Who are you

9 декабря «У тебя с этим проблемы?» — раздался сигнал смс, привлекая внимание аудитории. Миллс скомкано прошептала «простите» и уткнулась в учебник, предварительно убирая звук на телефоне и кладя его на колени. «Извини?» — шла пара зарубежной литературы, и Реджина вновь не с первого раза поняла сообщение от блондинки. «Ой, да ладно, всё ты поняла», — в конце стояла фотка Тони Старка, закатывающего глаза, который весьма умело вызвал улыбку Миллс. «Милая, я действительно не понимаю, о чем ты», — на Реджину шикнул сосед сзади, заставляя пригнуться и убрать телефон в сторону. «Что я по девочкам», — дисплей доброжелательно моргнул один раз. «Точнее, конечно, мне нравятся и мужчины тоже», — второй раз. «Но ты понимаешь, девушки… они же такие красивые», — третий раз. «Надеюсь, ты понимаешь, о чем я». «Так сказать, я по обе стороны баррикады». «Но мне важно, чтобы тебе было не омерзительно от этого». «Точнее, чтобы тебе было приятно». «Что я несу? Чтобы тебе не было отвратительно». «Черт». «Ты еще здесь?» «Да ладно?????»       Миллс подавила желание провалиться сквозь землю. Глянув на часы, Реджина решила потомить подругу с ответом, заодно нормально дописать эссе, заданное на тему урока, который как раз заканчивался через пятнадцать минут.       Приняв еще пять плачущих смайлов и очередную картинку с каким-то негром, Реджина вышла из аудитории, набирая ответ: «У меня нет с этим проблем, совсем нет». «О! Отлично. Тогда я смогу остановиться у тебя на этот уик-энд? Мне должны статью одобрить, а потом от тебя в Канаду рвану», — тут же пришел ответ от радостной блондинки. «Оу?» — Миллс никогда не любила, когда влезают в ее личное пространство, но здесь было другое дело. Складывалось такое ощущение, что ей хотелось, чтобы кто-то нарушил границы, вторгся и всё перевернул вверх дном. «Я поняла. Это такое „Да“?», — ответ пришел незамедлительно, пропищав уведомлением в кармане пальто, которое Миллс успела натянуть, выходя на свежий, слегка морозный воздух. «Да?» — уже в руке брюнетки, вызывая улыбку, повторно моргнул дисплей. «Сделай это. ХОХО», — Миллс поморщилась, коварно улыбаясь и представляя весь букет эмоций, который сейчас отобразится на лице Эммы. — Она — лесбиянка, и она завтра приезжает, — Реджина поставила две бутылки пива на стол, что стоял перед диванчиком в своей гостиной, и плюхнулась рядом с Эми. — А она — это кто? — оторвавшись от нового выпуска журнала моды, платиновая блондинка внимательно уставилась на подругу. — Эмма, — выдохнув, прошептала Миллс. — Твоя атмосфера? И как ты это узнала? Как ты к этому относишься? — посмаковав слова на языке, Эми полностью развернулась к подруге и внимательно стала изучать эмоции на ее лице. — Я не знаю… На днях, набрав ее в скайпе, я обратила внимание на полуголую девушку в кадре, но особо не задумалась, а вчера она спросила меня в смс, все ли в порядке. Я, конечно, ответила, что у меня с этим нет проблем. У меня же действительно нет с этим проблем? — немного испуганно подняла взгляд Миллс на свою подругу.       В ответ Эми прислушалась к себе, как бы она отнеслась к этой информации, если бы таковая появилась? Лоуренс пододвинулась к брюнетке и взяла ее за руки. — Тебе важен этот человек, милая? — Да? — Миллс заискивающе поймала взгляд подруги. — Тогда какая разница, какая у нее ориентация? Да, это что-то новое; это что-то необычное для тебя, для меня, для нас… Я понимаю, что повсеместно все постоянно обсуждают эту тему, и ты уже на подсознании приняла, что тебе плевать, что творится за чужой дверью, но когда соприкасаешься собственной кожей… Это действительно важно. — Знаешь, я только что не поняла ни слова из твоей речи, — засмеявшись, ответила Миллс. — Ты будешь настоящим политиком, детка! — Вот черт, — подхватив смех, ответила Эми. — Пока ты не захочешь с ней переспать, вызвав мою ревность, думаю, тебе должно быть все равно. — В том-то и дело, у меня теперь появилось желание ей понравиться, — нервно улыбнувшись, сообщила Реджина. — Стоп, стоп, стоп. С этого места поподробнее, тебе нравятся девушки? — Нет, просто ты же знаешь этот принцип «мужчины в кабинете женского коллектива», когда неосознанно сразу хочется понравиться. — О, да, — Эми рассмеялась на замечание Миллс и обняла ободряюще подругу, чувствуя, как кризис миновал. — Значит, не переживай, ты знаешь всю эту теорию и объяснишь свой любой поступок. И у меня уже вскипело пиво. Кстати, ты же меня с ней познакомишь? — Конечно! Она будет жить у меня два дня, — брюнетка улыбнулась и прикоснулась губами к бутылке. — Так значит… — Эми многозначительно улыбнулась и поиграла бровями, тем самым вовлекая подругу в долгий смех.       Как только Реджина проводила Лоуренс, а в гостиной организовался порядок, телефон ожил. Мужской голос в трубке серьезно извинился и предложил скрасить сегодняшний вечер свиданием, что заставило Миллс глянуть на часы. — Сейчас половина восьмого вечера, ты, правда, хочешь провести остаток вечера в ресторане? — Реджина с сомнением усмехнулась своим мыслям. — Думаю, мы могли бы перекусить в ресторане, а потом прогуляться по парку. Я давно хотел увидеться наедине с тобой, — Майк настаивал, потому что сейчас в его жизни свободных вечеров было крайне мало, а такая девушка как Реджина в принципе всего одна. — Хорошо, я буду готова через полчаса, ты заедешь? — В голове брюнетки появился список плюсов и минусов: нужна ли ей сейчас встреча; нужны ли ей отношения, которые вполне могли появиться после сегодняшней прогулки. — Я уже под твоим окном, поэтому, как только ты соберешься, ты можешь смело спускаться вниз, Реджина.       Решено. Все сегодняшние думы надо отпустить, забыть о том, что твоей новоявленной подруге ты можешь быть не безразлична… И вообще, что за мысли? Как будто гомосексуалам нравятся абсолютно все одного с ними пола? Что за чушь? Но было бы так приятно пополнить свою коллекцию еще одним заинтересованным взглядом…       Во время свидания возникли трудности в виде звонка старшего брата Майка, с которым у него общий бизнес. Именно поэтому парочка неслась сейчас по вечернему городу в сторону дома Таверса. Мужчина шустро перестраивался из одной полосы в другую, поглядывая на Миллс и взглядом благодаря за поддержку. Сразу после звонка Таверс предлагал вызвать девушке такси, но Реджина настояла поехать вместе с ним.       Ворвавшись в дом, Майк попросил подождать девушку на первом этаже, рукой махнув в сторону гостевой, сам же быстро поднялся по лестнице, чтобы найти брата в кабинете.       После пятнадцати минут разговора на повышенных тонах Реджина стояла у окна, периодически поглядывая на часы, когда пронесся Таверс-старший, который не замечал ничего на своем пути, а в конце громко хлопал входной дверью. Это был сигнал к старту, чем Миллс и воспользовалась. Не медля ни секунды, девушка поднялась вверх и, тут же наткнувшись на открытую дверь кабинета, нашла молодого человека сидящим в кресле с задумчивым и искорёженным от злости лицом. Ей не надо было ничего говорить. Миллс очень переживала за парня, поэтому, подойдя ближе, она положила раскрытую ладонь на плечо в жесте поддержки, приобнимая Майка, а второй рукой гладя по щеке, даря спокойствие.       Сегодня время стоит дороже прелюдий, ухаживаний, цветов. Сегодня молодежь торопится любить. И даже когда в груди не чувствуется ответ, зачастую перебарывая себя, ты начинаешь обманывать себя же, веря, что это именно то, что тебе нужно. Так получилось и сейчас: отвернувшись от эмоций, в движениях сработал здравый смысл на пару с холодным расчетом, обвинив сегодняшний день в детских поступках и ненужных драмах.