга. Но эти мечты с возрастом стали выцветать. И сейчас, стоя на крыше школы в центре Сеула, парни вроде достигли своей мечты. Только жаль, что они никем друг другу не приходятся, как раньше мечтали. Они даже не задумывались, что может быть такой сценарий, где их дружба исчерпает себя. Они не знали, что будут друг друга представлять, как «были друзьями в детстве».