Тесные узы

      Вечер наступил внезапно. Ники оглянуться не успел, как уже стемнело и прошло время ужина. Поднявшись в свою комнату, парень сел у стола и уставился невидящим взором в монитор «спящего» компьютера.       Он боялся этой ночи, того, что произойдет, когда Джеймс вернется. И так как он все еще был на встрече с партнером, юноша надеялся, что мужчина устанет, напьется или еще что, но к нему не придет.       Просидев за столом около пятнадцати минут, Ники решил принять душ, а после сразу же лечь спать. Ведь, возможно, увидев, что он спит, альфа отступит, даже если будет в настроении.       Уже раздевшись, он остановился посреди комнаты и поджал губы.       Может, лучше, если он не станет мыться, и тогда запах пота отпугнет дядю?!       Глупо, но все же.       И тем не менее парень отправился в ванную. Пробыв там полчаса, вышел, хотя обычно купался дольше. Просто сегодня был слишком взвинчен. Ожидание утомляло и пугало.       Стук в дверь стал для него неожиданностью. Охнув, юноша стянул с бедер полотенце и обмотался им полностью. Уставившись огромными глазами на дверь, наблюдал, как в комнату без помощи трости входит дядя. Окинув племянника взглядом, кивнул.       — Добрый вечер!       Ники зарделся и отвернулся. Наткнувшись взглядом на халат, поспешил натянуть его на плечи и уж после, под ним, стянул полотенце.       Джеймс тем временем прошел к постели и поставил принесенную им корзину. В ней было все необходимое для этой ночи. Мужчина желал сделать Ники как можно приятнее в его первый раз.       — Подойди, — присев на край постели и похлопав ладонью по покрывалу, позвал альфа.       Ники вздрогнул от звука его голоса. Пару секунд осмысливал его слова, и только потом, поджав губы, шагнул к постели, подойдя с другой стороны. Сев на самый краешек, стал нервно покусывать губы.       Окинув его понимающим взглядом, мужчина поднялся и обогнул постель. Нависнув над юношей, протянул руку и коснулся его лица.       Ники поднял голову, но смотреть в глаза мужчины стеснялся, потому отводил взгляд.       — Я не сделаю тебе больно, — прошептал Джеймс, отпустив его лицо и скользнув рукой к шее юноши. Подцепив пальцами воротник халата, оголил тонкие плечи.       Парень задрожал заметнее, низко опустив голову, и, продолжая кусать губы, старался не думать о том, что происходит. Ему было страшно.       Джеймс присел рядом с ним, одной рукой скользнув под халат, по груди, вызвав в девственном теле теплую волну. Наклонившись, мужчина коснулся плеча молодого человека, нежно целуя. Проделав дорожку из поцелуев по шее к лицу Ники, остановился на щеке. Свободной рукой коснулся его лица с другой стороны и повернул к себе. Ники зажмурился и спустя миг почувствовал прикосновение усов и губ альфы. Мягко раздвинув языком губы юноши, Джеймс проник в его рот, исследуя, словно в первый раз.       Ники изо всех сил старался не потерять голову, даже пальцами смял покрывало под собой, но все же прикосновения и аромат Джеймса были чересчур потрясающими. Чем сильнее тот возбуждался, тем острее чувствовал его аромат Ники и терял рассудок.       Уже через мгновение он почувствовал, как падает на постель. Открыв глаза, посмотрел перед собой и увидел, как Джеймс выпрямляется, садясь на колени. Сам же парень лежал на спине, халат распахнулся, волосы растрепались. Мужчина смотрел на него с жадностью, похотью. Джеймс определенно хотел Ники. Это понимал даже сам юноша.       — Прежде чем продолжим, — проговорил Джеймс, потянувшись к тумбе у постели, вынув из принесенной корзины коробочку, открыл и достал из нее пластмассовую капсулу.       — Что это? — краснея сильнее, спросил Ники, немного придя в себя, и поспешил снова прикрыться халатом.       — Это наш первый раз, и я хочу им полностью насладиться. Но беременность для тебя еще нежелательна. Поэтому, — пока он говорил, открыл капсулу и вынул из нее белую медицинскую свечу, — я введу это в тебя, чтобы ты не забеременел.       Ники покраснел до корней волос, закусив губы почти до крови, отвернулся, пряча лицо в руках. Мужчина тем временем одной рукой коснулся его колен.       — Разведи ноги, — приказал Джеймс.       Ники сжался, но сделал, как он сказал, и спустя пару секунду почувствовал, как в него вставляют что-то холодное и твердое.       — Через несколько минут она растает, — пояснил альфа, глубже вводя свечу между ягодиц юноши, используя один палец.       — Давай уже быстрее покончим с этим, — едва сдерживая слезы стыда, прошептал Ники.       — О, нет, Ники! — пропел Джеймс, убрав руки.       Ники открыл глаза и искоса посмотрел на него. И снова покраснел.       Джеймс потянул ворот своего халата в стороны, оголяя мускулистое тело, взгляд его горел страстью.       — Это только начало...       Тишину комнаты нарушало только тиканье будильника на тумбе у постели. Джеймс, расслабившись, полусидел на постели полностью обнаженный и курил. Ники же дрожал рядом, закутавшись в одеяло, словно в кокон.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Джеймс, кинув взгляд на кокон из одеяла.       — Нормально! — прошипел приглушенно юноша, не в состоянии поверить в то, как вел себя совсем недавно. Стоило только вспомнить собственные пошлые стоны и крики и то, как цеплялся за дядю, как сразу же хотелось умереть.       — Уверен? Мы дважды это сделали. Но сегодня твой первый раз...       — Заткнись! — крикнул Ники, сильнее кутаясь в одеяло. Мало того, что они дважды сделали это, так второй раз он сам Джеймса попросил, так хорошо ему было.       — Хочешь сказать, что тебе было противно? — прищурился Джеймс, туша сигарету о тумбу. — Но то, как ты стонал от наслаждения, говорит об обратном!       Вмиг Ники вспыхнул, резко сев, и, обернувшись к мужчине, залепил звонкую пощечину.       — Ники? — потрясенно спросил Джеймс, коснувшись пальцами щеки. — Ты что творишь?!       — Не говори об этом! — красный, словно рак, прокричал Ники, едва сдерживая слезы. — Вообще не разговаривай со мной! Уходи! Видеть тебя не хочу! — замолчав, юноша, тяжело дыша, с возмущением в глазах уставился на мужчину.       Зеленые глаза Джеймса прищурились, а голос стал ледяным:       — Сейчас я действительно уйду. Но запомни, мое терпение на исходе. Еще одна подобная выходка, и я перестану заботиться о твоих чувствах.       С этими словами Джеймс отвернулся и, подобрав с пола халат, накинул на плечи. Не глядя на омегу, покинул его комнату, сильнее прихрамывая после усиленной физической нагрузки.       Ники, тяжело дыша от злости, пылающим взором смотрел ему вслед, пока альфа не скрылся в коридоре. И когда дверь захлопнулась за ним, не сдержал слез. Закрыв лицо одной рукой, второй снова натянул на плечи одеяло.       Он не знал, как себя вести с Джеймсом, со своим дядей, с которым теперь он еще и постель делить будет. Он испытывал всепоглощающий стыд, стыд за то наслаждение, что он познал в момент их соития. Ведь они кровные родственники!

***

      После той ночи время шло ужасно медленно. Ники старался избегать дядю. И первые два дня ему это удавалось. Он вставал раньше и спать ложился раньше, чем все остальные в особняке. Джеймс не приходил к нему, понимая, что парню нужно время свыкнуться с тем, что произошло, да и телу не лишним будет отдохнуть после первого раза, даже если у юноши ничего практически не болело. Но два дня длились так долго и так быстро пролетели, стоило только мужчине и юноше столкнуться.       Омега спустился поздно ночью в холл, направляясь на кухню — захотелось перекусить. Джеймс в это же время вошел в холл, вернувшись из офиса. Именно в холле супруги и столкнулись.       — Добрый вечер, — кивнул Ники и поспешил на кухню, но был остановлен Джеймсом.       — Постой, — омега замер посреди холла, почти достигнув двери, ведущей на кухню. Мужчина подошел к нему и накрыл одной рукой тонкое плечо со спины.       Ники задрожал и внутренне сжался, чувствуя, что и этого прикосновения вполне достаточно, чтобы его тело охватила теплая волна.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Джеймс, разворачивая парня к себе лицом.       Ники смотреть на дядю не решился, а при воспоминании о том, что случилось между ними, густо покраснел.       — Все хорошо, — отозвался он, старательно отводя взгляд.       Джеймс видел, как он смущается, и едва сдерживал улыбку. Племянник был слишком милым, желание обнять его и поцеловать, заключить в объятия стало практически осязаемым.       — Посмотри на меня, Ники, — хрипло прошептал мужчина, чувствуя, что возбуждается только от того, что видит его, прикасается к нему через одежду.       — Нет уж! — мотнул головой Ники и, вырвавшись из хватки альфы, кинулся прочь, к лестнице, в свою комнату. Сердце ухало в груди так громко, тело отчетливо помнило прикосновения дяди...       Джеймс не стал настаивать, хорошее настроение, возникшее лишь при взгляде на парня, улетучилось, и на лице альфы снова замерло суровое выражение. Он не знал, что сделать, как достучаться до юноши, чтобы он перестал избегать и отвергать его. Да, они родственники и достаточно близкие, но они так же и пара. И Ники чувствует это, так сколько еще мятежное юношеское сердце будет отвергать очевидное?!       Этот вопрос занимал почти все мысли альфы, он даже не в состоянии был работать последующие три дня, и секретарь почти все делал за него, лишь подавал бумаги для росписи.       — Может, вам стоит сходить на свидание? — предложил бета уже в конце третьего рабочего дня.       — На свидание? — растерялся Джеймс. Они были в главном офисе, мужчина просто сидел за столом и пялился в одну точку. Секретарь же стоял у своего стола и перебирал какие-то документы.       — Именно. Пригласите его, вам необходимо больше времени проводить вместе.       — И куда же мне вести парня восемнадцати лет? — окончательно растерявшись, спросил Джеймс. Он понимал, что идея хорошая, но не знал, что именно нужно делать.       — Главное, пригласите его, — подмигнул бета, — остальное я устрою.

***

      Ники стоял у шкафа, собираясь одеться перед сном после душа, когда в дверь комнаты постучали.       — Да! — крикнул он, беря первое попавшееся белье, футболку и шорты.       Обернувшись к двери спустя пару мгновений, выронил вещи из рук. На пороге стоял Джеймс, двумя руками опираясь на трость, и зачарованно смотрел на супруга.       Стоило только взгляду мужчины коснуться обнаженной спины омеги, как все мысли тут же стали об одном. Воспоминания о мягкости и шелковистости юного тела тут же всплыли, и желание вновь прикоснуться к нему Джеймс едва мог контролировать. А уж когда Ники обернулся, открывая взору альфы обнаженную грудь, у Джеймса дыхание перехватило. Порозовевшая после ванны кожа манила, вьющиеся мокрые волосы слишком соблазнительно облепили тонкую шею. В голове словно помутнело.       И стоило только взглядам дяди и племянника встретиться, как весь мир перестал существовать. Джеймс все сильнее возбуждался, его аромат усилился, и Ники почувствовал это всеми фибрами души, сознание его поплыло.       Трость упала, а альфа шагнул к омеге.       Ники, так же завороженный, не в силах был разорвать зрительный контакт. И когда мужчина, приблизившись, обнял его, тихо охнул, остро ощутив, как вспыхивает в нем жар.       — Ники, — прошептал Джеймс, поднимая лицо юноши и впиваясь в его губы жадным поцелуем. Ники смог лишь поднять руки и впиться пальцами в рукава рубашки мужчины. Глаза сами собой закрылись, губы с удовольствием поддались натиску альфы, впуская его язык в свой рот.       — Мм, — простонал Ники, уже не понимая, где он и кто он, главное, что рядом его альфа.       Джеймс, не в силах более ждать, подтолкнул омегу к постели, не разрывая поцелуя и лаская его тело руками. Уперевшись ногами в край постели, Ники упал на нее, альфа — сверху, на миг разорвав поцелуй. Прижавшись всем телом к юноше, мужчина снова завладел его губами, целуя страстно. Ногой раздвинул его колени и улегся между ними, чувствуя, что плоть Ники уже полна желания.       — Ники, — снова произнес Джеймс имя возлюбленного, губами скользнув по шее, с утробным полурыком впившись в тонкую кожу губами. Омега выгнулся, прижавшись к груди альфы своей грудью. Руки жили своей жизнью, обнимая мужчину, пальцами зарывшись в его густых волосах.       — Дядя... — выдохнул Ники, с трепетом ожидая, когда пальцы мужчины проникнут в него. А они уже нежно ласкали внутреннюю сторону его бедра. — Скорее...       Все повторилось почти в точности как в первую их близость. Только сегодня пара остановилась на одном разе. Омега изнуренный лежал посреди постели, свернувшись в позе эмбриона. Обняв себя за плечи, Ники влажными после страсти и удовлетворения глазами смотрел в противоположную от постели стену, неосознанно разглядывая узор на обоях. Джеймс полураздетый сидел на краю постели и курил. Чтобы не повторять ошибок прошлого раза, он молчал, не желая, чтобы омега снова накричал на него и выгнал. Но сказать что-то было необходимо. Как только ушло наваждение, навеянное желанием, альфа вспомнил, зачем собственно пришел он к Ники.       — Ники, — позвал он тихо, омега при звуке его голоса едва заметно вздрогнул. — Я собирался предложить тебе сходить на свидание в эти выходные, прежде чем... — договаривать мужчина не стал, полагая, что как только он упомянет о близости, парень снова взбунтуется.       — Ладно, — тихо отозвался Ники, не оборачиваясь к дяде и не шевелясь вообще.       Ответ парня немного порадовал, и Джеймс с надеждой спросил:       — Могу я остаться сегодня с тобой? — Он понимал, что стоит быть более осторожным и терпеливым с Ники. Сегодня он не ругался, и это уже было маленькой победой. Хотя Джеймс не взялся бы сказать, что именно сейчас было в голове молодого человека.       — Лучше не надо, — так же тихо ответил Ники и натянул одеяло на себя, стремясь скрыться от альфы. Он все еще не мог принять того, что они истинная пара, тело страстно желало этого человека, сердце пока что поддерживало нейтралитет, а вот разум кричал о том, что их близость, какой бы она ни была, ненормальна.       Джеймс вздохнул, испытав огорчение, он хотел бы остаться. По возможности сдержал бы себя, свою похоть.       Поднявшись, мужчина поправил штаны и, обогнув постель, склонился над Ники, который закрылся одеялом с головой.       — Я хочу поцеловать тебя и пожелать спокойной ночи, — проговорил он, беря край одеяла и оттягивая его с головы парня.       Ники спорить не стал, но все же поджал губы. Видя это, мужчина снова вздохнул и лишь потрепал юношу по волосам.       — Подумай, куда бы хотел сходить в воскресенье, — сказал он и выпрямился. — Спокойной ночи!       Ники не ответил, и Джеймс покинул его комнату.