То ли ещё будет?

— Азееель! Ну Азель! Ну куда мы идём? Скажииии! — бывшая живая кукла уже час выслушивала нытьё Пилата. Впрочем, ныл не один он…  — Линаааа! Ну Линаааа! Ну, правда, куда мы идём? Линааа! — голос Гаури уже срывался на плач.  — О, Цефеид! Два ребёнка в команде! За ЧТО мне это?! — рычала Лина. Остальные предпочитали молчать. По крайней мере, по этой теме. Амелия, например, каждые пять минут интересовалась у Зелгадиса, как его самочувствие. То злился, что его отвлекают от мыслей, но отвечал сейрунской принцессе, что всё хорошо. Азель жалела, что у Пилата облик ребёнка — в виде взрослого он наверняка бы не канючил. Хотя… Азель поглядела на ноющего Гаури. Резо…эммм…, а кто отменял Мартину? Она за ним и присматривала. А Кселлос следил, чтобы Резо не сбежал от слежки Мартины. Ведь какая же комедия без главного действующего лица? Вернее, без одного из действующих лиц.  — Мартина, ну отстань уже от этого, — с раздражением выкрикнул Зелгадис. — Мне ещё узнавать у него про скрытые библиотеки.  — Зачем?  — Кхм, — Зелгадис натянул капюшон. Ему не нравилось, что кто-нибудь заставлял его вспоминать ТЕ события.  — Не напоминай ему, — пробормотал Резо. — А то он опять ныть начнёт, мол, вот я бедненький несчастненький, и заколдовал меня злой дядька, — начал передразнивать внука он.  — Я так не говорю! — вскипел Зелгадис.  — Я ему так много сделал, так много! Он меня предал! Ах! Как он мог! Он такой эгоист, не то, что я! Я ищу исцеление, и при этом думаю только о себе, но что вы! Это не эгоизм! Это травма души. А всё из-за ненавистного деда! — и не думал останавливаться Резо. Видно, он театралку заканчивал…  — Да пошёл ты! Что ты знаешь? — полуистерически спросил Зелгадис.  — Я знаю всё.  — Я спрашиваю не об опытах. Я спрашиваю о семье, которой и не было. Я спрашиваю о нашей семье. Всю свою жизнь ты посвятил опытам. Опытам! Тебе было наплевать на меня.  — Я дал тебе силу, о которой ты мечтал. Я и никто другой!  — Да наплевать мне было на эту силу. Ты хочешь, чтобы я был тебе благодарен. Хорошо, я тебе благодарен. Благодарен за то, что я всё детство хотел быть рядом с тобой. Помогать тебе, спасать тебя, ходить с тобой гулять, как все нормальные дети. Всё моё детство было потрачено на эти глупые и наивные мечты. Я смотрел, как ты помогаешь другим людям и ненавидел их. Они отнимали у меня тебя. Потом я стал помогать тебе. Я думал, что хоть теперь мы станем родственниками, настоящими родственниками, но ты опять не видел во мне внука. Я думал, что это из-за того, что я слаб. Что ты великий человек, а я глупец. В итоге я и остался глупцом, пытающимся найти семью. Семью, которой нет, не было, и не будет, — Зелгадис заметил, как на него таращатся остальные и, натянув капюшон, пошёл дальше, но потом, остановившись, бросил: В общем, это не важно. Забудь. Я наговорил лишнего.  — Ээ, — Резо не знал, что сказать. Это было не похоже на Зелгадиса, крайне не похоже. Просто так взять и высказать всё. Но почему он не сделал этого раньше? Раньше, пока Резо не допустил той страшной ошибки.  — Эй, а драки не будет?! А я уже речь подготовил, — попытался разрядить обстановку Пилат. Но, увидев, что никто не обратил на него внимания, обиделся и пошёл за Зелом. Амелия с Азель пошли следом. Амелия презрительно посмотрела на Резо, но он заметил в её взгляде… сочувствие? Наконец, все двинулись за Зелгадисом.  — Кстати, а куда это наш несчастный мазоку подевался? Неужто объелся? — грустно заметила Лина.  — Господин Кселлос? — Азель стала оглядываться. — Его нет.  — Ничего удивительного, — вздохнула Амелия.  — Да, — прикрыла глаза Мартина. — Для него это так же привычно, как «Это секрет!». Эй, господин Резо, подождите меня! — принцесса рванула за священником, который, кстати, после её слов ускорил шаг. Теперь можно было бы даже сказать, что бежал. Но Мартина была значительно быстрее. И только ей оставался прыжок до своей жертвы, на неё что-то упало. Когда дым рассеялся, все увидели, что этим «что-то» был Кселлос. Вот только вид у него был какой-то несчастный. Как у человека упало только что купленное мороженное. В третий раз. Вот такое состояние, когда колеблешься между депрессией и самоубийством.  — И даже не пробуй, — послышался властный холодный голос откуда-то сверху.  — Да, моя госпожа, — грустно сказал Кселлос.  — Господин Кселлос, вы в порядке? — Азель присела рядом с потрёпанным Кселлосом.  — Ох, госпожа Азель, вы первая, кто побеспокоился, о таком монстре, как я, — он встал с Мартины и пошёл рядом с остальными.  — Это она ещё и о таком монстре как Резо заботилась, так что не обольщайся, — хмуро бросил из-за спины Зелгадис. У Резо дёрнулся глаз, но он промолчал.  — А что случилось-то? — спросила Амелия.  — Его лишили магии! — перебил Кселлоса, который всё-равно ничего путного бы не рассказал, Пилат, очень довольный своими познаниями.  — Лишили магии? — опешила Лина. — Погоди, а ты откуда знаешь? — ей в голову закрались очень нехорошие подозрения.  — Почувствовал, — пожал плечами тот.  — Странные у тебя чувства… — пробормотал Зелгадис. — Ну ладно, какая разница: лишился, не лишился. Пошли! — хоть Зел так и сказал, он крепко задумался над этими событиями и, возможно, пришёл к кое-каким выводам. Вот так, препираясь, наши герои добрались до леса около…  — Фемиль?! — хором орали Зелгадис и Гаури. Остальная часть мужской компании, кроме Кселлоса, просто стояла в сторонке, ещё даже не представляя свою участь.  — Ой, да ладно вам, — уговаривала их Лина. — Всего-то недельку…  — Целую неделю?! — взвыли мечники. Этого им не выдержать.  — А чё такого-то? — не понял Пилат. — Неделька в окружении красавиц, — он задорно подмигнул Зелу.  — Ага, круто. Но не тогда, когда ты одна из них! — хмуро посмотрел на мальчика Зелгадис.  — Чего?! — теперь пришла очередь поорать остальным.  — Таак. А вот это уже не круто! — сглотнул Пилат. — Валим отсюдова! — он с поразительной скоростью рванул было в глубь леса.  — А ну стой, — Резо схватил парня за шиворот.  — Если ты решил остаться, то пожалуйста! Я унижаться (ещё раз) не намерен, — Зелгадис с уверенностью шагнул назад. Но Резо свободной рукой зажал и его.  — Я и не собираюсь позориться, — отрезал Священник. — Просто хочу сказать, что если мы уйдём, то упустим возможность найти Зелёный камень. Ты хочешь этого? — химера перестал вырываться. — Но с другой стороны, ведь пойти могут только девушки, а мы обождём в лесу, и тогда всем ведь будет легче, не правда ли?  — Слишком много вопросов! Я согласен! — воинственно поднял кулак вверх Пилат, что в его положении было весьма проблематично. — Долой юбки! Даёшь штаны! Долой…  — Ну допустим… — прервала того Лина. — но переодеться вам всё-таки стоит. По лесу может ходить охрана, и если они вас увидят, план сорвётся.  — Если конечно это опять не переодетые парни, да? — спросил Гаури.  — Да, господин Гаури, — от тех воспоминаний Амелия вздрогнула. Почему-то особенно неприятно было вспоминать, как Зелгадис спасал ту девушку-парня. Как там её-его звали? Амелия потрясла головой, чтобы отвлечься от странных мыслей. Да откуда они у неё вообще взялись?!  — Ну, — Пилат оглянулся на остальных. — Это будет сложным испытанием для нашей гордости, но…  — Но это будет разумней, чем просто так разгуливать по лесу, — продолжил Зелгадис. Пилат, в который раз так бессовестно перебитый, обиженно шмыгнул носом.  — Раз все согласны, предлагаю приступать! — Азель, до сего времени стоявшая в стороне, достала из фартука помаду…