Бурбон и сигареты

У Джессики Джонс был только один план на этот вечер. Напиться в хлам. Очередная удачная работёнка в "Шпионке" способствовала этому: Джессика даже могла позволить себе напитки покрепче и подороже. — Джонс! Как обычно? — Чуток покрепче. Она была местной знаменитостью, которая побеждала во всех пари и пивных состязаниях. В честь этого бармен всегда обслуживал её вне очереди и даже иногда сам носил ей напитки. На возгласы недовольных посетителей он отвечал коротко: "Это та самая ДжейДжей". И этот аргумент обычно был решающим. Некоторые зеваки даже оглядывались назад, чтобы посмотреть на местную легенду. В баре воняло улицей. Здесь было не так шумно, как в кафешках и забегаловках: в подобных заведениях говорили только по делу и о деле, а не болтали о всякой ерунде. Это и нравилось Джессике больше всего. Она не любила и не умела поддерживать беседу. И вот уже третий бокал виски был почти опустошён. Джессика откинулась на спинку деревянного стула и проверила телефон: ни одного пропущенного звонка, ни одной непрочитанной СМС. Идиллия, да и только. Тишина и покой. Но устоявшаяся атмосфера была быстро нарушена, когда перед ней поставили наполненный бокал. — Я не просила. — Это от того парня, — мрачно пролепетал какой-то громила, показывая в сторону рукой. Джессика развернулась, ожидая увидеть очередного татуированного бородача, коих она встречала в избытке, но вместо этого она заметила мужчину с растрёпанными светлыми волосами и в тренчкоте. Он нервно стучал зажигалкой по столу и был погружён в свои мысли с головой. Словно почувствовав на себе взгляд Джессики, мужчина обернулся и подмигнул ей. Джессика закатила глаза и сделала глоток ещё недопитого виски. Она стала более раздражённой, когда этот самый мужчина беспардонно подсел к ней. — Зачем? — спросила она, взглядом оценивая незваного собеседника. — Поодиночке мы занимаем слишком много места, дорогуша. Джессика на автомате дёрнулась, услышав английский акцент. Так некстати влезший в её вечер человек стал ей ещё противнее. А обращение «дорогуша» и вовсе чуть не побудило её встать и выбить из него дурь прямо здесь и сейчас. Но... С ним было что-то не так. Джессика умерила пыл, потому что в какой-то степени была заинтригована им: было в нём что-то, чего она не могла обьяснить словами, и она не могла отказать себе в этом небольшом капризе и разузнать, кто же такой этот крашеный блондин. Особенно её зацепили глаза: старческие, смотрящие пусть и с вызовом, но равнодушные и усталые, будто видели в этом мире всё и даже больше. Прямо как и сама Джессика. — Ага. Спасибо за бурбон, — сказала она, удивляясь тому факту, что кто-то всерьёз надевает рубашки да ещё и с галстуком в подобные места. — Я видел сколько ты пьёшь. Алкогольный монстр, — ухмыльнулся он. — Просто выходной день. Расслабляюсь и готовлюсь к следующей неделе. Выпивка здорово успокаивает нервы. Кстати, — она сделала глоток напитка, который ей заказал незнакомец, — вкус у тебя дерьмовый. Совет на будущее: не стоит подкатывать к девушке, покупая ей самый дешёвый бурбон. — А кто сказал, что я флиртую? Нет, это не в моем стиле. Обычно девушки сами падают к моим ногам. Услышав подобное заявление, Джессика слишком сильно сжала бокал, и он разбился. Мужчина ничего не сказал, а лишь попросил принести ещё один бокал. — Не найдётся сигаретка? Мне успокаивает нервы табак, — Джессика удивлённо приподняла одну бровь и, уловив её взгляд, незваный гость продолжил, — ах, точно. Пожалуйста. Джессика фыркнула, но всё-таки достала из кармана косухи пачку Мальборо. — Я должна знать с кем делюсь, — отрезала она, когда мужчина уже потянулся за сигаретой, и отвела руку в сторону. — Имя. — И как только я забыл представиться. Джон Константин. Для друзей Джон Константин. Джессика не оценила его плоскую шутку. Пока Джон подошёл к стойке за новым бокалом бурбона, она тут же начала вспоминать, не упоминалось ли где это имя, но то ли память начинала подводить вследствие едва начавшегося опьянения, то ли она просто не слышала ничего об этом человеке. Одним словом, эта важная деталь ничего ей не дала. В это время Константин поставил напиток на стол и воспользовался зажигалкой по назначению. — Здесь же запрещено курить, — лениво протянула она. Константин жестом попросил дать ему секунду. Он вытащил сигарету, зажав её двумя пальцами, а свободной рукой порылся в кармане тренчкота и достал изрядно помятый лист, кое-как разгладив его на столе рукой. — Мне можно, — наконец ответил он. — Как видишь, есть разрешение администратора, — он сунул бумажку прямо ей в лицо, поднял голову вверх и пустил дым. — Ты собираешься одурачить администрацию чистым огрызком туалетной бумаги? Вау, да ты не просто клоун, ты ещё и идиот. Казалось, что Джон смутился. Он закашлялся, бросил сигарету на пол, потушив ботинком, и перехватил бумажку. Он начал рассматривать свой трофей с обеих сторон. Потом он посмотрел на Джессику и снова на бумажку. Наконец, он пришёл к логическому заключению: — На тебя не действуют всякие гипнотические штуки, да, милая? — Что-то вроде этого. — Джессика начала разочаровываться: человек, который искренне её заинтриговал, оказался не более, чем простым фокусником, гипнотизёром. По сравнению с уже знакомым ей фиолетовым вирусом (при мысли о нем Джессика поморщилась и сделала глоток бурбона) Джон казался жалким и даже не заслуживающем её внимания. Какой-то... Пародией на Килгрейва: строгий костюм, английский акцент, да ещё и эти ментальные игры. Джессика поняла, что, возможно, это и заинтриговало её в начале и недовольно сморщилась. Зато теперь она могла со спокойной душой вышвырнуть неудачливого пикапера за наглость. Но дальнейшие слова вновь пробудили её интерес: — Адская Кухня, очаровательная девушка, не действует пси-бумага, — Джон улыбнулся, — О-о-о, ну конечно! Разумеется! Джонни-бой, какой же ты недогадливый! Ты ведь Джессика Джонс, да? Джессика кивнула, не зная, что можно сказать в такой ситуации, и ждала, что произойдёт дальше, скрестив руки на груди. — Я же как раз тебя и искал, потому и сидел тут полвечера. Я знал, что ты тут обшиваешься, но хотел найти тебя самостоятельно. — Для чего? — Джессика села, опершись руками о стол. — Мне нужна помощь. — Только вот я не помогаю мудакам, а если и делаю исключение, то тебе это обойдётся в кругленькую сумму, Константин. — У меня есть кое-что поинтереснее денег. — Что может быть интереснее денег? Собираешься платить мне натурой? — спросила она с лёгкой насмешкой. — Я имел в виду информацию. О прошлом. О будущем. Она касается тебя, Патрисии Уолкер, и даже твоего старого друга Кевина Томпсона. Когда освободишься, позвони мне. Выпьем вместе и набьём пару морд. Я конечно не умею летать, как ты, но зато мои ручки способны вытворять невероятные вещи. Кстати, возьми на заметку, вдруг захочешь встретиться ещё пару раз, ради тебя я найду свободную ночку. А сейчас мне нужно идти. — Что, прости? — спросила Джонс, хватая Константина чуть ниже локтя, — да кто ты, сука, такой? — она сощурила глаза. — Позвони мне, когда сможешь. Джон положил перед ней свою визитку и, воспользовавшись секундной озадаченностью девушки, вырвал руку из её хватки. Но ей уже было всё равно. Она вновь обречённо растеклась по спинке кресла. Джессика держала визитку двумя пальцами. "Экзорцист. Демонолог. Мастер Тёмных Искусств", — прочитала она про себя. Ниже располагался номер телефона. — Мастер Тёмных Искусств, серьёзно? Блядь, это шутка какая-то? — спросила она, подняв голову. Но Джона уже не было. А сидящий за соседним столиком мужчина смущённо посмотрел на неё и тут же уткнулся в телефон. Стол Джессики был в центре. Слишком далеко от выхода, чтобы суметь так быстро до него добраться. Константин просто растворился в воздухе, и это нельзя было списать на похмелье: во-первых, Джессика выпила слишком мало; во-вторых, визитка всё так же лежала перед ней, как и подаренный им бокал виски. Всё же не зря она заинтересовалась им с самого начала. Было в нём что-то... Мистическое. — Вот уёбок, — шепнула она одними губами, поняв, что Джон не заплатил за бурбон. Она достала телефон из кармана косухи и быстро напечатала СМС: «Триш, можно я заскочу к тебе через час? Нужно кое-что обсудить» Джессика согнула визитку пополам, положила её в карман джинсов и усмехнулась собственной глупости. Она знала, что позвонит.