Первый контакт

Существует две вероятности: либо мы во вселенной одни, либо нет.

И обе одинаково пугают.

© Артур Кларк

      28 февраля 2015 года. Москва. Поздний вечер. Обычная жилая многоэтажка, повторяющая другие с точностью запланированного проектирования. Шестой этаж. Тихие потрескивания одинокой лампочки, разгоняющей подступающую темноту, прерываемые кратковременными сбоями отслужившей проволоки в стекле. Снова треск, и лестничная площадка утопает, скрываясь в безразличной темноте. Секунда, и свет с лёгкостью возвращает утерянные позиции. Далеко не первый раз за этот вечер.       В какой-то момент к их противостоянию присоединился лифт. Двери со скрипом расползались в стороны, добавляя в устоявшийся баланс новые силы блеклого света, выпуская наружу местного жителя. Слегка покачиваясь, придерживаясь рукой за стены, оттуда вывалился мужчина в рассвете сил. Потёртая куртка с редкими прожжёнными точками от сигарет, заношенные спортивные штаны, старые кеды с оторванным лейблом фирмы. Чёрные прямые волосы с лёгкой проседью, густая борода, скрывающая горло от возможных морозов, и лицо уставшего человека. Привычная картина жителя квартиры номер 72. Только некому оценивать её привычность — соседи либо все ещё на работе, либо уже вернулись, отдыхая в семейном кругу.       Мужчина, не торопясь, приблизился к заветной двери и, достав ключи, принялся ковыряться в замке. Завывающий скрип закрываемых створ лифта знаменовал очередное погружение во мрак: лампочка снова треснула и не торопилась вставать в строй. Чертыхнувшись, он продолжил открывать дверь, привалившись к ней. Четвёртый щелчок, и первый замок более не препятствует возвращению хозяина домой. Мужчина принялся водить ключом по двери, пытаясь попасть во второго сторожа его дома. Когда он нащупал нужное, попытался вставить ключ, но не удержал его подрагивающими пальцами, уронив пропускную связку на пол, бренчание которой резко пробежалось по всему подъезду. Чертыхнувшись ещё раз, мужчина стал осторожно спускаться на негнущихся ногах, шаря рукой по поверхности. Через минуту ему это надоело, и он, отстранившись от двери, возобновил поиски с помощью обеих рук.       Громко хлопнула входная металлическая дверь в подъезд, пропуская, судя по голосам, сразу несколько людей, напугав мужчину, на мгновенье потерявшего равновесие и впоследствии растянувшегося по полу. В этот момент лампочка, мигнув, снова озарила весь этаж своим вниманием. Мужчина, увидев свои ключи прямо перед лицом, грязно выругался, схватил связку, открыл, наконец, дверь и запер её с другой стороны на засов. Взглянув на пустой и тёмный коридор, он нажал на выключатель, однако свет не зажегся. Устало вздохнув, он побрёл в ванную.       Через 40 минут.       Сидя в зале на своём любимом и удобном кресле, нередко заменяющим кровать, держа в руках охлаждённое пиво в банке, медленно отпиваемое небольшими глотками, он только сейчас смог расслабиться. Отхлебнув ещё пива, свободной рукой нашёл пульт и включил телевизор, утопая в кресле, отдыхая от трудного рабочего дня. Прикрыв глаза, под бубнёж диктора, рассказывающего новости, сидел и вспоминал по старой привычке всё, что с ним произошло. Начальник, снова прицепившийся по какому-то пустяку, из-за чего целый день пришлось бегать не по своему делу, звонок бывшей жены, как обычно, требующей деньги по придуманной причине, из-за которой ему стоит так и поступить. Автобус, прибывший на час позже, чем по расписанию. И, в конце концов, неудачное стечение обстоятельств перед дверью. И нет никакой уверенности в том, что жизнь наладится, а завтра станет лучше. Мысленно погоревав об этом, его внимание переключилось на рассказываемые новости.       «Бла-бла, загнивающий запад, в России всё хорошо, даже неинтересно слушать», — вздохнул он.       — Подождите, — прервался ведущий, после чего резко заговорил, не в силах скрыть волнение: — К нам поступают невероятные сведения! В Москве на Красной площади только что приземлился неизвестный объект! Вполне возможно, что неземного происхождения! Наш корреспондент оказался поблизости и сейчас будет вести прямой репортаж с места событий. Максим, мы слушаем вас, — передал он слово.       Картинка сменилась, открывая вид на оговорённую площадь, на первом плане стоял молодой парень, приложивший палец к уху и к чему-то прислушивающийся, на заднем фоне столпилась толпа народа в форме круга, оттуда просматривалось зелёное сияние. Парень кивнул пару раз и, сконцентрировавшись взглядом в камеру, принялся вести репортаж.       — С Вами я, Максим Ложкин, и сейчас мы находимся на Красной площади, где буквально только что на наших глазах приземлился непонятный объект. Пока что неясно, что это такое, и опасно ли оно, однако оно светится зелёным умиротворяющим светом, а с очевидцами не случилось ничего плохого. Объект падал очень быстро, но у самой земли притормозил, пока не упал там, где находится в данный момент, — слегка задыхаясь от важности события, говорил он, вместе с оператором подходя к источнику света, пока их не пропустили расступившиеся люди, увидевшие камеру.       — Такое поведение объекта перед падением определённо не просто так, похоже, мы столкнулись с технологиями пришельцев.       Ведущий, успевший вернуть самообладание, усмехнулся и сказал:       — Давайте не будем строить таких предположений, вполне возможно, что это спутник, который… который… — повторился он, когда увидел сам объект.       — Это невероятно, не видел ничего подобного, — восхищённо поделился корреспондент.       Камера сначала стала дёргаться, когда они вышли в первые ряды, но оператор, будучи профессионалом, приглушил чувства, обуревавшие его, выведя на первый план только одно — столь важное событие, которое не должно быть показано дрожащей камерой. Здесь и его гордость, и его положение и репутация с напарником, а также и самой телевизионной компании.       В центре живого круга на разбитом и покрошенном асфальте цельным монолитом стояла чуть ниже человеческого роста цилиндрическая конструкция, поверхность которой была серого цвета и похожа на металл. Четыре выпирающие части находились по краям, сильно смахивая на ножки, точки опоры. Плавные изгибы, на стыке которых в некоторых местах вырывался тот самый зелёный свет, можно было назвать изящными в какой-то мере.       — Мы видим большое сходство с нашими ракетами для полётов, возможно, в ней к нам прилетела инопланетная форма жизни! — предположил Максим. — Верхушка отсутствует, возможно, именно там располагался механизм торможения. Погодите, что это?       Свечение усилилось, объект, клацнув, изменил форму, открыв перегородки с четырёх сторон, обнажив с каждой шесть штук по три пары в ряд с широкими трубками, направленными чуть в стороны.       — Это смахивает на те штуки в самолётах, откуда воздух можно включать, — задумчиво сказал репортёр.       Часть людей, услышавших его, присмотрелись и, проведя аналогию, тревожно сделали пару шагов назад.       Засияв ярче прежнего, объект чуть зажужжал, после чего из трубок во все стороны дыхнул зеленоватый газ, мгновенно накрыв большую часть присутствующих, разрастаясь в размерах. В тот же момент началась паника, камера упала, объектив треснул, но продолжал делиться изображением со звуком. Крики напуганных людей, крики тех, кто надышался странным газом, их ужасающие последние шумные и хриплые вдохи и выдохи, сопровождаемые болью и слезами. Попав на кого-то, газ твердел, частично обволакивая жертву, забиваясь в горло и нос, обжигая и оставляя наедине со скорым концом.       В студии воцарилась поражённая тишина. Опомнившиеся сотрудники попытались переключить прямую трансляцию обратно на ведущего, но добились только смены изображения, звук продолжал транслироваться в отличном качестве.       — Мы… — начал ведущий, но чей-то последний хрип уходящей человеческой жизни прервал его, оставляя на фоне лишь топот и крики убегающих людей. Он совсем побелел, руки его непроизвольно дёргались, а губы дрожали. Подступивший ком в горле перерос в нечто, что не принято показывать. Ведущего стошнило, и новости резко прекратились, сменившись синим экраном и белой надписью «Пожалуйста, оставайтесь на линии».       Допив банку, мужчина, думавший, что уже всё неважно и ничего его не удивит, сидел в прострации, силясь переварить увиденное.       — Это не розыгрыш, не стали бы наши так шутить, — перешёл он на голосовое общение с самим собой, взлохматив волосы и с силой сжав пустую банку.       Вдруг его комната стала медленно зеленеть, мужчина быстро вычислил источник и подошёл к окну. С неба падали несколько светящихся зелёным ракет. «Нет, не ракет, а той штуки, что сработала на площади», — думал он, растерянно переводя глаза с одной на другую, пока не смог оторваться от одной, точно летящей в его дом. Несколько томительных секунд ожидания. Да, летит сюда. И, похоже, прямиком в его квартиру.       — Ну, этот день теперь официально мой худший день, — меланхолично решил он, наблюдая за приближением устройства, издалека похожего на тот на Красной.       — Ебись оно всё, — в сердцах сказал, махнув рукой, и исчез, сминаемый неизвестным аппаратом, разворотившим его квартиру, уничтожая большую её часть, попутно выпуская свой газ, пробивая своей тяжестью и нижние этажи.       Когда грохот стих, в тишине, прерываемой плачем разбуженного младенца снизу, вновь заработал телевизор, уцелевший при страшном ударе и даже не упавший. На экране передавали лишь несколько слов.       Пришельцы атакуют по всему миру.