Глава 1
12 марта 2016 г., 02:48
Резная дверь распахнулась перед хрупким юношей с черными волнистыми волосами, пропуская его в кабинет с дорогим интерьером. Уверенно войдя, Ники устремился по густому ковру к широкому дубовому столу. За ним сидел высокий мужчина тридцати шести лет. Зеленые глаза в обрамлении густых, но коротких ресниц смотрели снисходительно. Черные, посеребренные сединой волосы мужчины прикрывали самые кончики его ушей, только челка была немного длиннее и почти касалась кончика носа, из-за чего мужчине приходилось часто отводить пряди за уши. Джеймс выглядел старше своих лет из-за густых усов, которые, впрочем, делали его более привлекательным для противоположного пола.
— Дядя, — широко улыбнувшись, Ники остановился у стола. Джеймс был его опекуном и дядей, поэтому парень очень был рад, что у них сложились хорошие отношения, несмотря на трудный характер мужчины.
— Как дела в школе? — спросил Джеймс хрипловатым голосом.
— Ну, учусь я хорошо, что еще важно? — усмехнулся юноша, присев в кресло напротив дяди.
— Никто не пристает и не обижает? — Этот вопрос был ежедневным, и каждый раз Ники отвечал однообразно.
— Кто на меня польстится с охранником-то?!
За Ники каждую секунду следил охранник Лукас. Мужчина был моложе и симпатичнее Джеймса. Светловолосый, сдержанный, но когда он оставался наедине с Ники, то подшучивал над ним и рассказывал много интересного. И в классе, да и во всей школе не было смельчака, который стал бы обижать Ники, боясь столкнуться с Лукасом. А Ники многие не любили. Богатый, красивый, умный. Таких не любят только потому, что завидуют. Окружающие считали, что парню слишком повезло в жизни. Но никто из них не задумывался, как парень пережил смерть родителей. И если бы не Джеймс, попал бы в детский дом, несмотря на огромное наследство. Деньги бы просто растащили другие родственники, которых оказалось очень много. Но вовремя появился Джеймс, он только мельком посмотрел на Ники и предъявил свое право взять мальчишку под опеку. И вот уже четырнадцать лет он честно исполнял свои обязанности. Воспитывал мальчика в строгости и без излишеств, расширял перешедший по наследству бизнес. Пусть иногда Джеймс требовал слишком много от Ники, сам парень был не против. Джеймс — вся его семья. Друзьями были только подчиненные мужчины и слуги в доме, и так как по возрасту Ники мало кто подходил, то и приятелей у него было мало. Хотя в школе он общался с тремя омегами-близнецами. Только они не побоялись сблизиться с высокородным ребенком из неполной семьи, о которой ходили ужасные слухи. Джеймса считали едва ли не якудзой, а подчиненных большой корпорации — членами преступного клана.
Поэтому юношу побаивались, особенно последствий общения с ним. Впрочем, ни Джеймс, ни Лукас не противились общению Ники со сверстниками.
— Лукас сказал, что ты хотел поговорить о чем-то? — спросил Ники, приняв от секретаря опекуна стакан с соком.
— Да, — кивнул Джеймс, поставив локти на столешницу, сцепил в замок пальцы и уперся подбородком в тыльные стороны ладоней. При этих его словах Ники заметил, как мужчина быстро посмотрел на Лукаса, который вошел в кабинет следом за парнем и стоял сейчас у двери. И, видимо, молодой альфа кивнул ему, потому что Джеймс продолжил: — Новость может показаться тебе неприятной, но выбора у тебя нет. Скоро ты поймешь, почему я так поступил.
— И? — вскинув брови, уточнил Ники, нутром чувствуя, что сказанное дядей ему не понравится. Потому он смотрел в его зеленые глаза с напряжением.
Джеймс не торопился с ответом. Вынул из одного ящика в столе папку с бумагами. Открыл и взял один лист, что лежал сверху. Взглянув на него, словно в сотый раз вчитывался в написанное, перевел глаза на юношу.
— В эту субботу состоится церемония бракосочетания, — сдержанно проговорил Джеймс.
— Да? И кто на ком женится? — улыбнулся Ники, с огромным интересом уставившись на дядю. Юноша любил праздники, так как там можно было повеселиться, не боясь, что дядя отругает за недостойное поведение. А свадьбы так Ники и вовсе любил, потому что считал, что стать частью чьей-то семьи — невероятная удача. Он часто мечтал о большой и дружной семье. Вот только Джеймс почему-то не торопился обзаводиться супругом, а самому еще не скоро это предстоит.
— Ты и я, — ответил тот и протянул парню лист бумаги.
— Не понял?! — растерялся Ники, уставившись на мужчину, словно видел его впервые.
— Я женюсь на тебе, — повторил Джеймс, снова уткнувшись подбородком в свои руки.
— То есть?! — вскочив на ноги, воскликнул Ники. Эта новость ему не то чтобы не понравилась, он был не в состоянии ее понять.
— Пятнадцать лет назад я навещал твоих родителей. Тогда мы обсудили все, и они подписали эту бумагу, по которой, по достижении тобой восемнадцати лет, мы поженимся.
— Да что ты несешь?! Мы же родственники, такого просто быть между нами не может! — закричал Ники, сжав руки в кулаки, на лист бумаги он даже не смотрел. Его возмущенный взгляд был направлен только на Джеймса.
— Послушай, Ники... — вздохнув, начал мужчина.
— И слышать ничего не хочу! Я не стану твоим мужем! Это противоестественно! — с этими словами молодой человек выскочил из комнаты, едва не снеся Лукаса.
— Эх! — вздохнул Джеймс, поднявшись на ноги. — Все же стоило ему раньше рассказать.
— Не волнуйтесь, как только он узнает что к чему, придет в себя, — попытался подбодрить его Лукас, улыбнувшись.
— Если не сбежит, — кивнул Джеймс. — Ему претит сама мысль быть моим супругом. С этим я уже ничего не смогу поделать.
— Я прослежу, чтобы он не убежал, — открыв дверь, захлопнутую Ники, проговорил Лукас.
— Не нужно, — остановил его голос мужчины. — Если решится, то просто помоги ему выжить в этом мире. Я знаю, он тебе нравится и ты ему тоже.
— О чем вы?! — скривился Лукас. — Дети меня не интересуют. И пусть ему завтра восемнадцать исполняется, все равно ребенок. Он мне как младший брат. А вот вы ждали его всю свою жизнь.
— Может и так, но это не отменяет факта, что ты ему очень нравишься, — растянул губы в печальной улыбке Джеймс и отвернулся. Лукас, кивнув, покинул его кабинет.
***
Ники был зол и впервые за долгое время не отправился сразу после школы домой. Лукас следовал за ним, но ни слова не говорил. Конечно, он пытался, но Ники игнорировал его. Парню было обидно и непонятно, почему он по достижении восемнадцати лет должен стать супругом собственного дяди. Да еще и родители подписали странную бумагу, разрешая ему это. Почему? — Ники, — позвал Лукас, идя следом за мальчишкой и рассматривая его напряженную спину. — Скажи уже что-нибудь. Тебя ведь обычно не заткнешь. Парень не ответил и даже не посмотрел на него, плотно сжав губы. — Почему? Почему я должен становиться его мужем? — спустя несколько минут спросил юноша. Повернув голову, Ники посмотрел на закат. Обычно в это время он уже был дома, но сейчас возвращаться в особняк не хотелось. — Позже ты все поймешь, — отозвался Лукас. — Держать все в секрете от тебя было желанием самого мистера Джеймса. — Но ты ведь знаешь ответ. Так скажи мне, — потребовал юноша, сверкнув на альфу глазами. — Знаю, но не скажу, не имею права, — мягко улыбнулся Лукас. — Ну и ладно! — психанул парень и швырнул сумку на мостовую. — Я согласия все равно не давал, так что никому ничем не обязан! — Ники, — снисходительно посмотрев на парня, проговорил Лукас, поднимая его сумку. — Ты дорог ему и очень сильно. Подумай и о его чувствах. — А о моих кто думать будет?! — взвился парень, топнув ногой. — Успокойся и просто обдумай все, — сказал Лукас, подойдя к нему, и, положив руки на плечи, заглянул в зеленые глаза. — К черту все! — вырвавшись из его рук, рыкнул парень, развернувшись, и быстро зашагал прочь. Он не выбирал определенный маршрут, поэтому сам не заметил, как вернулся домой, в свою комнату. Слуги кланялись ему и поздравляли с днем рождения. Но он не отвечал им, слишком погруженный в свои мысли. Дядю он не видел и ничего о нем не спрашивал. Войдя в свою комнату, с силой захлопнул дверь, сорвавшись хотя бы на ней. Обогнув широкую постель, подошел к столу. На нем лежала коробка с бантом. Видимо, подарок от кого-то. Поддев указательным пальцем записку, прочел имя дарителя. Им был дядя. На глаза навернулись слезы. Еще пару дней назад он был бы рад этому подарку. Но не теперь. Одной рукой вытирая слезы, второй юноша скинул коробку со стола. И та со звоном упала на пол. Бросившись на постель, Ники зарылся лицом в подушку. Он не желал становиться супругом собственного опекуна-дяди! Это извращение какое-то! Почему же Джеймс так спокойно все принимал?! Да и Лукас тоже хорош! Знал ответ на его вопрос, но предпочел молчать. А до церемонии осталось всего лишь три дня. Необходимо было что-то сделать, чтобы предотвратить это безобразие, именуемое свадьбой.***
Полная луна ярко освещала сад, по которому как можно тише крался Ники с небольшой сумкой наперевес. Он не хотел становиться супругом собственного дяди, потому решил сбежать. Другого выхода у него не было. Ему не оставили выбора, даже согласия не спросили, только объявили дату бракосочетания. — И далеко собрался? — раздался в тишине ночи голос Лукаса. Ники испугался так сильно, что споткнулся и упал, разодрав колено. — Лукас! — прошипел он, пытаясь высмотреть мужчину между деревьев. — Сбежать решил, значит. Мистер Джеймс предполагал такой исход, — оказавшись рядом, проговорил Лукас, присев перед парнем на корточки. — И что?! Он приказал поймать меня? — прищурившись от боли и злости, прошипел Ники, видя в свете луны только улыбающееся лицо альфы. — Нет, — мотнул тот головой. И уже без тени улыбки продолжил отвечать на молчаливый вопрос парня: — Наоборот, господин Джеймс приказал мне проследить, чтобы ты устроился в чуждом мире с комфортом. — С чего бы? — подозрительно прищурившись, Ники сел, придерживая рукой пострадавшее колено. — Не могу сказать, но понимаю его, — отозвался Лукас, садясь напротив в позу лотоса. — Он хочет лучшей жизни для тебя. Даже если ему самому придется уйти. — Что ты имеешь в виду? Я не понимаю, — проговорил Ники, совершенно растерявшись. От мысли, что он больше никогда не увидит дядю, сердце словно сдавили тиски. — Я не имею права все рассказать, но кое-что могу, — снова широко улыбнулся Лукас, и Ники посмотрел на него с надеждой. — Ты с четырнадцати лет пил витамины, так? — Ники утвердительно кивнул, растерявшись от вопроса. — А сейчас, после того как тебе сказали о свадьбе, у тебя их забрали, верно? — парень снова кивнул в знак согласия. — Так вот, Ники, эти таблетки на самом деле не витамины, а препараты для сдерживания твоей истинной сущности. Господин Джеймс их тоже пьет. — Подожди, что-то я совсем ничего не понимаю, — окончательно растерялся юноша. — Я знаю, — наклонившись к нему, продолжал Лукас, улыбаясь. — Завтра просто подойди к дяде. И ты многое поймешь. Неожиданно для парня мужчина щелкнул его по носу и поднялся, чтобы спустя миг исчезнуть в темноте ночи. Ники растерянно посмотрел ему вслед.***
На следующий день с самого утра Ники пытался придумать предлог, под которым он пришел бы к дяде, чтобы понять, о чем говорил вечером Лукас. И даже придумал к тому моменту, как спустился в столовую позавтракать. Он решил, что не будет подозрительным, если он поблагодарит Джеймса за подарок ко дню рождения. Им оказалась фигурка, которую парень давно хотел, но по собственной глупости разбил. Однако Ники не пришлось искать предлог, чтобы увидеть мужчину, так как Джеймс уже был в столовой. Он сидел за столом и пил кофе, просматривая газету. На нем были стального цвета штаны от костюма и белоснежная рубашка, пиджак лежал сложенный на спинке стула. Ники же собирался в школу, потому был в форме черного цвета с воротником-стойкой. — Доброе утро, — проговорил немного удивленный юноша, садясь за стол напротив мужчины. Кроме него в столовой был еще его секретарь, бета-вундеркинд двадцати трех лет. Насколько знал Ники, он служил дяде только потому, что ему же служил и Лукас. Связывало ли этих двоих что-то большее, парень не знал. Впрочем, он не стал бы отрицать, что охранник ему нравится. И очень даже. Но было ли в его чувствах к нему нечто большее, чем просто восхищение как старшим братом? — Доброе утро, — кинув быстрый взгляд на парня, кивнул Джеймс. — Вчера вечером ты не спустился на праздничный ужин. Могу я узнать причину? Когда их взгляды столкнулись друг с другом, первыми разорвал контакт Ники. — Голова разболелась, — смущенно ответил он, понимая, что не может признаться в том, что на тот момент строил план побега. — Стоит доктора вызвать? — уточнил Джеймс, поднося к губам чашку с кофе и делая глоток. — Да нет, нормально все. Теперь мне лучше, — попытался улыбнуться парень. Взяв свою чашку, сделал глоток темного напитка. Джеймс снова уткнулся в газету, и Ники решил воспользоваться моментом и присмотреться к нему. Однако даже по прошествии трех минут ничего особенного не заметил. Каким он привык видеть мужчину, таким он и был сейчас. И все же, о чем говорил Лукас, когда сказал, что он многое поймет, как только встретится с дядей? Неожиданно он вздрогнул, ощутив прошедшую по телу жаркую волну. Удивившись, оглянулся. В столовой было скорее прохладно, так как работал кондиционер, поэтому жарко ему не могло быть. Выдохнув и тут же глубоко вдохнув носом, стараясь унять вдруг сильно забившееся сердце, Ники снова задрожал. Ноздрей коснулся невероятно приятный аромат. Всего лишь на миг, но этого было достаточно, чтобы заинтересовать молодого омегу. Потянув носом, Ники попытался определить, откуда исходит приятный манящий аромат. — Что-то не так? — неожиданно раздался голос Джеймса. Ники снова вздрогнул, но теперь от испуга. — Н-нет, — мотнул он головой, отчего волнистые волосы рассыпались по плечам. Заколки, какими бы Ники не пользовался, рано или поздно выходили из строя, и большую часть времени он ходил растрепанный. Вот и еще одна заколка погибла в неравном бою с его густыми непокорными волосами, соскользнув с головы по плечу и упав в конечном итоге со звоном на пол. — Мне пора! Вскочив на ноги, юноша кинулся к двери, смущенный тем, что ощущало его тело, а еще аромат усилился и, казалось, окружал его со всех сторон, заставляя сердце трепетать, а тело гореть в непривычном огне. Он сделал всего пару шагов, когда почувствовал на своем запястье стальную хватку. Обернувшись, посмотрел в глаза альфы сверху вниз. — Что? — растерянно спросил Ники, чувствуя, что силы в мужчине много. И это почему-то тоже странным ощущением отозвалось в его теле. Джеймс пару минут напряженно смотрел в лицо юноше, словно боролся с собой — сказать или нет. Но все же заставил себя улыбнуться и ответить: — Удачного дня! — и не говоря более ни слова, поднял к лицу руку молодого человека, запечатлев на его запястье легкий поцелуй. Ники был потрясен тем, что сделал Джеймс, и тем, как собственное тело отреагировало на невинную ласку. Отдернув руку, он прижал ее к груди и огромными глазами уставился на Джеймса. — А-ага, — единственное, что он смог выдавить из себя, прежде чем сбежал из кухни. И все равно он ничего не понял. Хоть Лукас и утверждал, что многое станет ясно, как только он увидит Джеймса. — Я совсем ничего не понимаю, — тихо прошептал Ники, быстро идя по коридору. — Но, может быть, тот аромат принадлежит дяде?
