И опять никто не должен знать...

"С гениями трудно, ищи себе попроще", всегда учила мама девушку Машу, гордо демонстрируя пришедшего со смены папу-сантехника. Нет, папа у Маши был замечательный, работал много и всё нёс в семью, но чего-то им с мамой не хватало. Пожалуй, взаимопонимания. Они говорили на разных языках и вовсе не пытались хотя бы понять друг друга, рассказывая изредка он про трубы, а она про картины. Потом папе надоело слушать про мазки, краккелюры и импрессионизм, и он ушёл к Маше из паспортного стола. А мать стала искать другого. И снова "попроще". Сама Маша на тот момент уже работала, причём не где-нибудь, а в Контр-террористическом центре, причем в ИВЦ, то есть, отделе электронной координации операций. С её косвенным участием проходили сложнейшие задержания, совсем рядом служили опытные офицеры и завидные мужчины, а Маша боялась лишний раз привлечь к себе внимание. Искала попроще. Так было до тех пор, пока в соседнем кресле не оказался вместо Александра Юрьевича Петрова молоденький Илья Зыков, он же Дакар. Маша не влюбилась, нет. Просто ей в какой-то момент стало жалко новичка, с явным трудом адаптирующегося к сложным местным условиям, вот она и стала потихоньку подсказывать. Нет, работать с техникой Дакар прекрасно умел и сам, вот в отношениях разбирался чуть хуже. Маша и старалась обьяснить, подсказать, а сама всё дожидалась, когда же именно новый сотрудник пополнит местную армию камикадзе, то есть число поклонников Мурашовой или Умановой. Первых постоянно обещал убить вспыльчивый Ионов, вторых и сама Уманова гоняла только так. Ждала-ждала, а дождалась только конфет, тайком подсунутых на рабочее место. Именно конфет, больших вафельных "Гулливеров", что было так по-детски забавно. И по-взрослому в точку. Маша терпеть не могла обычные шоколадки. Потом к конфетам прибавился ещё кофе, как-то сразу приносимый на двоих, а Маргарита Степановна стала посматривать на сотрудников странно, с довольной и доброй усмешкой. И Маша начинала понимать, что без Дакара уже не то, в очень редкие выходы программиста в поля у нее начиналась реальная паника, хотя работа от этого становилась только эффективней. Но это всё равно было табу. Он гений, Маше в жизни не дорасти до такого уровня профессионализма. Он гений, а с гениями трудно. А мама, так и не нашедшая замену папе, всё чаще звонила, говорила о семье, о детях и внуках. Очередной "вариант попроще" бросил девушку на свидании в клубе, бросил очень хамски, самоутверждаясь за её счёт. И ушёл, правда ровно до столика, стоящего в углу, почти у выхода. Там сидело трое парней с ноутбуком, Маша даже не обратила на них внимания, а теперь один просто встал и зарядил её обидчику по морде. Может, по сравнению с Котом и Физиком Дакар был не боец, но этому вполне хватило. - Маш, нашла из-за кого расстраиваться. Иди сюда, нам женский совет нужен. Они вовсе не играли в очередную стратегию, приятель Ильи готовился забрать из роддома жену с ребёнком, и искал варианты, как сделать это событие незабываемым. Маша просидела с ними до полуночи, запоздало сообразив, что "вариант попроще" всё это время обитал в её квартире и вряд ли сейчас оттуда убрался. Пришлось просить парней поискать ближайший хостел, а после её короткого пояснения Дакар просто забрал девушку ночевать к себе. Меньше всего в ИВЦ нужны были невыспавшиеся сотрудники. Он жил один, что весьма удивило Машу, уже создавшую в голове определённый образ "неприспособленного". И явно не знал, что его компьютерная гениальность не должна сочетаться с приготовлением голубцов. Маша подумала и решила, что просвещать парня не будет, ей очень нравится и такой вариант. Все постоянно говорили, что мужчина должен быть проще, что невозможно жить с гением, что домашнее хозяйство всегда будет свалено на женщину и прочее, прочее, прочее. Маша слушала, усмехалась и не рассказывала никому про конфеты на работе, пироги дома, совместные покупки и уборку. Люди могли считать что угодно, но лично ей было вполне комфортно жить со своим домашним гением.