Некропоттер 2. Призрак.

Северус Снейп не мог точно сказать, кого из мародёров он в детстве ненавидел больше всего. Но зато точно мог сказать, кого из них больше всего боялся - оборотня Ремуса Люпина. Случилась между ними одна неприятная история, которая, хотя вроде бы и была секретом, но, как оно часто в таких случаях бывает, многие о ней знали и не упускали случая время от времени снисходительно подколоть зельевара. Из-за этого ненависть Снейпа к Лунатику так полностью и не прошла, а желание сделать ему в отместку за свой страх и беспомощность какую-нибудь подлость с каждой встречей в Хогвартсе всё нарастало. И в последний день сдачи экзаменов, накануне полнолуния, он решился. Сегодня Северус должен был отдать Люпину последнюю в этом году порцию аконитового зелья. Когда он поставил на стол порцию, которая, в отличии от предыдущих, не сочилась дымом, он сказал: - Пейте, Ремус, не стесняйтесь. Надеюсь, мой урок вы усвоите. - Урок? - Не торопитесь, Лунатик, пейте не спеша. Завтра всё поймёте. Это... особый вариант зелья. Я уверен, вам понравится. И Снейп, вытирая вспотевшие от горячего бокала руки, вышел из комнаты. Люпин понюхал и пригубил зелье. "Да, несмотря на отсутствие дыма, на запах и вкус оно так же омерзительно. Не будь Северус взрослым и серьёзным человеком, я бы подумал, что он мне мелко мстит, специально добиваясь наиболее отвратительного вкуса" - подумал Ремус. К сожалению, данное зелье должно было не сделать Люпина безопасным для окружающих, а вместо этого превратить его в лунатика, который ночью выйдет из защищённого от влияния полной луны замка прогуляться. После чего, подышав свежим воздухом и полюбовавшись на серебристый диск, закономерно превратится в оборотня. Естественно, Снейп был наготове. Смерти учеников ему были не нужны. Чтобы опозорить Ремуса, достаточно было поймать его в форме оборотня и продемонстрировать максимально возможному числу людей. Конечно, создать иллюзию, что он на кого-то нападает, было бы неплохо, но это уже как получится. Ведь если Дамблдору пришлось бы встать на защиту Люпина, то директор мог и разобраться в истинной подоплёке произошедшего, что было бы не очень приятно для бывшего Пожирателя. К счастью для оборотня, именно сегодня с ним собирался серьёзно поговорить Гарри Поттер и убедить выбрать сторону. Естественно, свою собственную - то есть тёмного мага и высшего лича. - Добрый вечер, Люпин. Чем опять напиваетесь? - Это зелье, которое мне каждый месяц выдаёт Снейп по указке директора. - Да? Что-то не похоже. Дамблдор не выдавал ему какое-то специальное поручение, как вам когда-то с боггартом? - Гарри! - Что? Директор политик, он не может быть хорошим, такие там не задерживаются. Так что я бы на вашем месте был поосторожнее. - Да ладно, Гарри. Всё в порядке. Сейчас сам убедишься! - ответил Ремус, пытаясь скрыть свои сомнения насчёт зельевара залихватской удалью, и залпом выпил бокал с зельем. Гарри увидел, что глаза Ремуса остекленели, а сознание помутилось. При этом он не упал замертво и не потерял сознание, а просто глубоко погрузился в себя. И после минутной паузы уверенно куда-то пошёл. Точнее попытался. - Ремус, что с вами? Вы меня пугаете. Люпин не ответил. Поттер силой посадил его обратно за стул и отвесил пару болезненных затрещин. - Что случилось? Уже утро? Очень голова болит - жалобно простонал Ремус. - Да я вроде не так сильно бил, с чего бы ей болеть. - Бил? Не помню. Хотя да, теперь чувствую. Неплохо так приложило, похоже шишка будет. Но я не об этом. У меня голова по-другому болит, кружится и как будто молотком внутри стучит и куда-то тянет. И спать хочется. - Так, спать не надо. А надо разобраться. Это ведь не обычное зелье? - Ну да, похожее конечно, но весь год было в точности одинаковое, а сейчас вдруг поменялось. - Тогда, похоже, от тебя хотели избавиться, как от отработанного материала. Боггарта ты мне показал. Патронусу научил. А больше ты Дамблдору с Северусом и не нужен ни для чего. - Да ладно тебе, Поттер, зачем ты выдумываешь заговоры какие-то? Ну перепутал что-то Снейп, бывает. Ничего страшного. Признаться в ошибке постеснялся, или там понадеялся, что результат от этого не поменялся. Я не в обиде. - Зато я в обиде. Я, собственно, по другому поводу к тебе зашёл. Но теперь вижу, что очень удачно. Для тебя. Иначе сейчас гулял бы ты уже в виде оборотня возле Хогвартса и пугал учеников. Ты же, как зелье выпил, так сразу куда-то понёсся. - Да? Действительно, неудачно вышло бы. Но зачем это Альбусу? Он же оборотня на работу взял, его попечители за это не похвалят. - Так они люди не глупые, давно уже знают обо всём. Но директор гарантировал безопасность и они согласились на оборотня, заранее прикинув, что удастся с Дамблдора получить в случае проблем. Политика. - Страшные вещи ты говоришь, Поттер. Тебе самому в таком мире приятно ли жить? - Так я в нём с детства, у меня и выбора особого не было. Родителей моих убили, меня отдали родственникам, которые относились ко мне со страхом и злостью. Ну и колотили иногда, но я не обижался. Были в этом и свои плюсы - когда одежда Дадли приходила в негодность, мне покупали мою личную, новенькую. Да и всегда можно было спрятаться от них там, куда им не было доступа - в мире магии. - А ты, Гарри, знал про него? Откуда, если не секрет? - Секрет, но тебе его могу частично раскрыть. От учителя. Он с самого детства учил меня магии, занятия начались ещё до поступления в обычную школу. - Так вроде и неплохо. - Я разве говорил что плохо? Хорошо, но совсем не так просто и безопасно, как должно быть у обычного ребёнка. Хоть вот мою кличку старую вспомни "мальчик-который-выжил". - Да, было такое. Сейчас уже и не поймёшь, что все на ней так зациклились. Тот-кого-нельзя-называть против ребёнка героя. Смех один. Обычные Том и Гарри. Один был злой и погиб, другой слабый, но чудом спасся. Так неужто мы Волан-де-Морта не победим, если он иногда бывает слабее ребёнка. Что его бояться-то тогда? Пусть сам теперь боится. - Верно. За этот год, к счастью, многое изменилось. Не удивлюсь, если в итоге Реддл станет светлым. - Ну так уж светлым. Но вот то, что ему вряд ли удастся второй раз поруководить чистокровными магами, это любому понятно. - Согласен. Но вернёмся к нам с тобой. Как ты относишься к тёмной магии? - Тёмная магия - зло, но её надо немного знать, чтобы уметь от неё защищаться. - А как ты относишься к Сириусу? - Ну, я его знал, - коротко ответил Ремус. - Точнее, думал, что знаю. Увидев огорчённое выражение лица Люпина, Гарри мысленно подтвердил свою гипотезу о том, что оборотню неприятна эта тема. Поэтому он сразу перевёл разговор на Дамблдора, чтобы связать в голове Ремуса это ощущение дискомфорта именно с ним, а не с самим Поттером. - А вы когда-нибудь спрашивали об этом у директора? - Да, ещё давно, но тот ответил, что Блэк сидит в Азкабане, его всё равно не выпустят. Так что не о чем и говорить. - Дамблдор в своём стиле. Вроде и хороший, и ни в чём не виноват, а подгадил успешно. - Ты что такое говоришь про преподавателя? Не забывай, что ты здесь учишься, а я преподаю, и за подобную чушь должен снимать баллы. Объяснишься? - Так это не чушь и не ложь. Я обещаю тебе, Ремус, что может и буду недоговаривать, чтобы создать о себе более хорошее впечатление, но врать и говорить непроверенные вещи под видом правды никогда не буду. Гарри сделал долгий вдох и дал Люпину время продумать его слова. - А подгадил тебе Дамблдор, убедив всех в том, что Сириус сидит в Азкабане за дело и спасения не заслуживает. Ты ведь тоже так решил из его слов? - Да, я так и решил. Мол, он предатель, но мстить ему нет смысла, потому что он уже и так наказан. - А ты знал, кто был хранителем Фиделиуса? - Так в ордене почти все знали. Сириус и был. Как бы иначе он смог предать? - Ну вот. А если бы директор уважительнее отнёсся к вашей дружбе с Блэком, то он бы тебе рассказал известные ему подробности, которые сильно бы тебя утешили. Которые мне он, кстати, рассказал без всякого труда. Во-первых, что хранителем был Петтигрю, а не Сириус. И что Блэка, скорее всего, поймали и обманом заставили выдать настоящего хранителя, после чего он, осознав произошедшее, сошёл с ума. Как, не таким уж и плохим человеком выходит Сириус? - Да. Я бы тогда хоть поговорил с ним, выяснил подробности. Утешить бы попробовал. - И знаешь что ты выяснил бы? - Что? - Что предателем оказался сам Петтигрю, и что он вовсе не убит. И что эта крыса может до сих пор где-то скрываться. - Крыса? Уизли! У них уже лет 10 живёт одна и та же крыса. - Именно. Ну что стоило директору рассказать тебе эти подробности, вместо равнодушного "сидит в Азкабане, всё равно не выпустят"? - Да, неприятно получилось. Но Дамблдор сделал много хорошего. - Я не спорю. Проблема в том, что нас с ним ожидает конфликт. В том числе и из-за моего желания оправдать моего крёстного, хотя должен честно предупредить, что это не основная причина. - А какая основная? - Их несколько. Но вот, например, я не отказываюсь изучать и применять тёмную магию. - Применять? Поттер, но зачем? - Она может вещи, которые светлые маги делать разучились. Например, я хотел тебя сегодня порадовать тем, что имеется заклинание лечения, способное исправить негативные последствия ликантропии. У Блэков вообще много всего интересного обнаружилось. - Гарри, так не бывает! Зачем это тёмным магам? - Ну, возможно они изначально придумывали пыточное заклинание. И, кстати, у них получилось. Это лечение очень болезненно, но при этом не разрушает здоровье жертвы, а наоборот лечит её. Поэтому его можно применять раз за разом, пока человек не сойдёт с ума. Тёмные маги безумно коварны, Люпин! Но, к счастью, я сумею использовать их изобретение во благо. Ты же доверишь своё излечение нам с Сириусом? - Ну если Петтигрю действительно был хранителем и остался жив. Тогда это многое меняет. Но мне надо во всём разобраться. - Конечно, разбирайся. Про хранителя спроси Дамблдора, вряд ли он соврёт в ответ на прямой вопрос. А про Петтигрю я потом покажу тебе воспоминания. Я видел его и Блэка, сражающихся в комнате Рона. Точнее, застал уже конец сражения, когда оба умирали, и спас того, кого успел - счастливчиком оказался Сириус. Кстати, подтвердишь, что в моих воспоминаниях был именно Петтигрю - я с ним, как ты понимаешь, особенно до этого не общался. Опознал по фотографиям, отсутствию пальца и анимагической форме крысы. - В принципе, неплохой набор примет. Думаю, это был действительно он. Ладно, Гарри, я разберусь. - Но, пожалуйста, пообещай мне не говорить об этом разговоре директору. - Хорошо. - А что насчёт лечения? - А знаешь, давай! Прямо сейчас сможешь вылечить? Чтобы я вышел на улицу и проверил? Как я понимаю, Снейп на это как раз и рассчитывал. Вот и посмотрю на его глупую морду, когда он поймёт, что я там спокойно гуляю. - Тогда приготовься терпеть. Будет немного больно. Следующие 10 минут сознание оборотня благоразумно вычеркнуло из памяти. - Гарри! Если бы я знал, что это будет так! больно. Я бы... не знаю. Нет, наверно всё равно бы согласился. Ты уверен, что это хотя бы сработало? - Конечно, сработало, как будто ты сам не почувствовал? Но и вылечить тоже должно было. Пойдём проверим и заодно посмеёмся над Снейпом! - Да, как в старые добрые времена. Только, к сожалению, мародёров осталось всего двое, и те друг с другом не общаются. - Не стоит грустить. Отца я уже отпустил, а Петтигрю оказался предателем, так что туда ему и дорога. А Блэк тебя простит, откуда тебе было знать, что он не виноват? - Я всё рано должен был догадаться! Сириус же не такой, он никак не мог предать! Да, жаль, что история с Волан-де-Мортом и убийством Петтигрю выглядела такой логичной, и я про это забыл. Наконец выйдя на улицу, Ремус понял, что свет луны действительно перестал на него действовать. Оборотень - хотя какой он теперь оборотень? - здоровый сильный человек Люпин закружился на месте от счастья, потом обнял и подбросил в воздух Гарри. - Ты просто волшебник, Поттер! - восторженно прокричал Ремус, аккуратно ловя Гарри - Совсем как твой отец, но умнее и поэтому думаешь не только о шутках. Да я готов поблагодарить даже тех тёмных магов, которые придумали это заклинание. Если бы ты только знал, как я устал терпеть укоризненные взгляды от знающих про мою болезнь. А постоянная угроза раскрытия тайны и последующего позора и презрения от всех остальных? Ну да что теперь говорить. Ремус, прищурившись, посмотрел на абсолютно круглую луну и пощупал гладкую кожу на тыльной стороне ладони, чтобы ещё раз убедиться, что он действительно находится в человеческом теле. - Да, я наконец-то здоров, Гарри! Это просто непередаваемое ощущение. Надо будет поговорить с директором про настоящего хранителя и невиновность Блэка, а потом и с самим Сириусом. Естественно, я не буду раскрывать тебя перед директором в качестве источника информации. И Ремус, договорившись с Гарри о способе связи и времени следующей встречи, превратился в пса и побежал навстречу Снейпу, как раз к этому времени выбежавшему из замка. Оказавшись в нескольких шагах от зельевара, начавшего к тому времени понимать, что к нему бежит не волк-оборотень, а всего лишь обычный пёс, преподаватель защиты превратился обратно в человека, и ехидно воскликнул: "Что, не ожидал?" - Да, не ожидал. Слушай, если это моё зелье тебя вылечило, я согласен на совместный патент и могу дать тебе, ну, 20 процентов прибыли. - Нет, даже не надейся, Нюнчик, это не от твоего зелья. От него, когда я, как ты советовал, начал понемногу отпивать, у меня закружилась голова и застучало в висках, так что я его просто вылил. А лечился я, к счастью, другими, более надёжными средствами. Мир? - Ну, мир. Действительно, что-то на меня не то нашло. Нельзя вечно злиться из-за старых детских историй. Но ты мне всё равно не нравишься. - Как и мне твоя идея с зельем. Поэтому пока предлагаю просто мир, без дружбы и всего что к ней прилагается. А там - посмотрим. Люпин и Северус думали каждый о своём. Но было у них и нечто общее. Пусть пока где-то в глубине души. Но они уже начали менять свои взгляды на мир и своё место в нём. Этот процесс уже не могли остановить ни Дамблдор, ни старое соперничество и зависть. Благодаря Поттеру, их мир поменялся. И не существует ничего, способного обратить этот процесс вспять.