И опять никто не должен знать...

- Конечно, милая. Я очень постараюсь. Прости, работа. - Александр Юрьевич Петров глубоко вздохнул и отложил телефон, возвращаясь к работе после короткого перерыва. Действительно, предстояло постараться. И ему, координирующему сложную боевую операцию, и группе "Смерч", непосредственно её выполняющую. Работа! Работа, а дома ждёт молодая жена, которая хоть и знает прекрасно, что штабному офицеру живётся легче и проще, чем боевому, но всё равно волнуется. Они познакомились довольно-таки романтично, даже почти классически, во всяком случае для ситуации - девушку крупно подставили под экономическое преступление. И сделал это родной отец, Петров изначально стал копать глубже вовсе не из симпатии к подследственной, а просто потому, что его взбесили две самодовольные рожи: начальника военного НТО, продававшего стратегические разработки налево и бизнесмена, обеспечивавшего его клиентами. У сотрудников военной прокуратуры был свой кодекс чести, в той ситуации копать глубже означало навлечь крупные неприятности на себя, а не копать - на страну. Петров выбрал первое, несмотря на "штабную" карьеру офицер мало чего боялся. Он же взялся уговорить Василису дать показания. Это было очень непросто, родной отец настолько девушку затиранил, что она искренне считала для себя лучшим выходом именно камеру, убеждённая в собственной никчёмности, ненужности, ущербности. Следствие шло очень долго, Александр Юрьевич постоянно вёл с Василисой долгие разговоры, даже добился приглашения психотерапевта, с помощью которого и смог составить себе цельную картинку. Это действительно вышло мерзко, отец не брезговал ничем, от "подкладывания" родной дочки под конкурентов и партнёров, до шантажа и кражи документов. Не убить эту сволочь при задержании вышло только потому, что патроны Петров предусмотрительно оставил дома. Василиса не ушла даже после суда, задержалась поблагодарить следователя, а потом неловкий разговор сам о себе перерос в сбивчивую исповедь, девушке давно надо было выплакаться. Она прекрасно всё понимала, даже почти смогла один раз вырваться, встретив по-настоящему хорошего и стойкого парня, но даже эти отношения сохранить не удалось. Петров тогда хмыкнул, услышав от девушки слово "Тайфун", название легендарного в армейских кругах, непобедимого спецотряда. Надо же, даже у легендарных офицеров есть свои проколы и поражения. Случается. После скандального уголовного дела потрепанная отцовская империя отошла именно Василисе, девушка вцепилась в неё как крыса в сыр, стараясь заглушить собственную боль и справилась. Восстановила доброе имя, увеличила объёмы грузовых и пассажирских перевозок. На это потребовалось больше года, встречи становились всё более редкими и мысленно Петров успел попрощаться со своим чудом, но Василиса пришла к нему домой и просто, спокойно опустилась на ковёр, прижав голову к его коленям. - Я знаю, как это случается. Знаю... Слухи, сплетни, стереотипы. "Солдат не пара императрице". Знаю и не хочу. Ты мне нужен, нужен больше, чем кто-либо ещё. Но ты справишься? - Не я. Мы. *** Сидеть дома было невыносимо, Василиса всё же решила подъехать к КТЦ, хотя думала, что никогда не наберётся смелости. Она ведь знала, кого там может встретить, муж всегда очень подробно рассказывал про свои рабочие дни, упоминая знакомые фамилии и позывные. Петров ещё не освободился, но всё же встретил жену на КПП, постоянно беспокоился из-за её беременности. И привёл именно в ИВЦ, удивлённо покосившись на напрягшуюся Кошкину. Группа вернулась благополучно, оставалось только написать отчеты и закончить с документами, а Маргарита Степановна обычно реагировала на всё спокойней. А тут... Почти паническим стало на мгновение выражение её лица, когда снося всё на своём пути в прозрачную дверь влетел Ионов. Впрочем, Петров тоже напрягся, Кот едва не снёс девушку, а при беременности падения противопоказаны. - Ой! - Простите, девушка... Вася? Ух ты! А что ты здесь делаешь? - Я к мужу пришла. - Да? Представляешь, вот же случается. А я... - Ионов!! Условно-нежный голос лейтенанта Мурашовой услышал не только Василий, но и все сотрудники центра, а сам Кот побледнел и полез под стол, заставив Петрова сперва поджать ноги, а затем задвинуть стул, загораживая каплея. Василиса понаблюдала за этой сценкой и звонко расхохоталась, одновременно становясь так, что прикрыть предательски выглядывающие берцы. - Мда! И часто у вас так? Багира передвинула стул с собственным кителем и неопределённо махнула рукой: - Да вот! Случается.