Life without Love

Яркие лучи солнца невольно светили в глаза, заставляя щурится и расцветать от радостной улыбки. Люси не могла оторвать своего взгляда от него. Люди смотрели на юношу, как на глупца, ведь несвойственно нищим так радоваться своей никчёмной жизни. «Дурачок» — пронеслось в мыслях блондинки. Несколько серебряных монет звоном переливались в игривой мелодии и их руки соприкоснулись. Хартфилия слегка покраснела, чувствуя на себе восхищенный взгляд бедного незнакомца. Невольно заправив прядь цвета чистого золота, кареглазая отвела свой взгляд, пытаясь изучить внешность парня, но остаться незамеченной. Мягкие черты лица, зелёные глаза, подобные двум маленьким изумрудам, наполненные радостью и интересом; необычного розового цвета волосы, которые больше походили на птичье гнездо; и волшебная улыбка... от которой фаворитка не могла отвести свои глаза ни на секунду. От его ямочек на щеках сердце начинало биться в два раза быстрее, готово вот-вот выскочить и улететь на небеса. С ней было такое впервые. Неужели это состояние эйфории в сердце и есть любовь? Люси легко улыбнулась в ответ. — Благодарю Вас, Принцесса! — проговорил розоволосый, нежно беря в свою большую ладонь, хрупкую руку красавицы и нежно дотрагиваясь своими сухими, но тёплыми губами до бархатной кожи. А у неё в душе давно порхали бабочки. Одно мгновение остановилось на целую вечность. Взгляд тёплых карих и игривых зелёных встретились. И между ними пролетела искра, которую, к счастью, или же к сожалению, прервали стражи. — Госпожа! — недовольный, грубый голос прозвучал под боком. Люси широко распахнула глаза, несколько раз поморгав. — Пора возвращаться в замок, Король будет не доволен вашим частым визитам в город. И она развернулась, даже не посмотрев на него. Гордо выпрямив спину, чуть подняв голову и надев маску, девушка вернулась в реальность. Она никто иная, как фаворитка Его Высочества, та, которая должна доставлять ему удовольствия, быть рядом в любое время. Хартфилия принадлежит только Королю. Другой судьбы нет! А он так и стоял, не взирая на людей, которые вовсю кричали, шумели, толкались. Нищий так и застыл, смотря в толпу, где секунду назад скрылась Его Принцесса, крепко сжимая в руках несчастные монетки. Он обязательно найдёт её .

***

Кана чувствовала головокружение. Сильное головокружение. Неприятное ощущение в районе груди никак не отпускало её. Девушка волновалась как бы не потерять сознание. Возможно, это было от изнеможения, жажды и голода, может из-за неописуемой жары, которая как-то неожиданно окутала Королевство, или от всей обстановки в проходном зале замка. Дивные очи наложницы рассматривали богатое, роскошное помещение, которое воистину казалось сделано из золота. Всё было таким богатым, величественным, в какой-то сфере даже неестественным. Именно от этого Альберона чувствовала себя нехорошо. Блеск достигал глаз с каждого уголка. Прибывшие гости казались противной пылью на фоне всего: широкие колонны, обрамлённые блестящими декоративными изделиями; громадные люстры, которые вот-вот могли попросту сорваться с высоких потолков; мраморный пол, где можно было даже увидеть своё отражение. Это всё давило на голову. И как только люди живут здесь? Грязная, противная, униженная, изморенная жизнью. Что она такая делает в Королевском замке? Вскоре эхом по коридору начал доносится стук каблуков и через несколько мгновений через арку зашла высокая женщина с ровной осанкой и гордо поднятой головой. Она была одета в пышное платье до пола ядерно-зелёного цвета. Оно прекрасно подчёркивало изысканность фигуры, мягкие изгибы тела и большую грудь незнакомки. Она была такой красивой, что некоторые невольно перепутали Эвергрин с самой Королевой. Действительно, Эва была полноценно достойна такого звания. Женщина поправила свои русые волосы и остановилась прямо перед линией девиц, пытаясь хоть как-то скрыть свою брезгливость. От одного их вида помощницу кидало в дрожь. – Тяжёлая ситуация ... — пробормотала она, оглядывая возможных претенденток на роль жены Его Высочества. Хотя в таком образе представить что – нибудь стоящее из них было практически невозможно. Наложницы невольно сжались от присутствия столь 'яркой' особы. Лишь Кана недоверчиво поглядывала на женщину, изучая её взглядом. — Я госпожа Эвергрин. Начиная с сегодняшнего дня вы будете моими подопечными. Теперь этот замок ваше заточение. Но если одна из вас сможет родить нашему Единственному Королю сына, это место превратится в ваш дом и гнусная жизнь станет раем. Главное, что вы должны здесь делать – подчинятся. Непокорным нет места здесь! Искренне надеюсь, что вы все поняли суть моего обращения к вам. Вскоре вы узнаете свои обязанности. А теперь слуги проводят вас в купальню. — закончив речь, Эва особо не церемонясь, ушла так же, как и пришла. У неё не было времени сюсюкаться с мусором. Альберона невольно подняла брови от прильнувшего удивления. Девушка, конечно же, знала, что ноги ей целовать никто не будет, но такого отношения она никак не потерпит. Однако, как бы там не было, на этот раз шатёнка решила держать свой рот закрытым. А из головы всё не выходили слова надзирательницы — «...это место превратится в ваш дом...». А ведь у Каны никогда не было его. Вывел её из мыслей лёгкий толчек в бок. — Чего встала? Иди давай! — грубо проговорил страж, указывая в сторону ушедших наложниц. Злобно посмотрев в адрес мужчины, Альберона, гордо подняв голову, побрела вслед за остальными.

***

Девушка перевернулась на бок. Тишина резала уши, а мрак, казалось, заточил её в свою тюрьму. Кану мучала бессонница. Самые ужасные, противные мысли лезли в голову, то и делая, что вызывая депрессию. Кана и сама не знала, сколько времени прошло с тех пор, как она прибыла в замок. По крайней мере, на улице уже давно потемнело и на ночном небе взвыла одинокая луна. Лёжа на жёсткой и неудобной кровати, девушка обречённо вздохнула. Теперь это её новая жизнь. Однако что-то в наложнице изменилось. Альберона приятно благоухала различными травами; её кожа приняла свой натуральный, слегка загорелый оттенок; длинные, мягкие, темного цвета волосы до пояса мирно покоились на теле своей хозяйки. А прикрывала Кану всего лишь помятая, полупрозрачная сорочка. Наложница перевернулась на бок, отчего кровать ужасно заскрипела, разразившись душераздирающим воплем в мертвой тишине. Альберона прикрыла глаза. Все остальные уже давно заснули, или просто делали вид, что спят... Шатёнка выдохнула в пустоту. Сна ни в одном глазу. Один миг и лёгкая тень поднялась в воздух. Кана судорожно зажмурилась, ожидая очередной скрип кровати. Во мраке было тяжело что-либо разглядеть, но были видны силуэты односпальных кроватей, на которых посапывали остальные девушки; небольшой шкаф и обеденный стол. Входная дверь была немного приоткрыта, откуда забрёл небольшой кусочек света. Было тихо. Бесшумно выглянув в коридор, бедняга съёжилась. Казалось коридоры в замке были бесконечны, а ночью ещё и устрашающие. Альберона бросила эту глупую затею с ночной экскурсией по замку и только шатёнка хотела уйти обратно во мрак, как до неё донося чей-то крик. Брови нахмурились и любопытство взяло вверх. Если её убьют, это сыграет ей только на руку, ну или, в крайнем случае, возможно, она кого-то спасёт. Ступив на холодную, мраморную плитку, шатёнка обняла себя за плечи. Мурашки прошлись по коже. Было холодно. Было мрачно. От этого по спине прошёлся холодок, а ощущение, что за ней кто-то беспрерывно следит, не покидало её. Нет, это ей просто казалось. Декоративные лампы, в которых красовались восковые свечи слабо освещали бесконечные коридоры, ведущие, как казалось Кане, в никуда. Альберона не думала о том, как она будет возвращаться, что она будет делать, если кто-то поймает её. Шатёнка, знала однозначно — терять ей было нечего. По коридору изредка раздавались всхлипы и тихие шаги босых ног Каны. Вскоре плач стал все громче и громче. А в сердце у Альбероны зарождался интерес вперемешку со страхом. Мысли затуманились. Разум хотел просто увидеть того, кто был несчастен в таком прекрасном месте. Жить в Королевском дворце, быть частью его самого! Иметь такой роскошный дом, где тебя кормят, уважают, и чувствовать себя в безопасности под охранной сотней стражей! Девушке, скорее, даже сон такого рода никогда не приснился бы. Кто мог быть несчастным? И перед глазами предстала девушка, которая склонив голову просто шла вперёд, лишь смотря под ноги. Кана не могла рассмотреть внешность особы, так как не было достаточно яркого света. Но она была невысокой, хрупкой; одета была в лёгкое платье изо льна. К счастью, Альберона успела остаться незамеченной и спрятаться за поворотом. Брюнетка притихла и прильнула к холодной стене. — Люси! Это позор для тебя! — послышался неожиданный, но такой знакомый голос женщины. Альберона перестала дышать, чувствуя, как в душе появилось сильное беспокойство. «Лишь бы не повернули, лишь бы повернули.» — думала про себя наложница, молясь о милостыне. — Многие девушки в гареме просто мечтают хотя бы об одной ночи с Его Величеством, а ты льёшь слёзы. — Госпожа Эвергрин, — донёсся до шатенки дрожащий голос собеседницы. — почему судьба настолька безжалостна!? — Воскликнула она, даже не задумываясь о лишней пары ушей, — Почему мы просто не можем быть с теми, которых мы любим, принадлежать им, просто быть счастливыми... — проговорила Хартфилия, вспоминая ту волшебную улыбку, которая вызывала в ней одновременно и радость, и боль. — Не неси ерунды!!! — яростно закричала управляющая гаремом, не желая слушать нытьё подопечной. — Ты полностью пренадлежишь Его Величеству, от каждого кончика твоих волос до последнего миллиметра пальцев на ногах! Он твоя судьба! Такие дурные мысли не должны посещать твою голову! Забудь! Кана дрожала всем телом, чувствуя смертельный ужас в каждой клеточке тела. Эта женщина Эвергрин, которая сегодня предстала перед ними, как их главная, вселяла конец всем надеждам и мечтам. Альберона застыла во мраке, полностью слившись со стенкой, боясь даже повернуть голову в сторону двух идущих представителей женского пола. Новая жизнь обещает быть весьма интересной...