Кукла

— Готова повторить? — сально усмехнулся мужчина, открывая дверь в мрачный подвал и впуская в него свет люстры. Он тут же закрыл за собой дверь и взглянул внутрь комнаты. Он клацнул выключателем, и комнату осветил тусклый свет старой лампочки, подвешенной под потолком. Девушка, лежащая на матрасе судорожно вздрогнула и инстинктивно попыталась отползти, но цепь, прикрепленная к поржавевшей батарее, откинула ее обратно. Она тяжело всхлипнула и осталась сидеть на своем месте, опустив взгляд к ногам. Девушка попыталась закрыть свою наготу, но безуспешно, сил ни на что не было. Она была вымотана как морально, так и физически. У нее не было возможности поднять взгляд на парня, ей было стыдно, хоть она и понимала, что ее вины в происходящем нет. Виноват только этот чертов психопат. — Ты грязная, — скривился он, — пошли-ка, сначала тебя помоем. — Пожалуйста, не надо, — испуганно пролепетала девушка, стараясь отодвинуться от надвигающегося мучителя. Не то что бы она не хотела принять душ, просто каждое прикосновение этого человека для нее ощущалось как новая волна колющей боли. Все ее попытки сбежать прерывала крепкая цепь, сковывающая одну кисть. — Куколка, ты же знаешь, что бывает, когда ты мне противоречишь, — спокойно вздохнул парень. — Поднимайся. — Я не могу, — обессиленно ответила кукла. — Я. Сказал. Поднимайся, — по словам произнес мучитель, крепко сжав зубы. Девушка подчинилась. Она попыталась встать, но ноги подкосились, и она ничком упала на матрас, тот скрипнул и, кажется, очередная пружинка вырвалась из потертой ткани и врезалась кукле в бедро. Она всхлипнула, слезы уже не лились, она была выжата как лимон. Мучитель не обратил внимания на ее вздохи и лишь ждал, пока кукла, наконец, встанет. Он притопывал носком своих туфель, скрестив руки на груди. Кукла, сжав кулаки, поднялась и выпрямилась перед ним как струнка, но глаза так и не поднимала. Мучитель подошел к ней и, отстегивая наручники, произнес: — Без шуток, только. Девушка безропотно кивнула. Пара прошла к ванной комнате в том же подвале. Парень открыл перед куклой дверь и затолкнул ее внутрь. Он без слов указал на ванну. Кукла подчинилась и села на бортик, прикасаясь теплыми ляжками к холодному чугуну. Мужчина опрокинул ее назад, заставляя ноги остаться на бортике, а голову, придерживая, положил вниз ванны. Он усмехнулся, глядя на то, как недавно стервозная, не прирученная, правильная леди, раздвигает свои стройные ножки после его единственного взмаха рукой. Она сломалась. Теперь она стала ручной сукой, которая едва ли не скулит. — Стив… — прохрипела кукла, приподняв голову, надеясь вымолить поблажек. Мучитель хлопнул ее по ляжке, без слов заставляя заткнуться. Она оторопела, но решила, что безопаснее будет промолчать. Кукла сжала ноги, будь ее воля, она сейчас же провалилась бы под землю или остановила бы себе дыхание. Стив недовольно покачал головой и, подойдя к ней, раздвинул ноги и встал меж них. Протянувшись к тумбочке, он взял мочалку и, намылив ее и включив воду, прикоснулся к ее животу прохладной мочалкой. От прикосновения кукла снова вздрогнула и, попытавшись отодвинуться, ударилась о чугунное дно головой. Стив не принял это во внимание и провел мочалкой ближе ко влагалищу девушки. Он почувствовал, что все ее тело дрожало. И от страха, и от возбуждения. Эта похотливая шлюха определенно желает почувствовать его. Несмотря на издевательства, она прониклась им и, черт подери, ей были нужны его прикосновения. Она боялась его. И хотела. Но вспоминала о животных инстинктах только тогда, когда он к этому шел, во все остальное время она старалась сбежать, подавить желание и размышлять здраво, насколько это возможно в подобных условиях. Стив отложил мочалку и начал растирать мыло по животу куклы. Он провел ладонью к заветному и давно уже не девственному месту и, слегка замахнувшись, шлепнул по клитору. Девушка всхлипнула и попыталась сжать колени, но ей помешал парень, который стоял между ее бедер. На лице Стива появилась зловещая ухмылка. Он провел ладонью к ее узкому отверстию и засунул два мыльных пальца в узкое лоно своей игрушки. Она встрепенулась, выгнула спину, стараясь отодвинуться подальше, но тесные стены ванны не позволяли ей этого сделать. Стив оглядел комнату в поисках чего-то продолговатого, но вскоре понял, что это не так интересно. Он снова вернулся к телу девушки. Следом за первым, засунул и второй палец, а когда она решила начинать стонать от удовольствия, заткнул рот мочалкой. Было неприятно слышать ее писклявый голос. Она извивалась под его умелыми пальцами, будто уж на сковородке, надеясь на разрядку. Даже в таких условиях она хотела бурного и ощутимого оргазма. Однако, у Стива были другие планы. Когда она опомнилась, кукла попыталась отползти от мучителя, поднимаясь на локти. Он увидел в ней желание сражаться, бороться за свою уже потрепанную гордость, и, черт подери, как же его это возбуждало. Ему хотелось ее заново сломать, заново заставить ее умолять, чтобы он присунул ей во всю длину. Он вдруг почувствовал острую необходимость в удовлетворении своих животных желаний, и плевать, чего хочется кукле. Она всего лишь марионетка, которая благодаря эволюции научилась разговаривать. Или новым технологиям. Больше всего его радовало в этих отношениях, что он не зависит от этой дамочки. Она лишь одна из многих, которые думали, что не сломаются. Были уверены в том, что они единственные. Именно так он и заманивал девушек, которые уже не выходили из этого дома. Стив протянул руки к девушке и, схватив ее за предплечья, поднял к себе и подтолкнул ее к двери. В ее голове вдруг зародилась идея: бежать, нестись отсюда, что есть сил. Почему-то, ей это показалось хорошей идеей. Кукла, собрав последние силы в кулак, рванула вперед, надеясь, что выбравшись из подвала у нее получится сбежать на улицу и найти того, кто ей поможет. Однако, дверь, ведущая в дом, оказалась запертой. Она столкнулась с ней и, оттолкнувшись от двери, отошла на пару шагов назад. — Кукла, а ты на что рассчитывала? — вздернул бровь Стив. — А теперь, иди-ка сюда. Девушка сглотнула. Она знала, что за ее попытку сбежать обязательно последует наказание. Он всегда так делал. Какое? Ей даже представить страшно, что придумает этот человек. Однако, в его мыслях не было никакого наказания. Ему не хотелось. Сейчас все, что было нужно — тесное лоно молоденькой девочки, которая каждый раз содрогается от его прикосновений. За неделю она не привыкла к этому. Да и кто бы смог привыкнуть к такому издевательству? Разве что законченные мазохистки. Хотела секса - да, прикосновений маньяка — разумеется, нет. — Ложись, — приказным тоном произнес Стив, показывая на затертый матрас. Кукла покорно прошла к ее лежбищу и, не поднимая глаз на мучителя, села на матрас и прижала к себе колени, обнимая ноги и опуская на них голову. Она сжалась вся изнутри, содрогаясь от своих же ударов сердца. Стив уже приближался, на ходу расстегивая ширинку джинс. На его губах был почти звериный оскал. Подойдя к кукле, он недовольно взглянул на нее: — Я сказал, ложись, — прорычал мужчина. Она, наконец, осмелилась поднять взгляд. Заглянув в его глаза, она увидела самый настоящий лед и абсолютное безразличие. Кажется, все это для него было ежедневной рутиной, как будто ему платят за то, что он издевается над бедными девушками, которые сглупили и все-таки поддались под напускное и обманчивое обаяние этого голубоглазого брюнета. Стив подошел к ней, небрежно толкнул ее в плечо, чтобы она откинулась на спину. Он резко развел ее ноги в стороны и вошел в нее одним толчком во всю длину. Она всхлипнула, захотев положить руки на тело Стива, но вспомнила, что бывает, когда кукла прикасается к хозяину — он наказывает ее до выламывания рук, до хруста костей во всем позвоночнике. Чтобы сдержаться, девушка раскинула руки в стороны и проскрежетала по холодному каменному полу, ломая ногти, срывая кожу с подушечек пальцев. Боль от вторжения и от раны слились в одно, размешались в ней, создалось мерзкое ощущение от стыда и от прикосновения к грязному полу. Она закинула голову назад, закрыв глаза, надеясь, что если она плотнее сожмет глаза, то все исчезнет. Это все окажется страшным, самым омерзительным сном. Но ничего подобного. Вокруг суровая реальность и только. Стив набирал ритм, вдалбливаясь в хрупкое тело девушки с большой скоростью. Он придерживал ее бедра сильными руками, заставляя ее подстраиваться под него, приподнимая ее талию навстречу его движениям. Кукла была не в силах двигаться, она лежала бревном на матрасе, выдавливая последнюю влагу из своих глаз. Поначалу у нее получалось противостоять ему, она вырывалась, старалась причинить ему боль, выбивать себе свободу, но со временем она поняла, что проще для нее просто ничего не делать и ждать, пока все закончится. Мучителю это надоело. Ему стало неинтересно ломать того, кого уже можно было собирать по кусочкам. Он скорчился, не получив разрядки, и, выйдя из куклы, сел поверх нее, разглядывая ее лицо. Симпатичная - да, тело — тоже неплохое, но сломленная. Кому нужны поломанные игрушки? Он вздохнул. Мусор придется выкидывать. Стив смотрел в лицо девушки, в глазах которой читалось и желание жить, и мольба о смерти. И одно ее желание он решил выполнить. Наклонившись к ней, он сжал шею куклы сильными руками. Девушка начала выбиваться из последних сил. Естественные инстинкты начали работать на пределе, она колотила руками по спине, плечам, груди парня, надеясь, что он отступит, но в его глазах была по прежнему — холодная сталь. Он душил ее, глядя на нее как на куклу. Она хоть и понимала, что для него была очередным развлечением, но ей хотелось верить в то, что, может, для него она хоть немного важнее, чем все остальные. Кукла в последние секунды думала о родных, о тех, кого оставила не по своей воле. Когда она начинала вспоминать все хорошее, что произошло с ней за ее недолгую жизнь, она почувствовала, как сознание вылетало из ее головы, душа покидала ее тело, легким не хватало воздуха, сердце билось все медленнее, главному органу в ее теле тоже не хватало кислорода. Наконец, когда душегуб смог завершить задуманное, Стив пододвинул стул, стоящий неподалеку к себе, и, натянув приспущенные джинсы, сел на него. Он достал из кармана пачку с последней сигаретой и расслабился, делая первую за день затяжку. Дым выпаривал все мысли из головы. О чем он думал? О том, где он найдет новую игрушку. — Надоела, — затушив сигарету о шею куклы, сказал он, выдыхая дым.