Практические особенности ётунской магии

Локи стоял перед огромной, горящей чашей. Языки пламени затейливо плясали, бросая блики света на каменный пол, на вазы, стоящие вдоль стен. Развешанные по стенам шелковые, оранжевые шторы колыхались от дуновения легкого ветерка. Справа, за перилами в темной мгле поблескивал огнями город великих асов - безмолвный и величественный Асгард. Несмотря ни на что, трикстер любил этот город. Он так и не смог вычеркнуть из памяти звонкий голос фонтанов, ласковый плен колонн, утопающие в зелени улицы. А сейчас, в чертогах Одина, два принца молча и терпеливо ждали, служанка была послана к Брандсон минут десять назад. Оставалось надеяться, что княжне удастся покинуть гостевой зал. Наконец под сводами темного коридора послышался стук каблучков. Тор подобрался, вставая с пуфика, Локи с нетерпением повернулся к распахнутым дверям. Этот балкон был в стороне от центрального коридора, гости навряд ли сюда зайдут. Значит, это могла быть только ОНА. Княжна появилась на пороге, смотря по очереди на братьев. Сиф не была удивленна тем, кто позвал её, но все равно, нервничая, дева принялась крутить колечко на благородном пальчике. Для нее настал тот неловкий момент, который обычно возникает, когда после свидания встречаются любовники – вроде бы сейчас все прилично, но сам по себе вспоминаешь дела минувших дней, понимаешь, что стал для кого-то уже не просто знакомым, а кем-то гораздо ближе… Тор пожирал Сиф глазами, а Локи как завороженный смотрел на ее руки. Как только той удавалось держать меч такими хрупкими пальцами? Брандсон стыдливо опустила глаза в пол, на щеках заиграл румянец. Было в этом смущение что-то такое притягательное, будоражащие мужскую кровь, что Лафейсону захотелось тут же послать все к ётунской бабушке, похитить эту деву и долго, очень долго наслаждаться её телом, показывая, уча… Первым не выдержал Тор. Он шагнул к Брандсон, резко притягивая к себе, и прошептал прямо в уста девы: - Совсем с ума свела, чаровница… Игнорируя протестующий писк Сиф, громовержец обхватил ладонями стыдливо горящие щеки и впился в губы княжны таким голодным и жадным поцелуем, что Локи обдало жаром. Тор покусывал, врывался языком в сладкий ротик девы, сминая все сопротивление Брандсон как врагов - одним ударом Мёльнира. Сиф начала извиваться в попытках освободиться, но Тор только перехватил её за талию, притягивая ближе к себе. Оторвался на минуту-другую, переводя дыхание - раскрасневшейся, взъерошенный, - и вернулся к прерванному занятию. Локи сглотнул - в это мгновение в глазах Тора мелькнуло что-то такое животное, отчего Лафейсону вновь поплохело, как в тот день в купальнях Баденштат. Сомнений не было - еще немного и дофин уложит Сиф прямо на пол здесь и сейчас. Брандсон будто бы этого не понимала, она приподнялась на цыпочки и обвила руками его шею. Локи как завороженный продолжал смотреть на их страстный поцелуй, снова и снова понимая, что ничего более страстного и красивого в своей жизни он еще не встречал. Пара смотрелась так гармонично, что у Локи даже мысли не возникло воспринимать Тора как соперника. Сиф в руках Тора – это развратно, но хорошо и чертовски правильно, а вот Сиф рядом с Альмондом – это повод для новой войны с ванами… Тор сцеловывал с приоткрытых губ стоны Сиф, та льнула к нему. Распущенные волосы оказались в руках громовержца, тот скомкал их в кулаке, оттягивая голову княжны назад, заставляя деву прогнуться навстречу нему. Прошелся языком по нежной коже шеи, слегка прикусил, снова лизнул… Брандсон покорно подчинялась дофину. Чем бы она не занималась, прежде всего, она - дева, а значит, ей и быть ведомой Тором. Локи вновь лицезрел обнаженную спину княжны, скользил взглядом по вдавленным в кожу полоскам белой шнуровки, по изгибу изящной талии, плавно переходящей в упругие бедра. Ну кто прячет такую красоту под тканью? И он сдался. Лафейсон шагнул к целующимся влюбленным, уткнулся носом в затылок девы, судорожно вдыхая запах её волос, уже такой родной, такой близкий… Обнял сзади, поглаживая женскую грудь сквозь тонкую ткань, ощущая как под пальцами в мгновение ока твердеют, наливаются соски… Локи терялся от накатывающего хлесткого возбуждения. Руки младшего принца блуждали по телу Сиф, едва сдерживаясь, чтобы не сорвать прочь с княжны ненужную белую тряпку. Легонько прижал бедра девы к себе, давая понять, насколько его «лучший друг» рад новой встрече. Не стесняясь, забрался под платье, скользнул пальцами между ног девы, там, где уже все было таким горячим, влажным, требующим удовлетворения. Как же чудесно, что дева не носила нижнего белья! Сиф утрачивала связь с действительностью, все происходящее казалось каким-то сказочным, нереальным сном. Быть зажатой между двумя, такими красивыми, но в то же время, разными братьями, чувствовать твердое обоюдное желание – было так неправильно, порочно, но чертовски сладко. И юная княжна сдалась на милость своим победителям, страсть захлестывала, сметала все преграды, сносила так хорошо принятую с молоком матери мораль и традиции асов. Брандсон протяжно застонала Тору прямо в губы, дернулась, прижимаясь сильнее к Локи, вырывая у ётунского сына голодный рык. Комната поплыла перед глазами трикстера, мир схлопнулся до крошечных размеров, был только здесь и сейчас, в этих четырех стенах, в судорожных объятиях, в исступленных, животных поцелуях, в горячей влаге на пальцах из сочащегося лона… Будто сквозь вату Локи расслышал голос посла Ванахейма. - Где вы, душа моя? Появление незваного гостя было подобно холодному душу для Сиф, пелена безумия спала. Она дернулась при звуке шагов герцога Альмонда, раздавшихся где- то рядом под сводами темного коридора. С силой оттолкнула от себя протестующего Тора, высвободилась из объятий недоумевающего Локи, и рванула подальше от братьев, ставших для нее вечным напоминанием собственного греха и покаяния одновременно. Всеотец, что с ней происходит?! Как она могла дойти до такого? Брандсон пробивала дрожь от одной только мысли, что могло бы произойти дальше, не появись герцог так вовремя… Сняв туфельки, чтобы не шуметь, княжна неслась по коридору прочь из чертог Одина, под звездное небо. Туда, где можно остановиться, вдохнуть прохладный воздух вместо раскаленного, обжигающего марева страсти. Лафейсон прерывисто дышал, облизывая пересохшие губы. Тор в смятение запустил пальцы в волосы, крепко хватаясь за голову. С ними точно происходит что-то не то, Локи теперь был в этом абсолютно уверен. Они только что не занялись любовью прямо посреди коридора с Сиф Брандсон! - Вы здесь, мой свет? Герцог был настырен и вознамерился найти княжну во что бы то ни стало. Лафейсон сцепил зубы, как же его достал этот ван! Вот чтобы ему сделать эдакого, чтобы и думать забыл о деве? Сиф принадлежит только им, ОНА ТОЛЬКО ИХ ЖЕНЩИНА и точка! Не его одного посещали такие мысли. Лишь стоило герцогу показаться в проходе между распахнутых дверей, как раскрасневшейся от злости Тор схватил первую попавшуюся под руку вазу и швырнул ею в растерянного посла. Только быстрая реакция спасла вана от неминуемого знакомства с керамическим искусством светлых альвов. Побледневший герцог увернулся и в шоке уставился на двух принцев. Звон разбитой вазы разнесся по чертогу Одина. Локи поморщился. Животная страсть, раздиравшая его нутро только что, схлынула. Вновь включился в работу цепкий, изворотливый разум. Его много повидавшая на своем веку интуиция, жившая исключительно в одном месте, вопила сейчас благим матом, что на это самое место он нашел себе очередное приключение… Перед глазами снова встал образ разгневанного Одина и печальный силуэт далекой тюрьмы посреди Черного моря. Положение нужно было спасать и срочно! Тор явно ничего не соображает, вон как глаза кровью налились. Локи сделал едва заметное движение ладонью, призывая на помощь все свои псионические силы, и в нескольких шагах позади герцога возникла иллюзия спешившей прочь по коридору служанки. - Пошла вон, тупая девка! – что есть мочи заорал Лафейсон, так что посол отшатнулся и принялся оглядываться по сторонам в поисках этой самой «тупой девки». Иллюзия послушно убегала по коридору. – Десять ударов плетью, дура, ты едва не стала причиной вредительства нашему гостю! Прочистив горло, Локи добавил уже совсем другим, учтивым тоном. - Ваша светлость, весьма прискорбно, что вы стали свидетелем такой сцены, примите мои искрение извинения и заверения в безграничном почтении к славному народу Ванахейма! Герцог Альмонд порозовел, он понял, что случившееся всего лишь глупое недоразумение. Локи подошел к послу, беря того за плечо и медленно повел в сторону. - Мой брат чересчур вспыльчив, но вы ведь знаете, ваша светлость, как трудно в наше время найти расторопных слуг! Герцог уже полностью пришел в себя, он был приятно удивлен такой учтивостью асгардского принца и понимающе закивал головой. Локи оглянулся через плечо, смотря на Тора, но тот лишь развел руками – прости, не сдержался! - Полностью согласен с вами, ваше высочество! Я вышел прогуляться в поисках одной девы, быть может, вы подскажите, где можно найти княжну Брандсон? Лафейсон собрал все усилия воедино, чтобы не приложить герцога головой об очередную колонну, в который раз за этот вечер проглотив готовый сорваться с языка яд, и лишь натянуто вежливо улыбнулся тому в ответ: - Боюсь огорчать вас, но княжна уже покинула чертоги! Она весьма целомудренна и спешила домой к святейшей княгине… Герцог разочарованно поджал губы. - Какая жалость! Что же в таком случае я вернусь в гостевой зал. Ваше высочество, пользуясь случаем, я хотел бы поблагодарить вас и вашего брата за столь теплый прием и прекрасный ужин, мои дочери были под должным присмотром! Локи театрально отмахнулся. - Ох, ну что вы, такие пустяки, право слово! Герцог галантно раскланялся и был таков. Локи вернулся к Тору. Громовержец с удрученным видом восседал на одном из пуфиков. - Я хочу трахнуть Сиф Брандсон, - пробормотал Тор, закрывая лицо руками, лишь только к нему подошел Локи. – Настолько сильно, что готов убить всякого, кто встанет у меня на пути. Локи тяжело вздохнул. Впервые в жизни он целиком и полностью был согласен с Одинсоном. Только как воплотить все в жизнь? Всеотец, о чем он только думает?!