Спустя столько времени.

- Бери Генри и уходи, Регина. Сейчас же, - отчаянно прошептала блондинка. Прекрасные и остальные стояли на приличном расстоянии от нас, давая поговорить. Я смотрела в серо-зелёные глаза напротив, желая забрать хотя бы треть той боли, разрывающей Свон на части. - Я не могу... - Можешь, Регина. Пожалуйста, уйди, ради меня, - по бледным щекам скатились две слезинки. Я не выдержала этого. Подавшись вперёд, уткнулась носом в золотистые волосы, крепко обнимая её, чувствуя, как она дрожит и беззвучно плачет, цепляясь за меня руками. Так сильно, как её, я никого не любила. Эмма была для меня всей жизнью, я была готова пожертвовать всем ради её улыбки и стереть в порошок любого, кто посмеет её обидеть. Единственной заковыкой была её любовь к Крюку. Моё сердце ныло и пульсировало, когда я наблюдала за ней, когда она проткнула Киллиана мечом, когда в её глазах я увидела опустошённость и горечь. Мне самой было настолько больно, настолько одиноко, что хотелось сброситься с обрыва, хотя суицидальными наклонностями я не отличалась. И вот теперь, когда Эмма плакала, сжав мои плечи ладонями, я изо всех сил старалась сдержать свои непролитые слёзы, пытаясь успокоить разбитое вдребезги сердце. - Я люблю тебя...Регина. Я подавилась своими, приготовленными для успокаивания, словами, тщетно напрягая слух. Мне послышалось, мне, чёрт возьми, послышалось, мать твою за ногу, Свон, повтори, не своди меня с ума молчанием! - Я люблю тебя, чёртова Регина Миллс. Ты нужна мне, - повторила она, отстранившись. Я смотрела на неё и не верила, желая, чтобы этот сон прошёл и не мучил меня, но я не спала. Когда дар речи вернулся ко мне, Свон накрыла мои губы своими, положив правую руку мне на затылок, а левую - на талию. Боже, почему именно сейчас, Эмма?!? Я отвечала, краем сознания осознавая, что что-то мокрое течёт у меня по щекам, отвечала, наплевав на приличия и сжимая чужие плечи в попытке не потерять связь с реальностью, отвечала, чувствуя вкус губ Эммы Свон. - Эмма, что ты творишь?! - донёсся до меня возмущённый голос Робина, но я не слышала его, я слышала только частое, неровное дыхание Эммы. Минут пять мы стояли и целовались, словно влюблённые подростки. Я отвлеклась на скромное покашливание рядом. - Лодка отбывает через полчаса, если хотим успеть, надо идти сейчас. Эмма? - тихо говорила Белоснежка, обеспокоенно смотря на дочь. - Да. Идите, мы вас догоним, - мягко произнесла Свон, потом, дождавшись, когда Бланшар повернётся спиной, широко улыбнулась, подняв глаза к алому небу. Мда, Эмма, нашла место для признания в любви. - Зато ты навсегда это запомнишь, - усмехнулась блондинка. - Признайся, ты заключила с Голдом сделку и читаешь мои мысли? - изо всех сил сохраняя серьезность на лице, спросила я. - Я тебя насквозь вижу, Регина. Мне не нужно читать мысли, чтобы любить тебя, - она ещё раз поцеловала меня, игриво взъерошив мне волосы. Красные, припухшие глаза светились нежностью, где-то в их глубине я видела то, что она чувствует себя виноватой, но Эмма была из тех людей, что стараются забыть и отпустить. - Не хочешь ничего объяснить? - я вздрогнула, когда меня резко развернули кругом. Вместо счастливой моськи Спасительницы я увидела небритое лицо Робина. - Извини, что дала тебе ложную надежду, но я... - Она владеет магией, заколдовала тебя, да как ты смеешь, изменщица! - завопил Гуд и его кулак в мгновение ока вдарил по моей челюсти. Сморщившись от неприятной, колющей вспышки боли, я сплюнула кровь, ощущая, как по подбородку стекает кровь. К нам уже бежал Дэвид, но не успел он и на метр приблизиться, как на разбойника фурией налетела Эмма, матерясь и разукрашивая ему не только лицо. - Я убью тебя, сука, убью, только тронь её ещё раз, уебок, понял, ты, кусок драконьего дерьма, пиздуй отсюда нахер! - с трудом Генри и Дэвид оттащили ослепшую от ярости Свон от хныкающего Гуда, пока я приходила в себя. Не очень меня удивила Снежка, подошедшая ко мне узнать моё самочувствие. - Пустите меня, я ему яйца вырву и заставлю сожрать! - всё никак не успокаивалась Эмма. От боли я не могла нормально соображать, но краем сознания понимала, что Свон кинулась на него из-за того, что он меня ударил. Да как он посмел?! Только злость начала разрастаться, так вместе с ней сразу же пришли головокружение и головная боль. - Дэйв, помоги ему, Эмма, иди сюда! - взяв ситуацию под контроль, Белоснежка отвлекла внимание дочери на меня, чтобы позволить Дэвиду поговорить с разбойником. - Регина, посмотри мне в глаза, - услышала я непривычно для меня нежный, тихий голос Эммы. Собрав волю в кулак, я сфокусировала взгляд на зелёных глазах Свон и тут же почувствовала себя лучше. Может быть это были галлюцинации, может, это было правдой, но я каждой клеточной своего естества ощущала, как из зелёной окантовки зрачка Эммы струится тёплая энергия, заполняя мои мысли, душу, меня всю...

***

Головокружение исчезло так же быстро, как и появилось. Головная боль притупилась, уходя на второй план. Тряхнув головой и поморгав, я нашла себя лежащей на постели в своей же комнате, что было по меньшей мере странно, по большей - невозможно. Повернувшись направо, я чуть не вскрикнула, нос к носу уперевшись в Спасительницу, мирно спящую в моей кровати, чёрт её дери! - Эмма? Блондинка распахнула глаза, вздрогнув. Сонный и ничего не понимающий взгляд сменился на изумление, когда она поняла, где находится. Дёрнувшись назад, Свон с визгом упала с кровати, вызывая у меня взрыв хохота. Не знаю, каким образом мы оказались здесь, но мне определённо нравилось это утро...