A Mistake

Солдат встал у окна и окинул взглядом заснеженный двор, немного отодвинув застиранную занавеску. Машина все еще не появилась. Он устало прикрыл глаза, думая о том, с какой радостью поспал бы хоть полчаса — им с напарником выдалась действительно тяжелая ночь: Джефф так и не пришел в себя после нее. Он раскинулся на голом матрасе, беспокойно вздрагивая во сне и тяжело дыша. И хотя Солдат сделал все, что мог, чтобы помочь ему, он не был уверен, что парень доживет до следующего утра. Их должны были забрать вчера, сразу по окончании миссии, и Солдат не знал, что пошло не так, — все было рассчитано до мельчайших деталей. У них на руках был распорядок дня объекта, время встреч, расписание смен охраны, и они выполнили все инструкции. Но, несмотря на предосторожности, попали под обстрел. Джеффу продырявили плечо и ногу — у него был поврежден только протез. Солдат едва заметно дернулся: он еле успел вскинуть руку, чтобы прикрыть от пули голову. Напарник зашевелился и неожиданно отчетливо прохрипел: «Пить». Солдат подошел к нему, приподнял его голову и поднес к губам пластиковую бутылку с водой. Джефф едва не захлебнулся, сделав жадный глоток, снова обмяк. Он не открывал глаз и был горячим, как печка. Солдат ничем больше не мог помочь. Он отошел и сел за стол, заваленный какими-то бумагами на чешском. В четвертый раз за сутки проверил их передатчики, но ни один не работал. Через несколько часов в квартире наконец раздалась пронзительная трель звонка. Двое агентов в штатском прошли внутрь, не обращая внимания на открывшего дверь Солдата; один метнулся к раскладушке, на которой лежал раненый, второй — к столу. — Потерпи, приятель. Скоро будем дома, — пробормотал осматривающий Джеффа парень. Затем повернулся к Солдату, — Помоги мне, его нужно отнести в машину. Осторожно подхватив напарника, тот оглянулся на второго агента и направился в коридор. Они медленно спускались по лестнице, когда из квартиры ниже выскочил мальчишка с мусорным пакетом в руках. Сначала скользнул по ним равнодушным взглядом и вдруг замер в восхищении. Затем громко воскликнул: — Wow! Mami, zde cyborg! Женский голос раздраженно откликнулся: — Nemluv nesmysly! Jit. Ребенок унесся вниз, несколько раз с любопытством обернувшись. Агент выругался и торопливо зашагал дальше. Они спустились во двор, где их ждала машина. С неба валил мокрый снег, а асфальт был покрыт толстой коркой льда. Солдат старался ступать как можно осторожней, чтобы не поскользнуться, что было непросто с его ношей. Агент распахнул перед ними двери грузовика с какой-то выдуманной эмблемой. Сгрузив Джеффа на длинное сидение сбоку, Солдат сел у противоположной стены. Агент остался рядом — придерживать бессознательное тело. Они дождались второго, и машина тронулась с места. Они выехали за пределы города, пронеслись по какой-то бугристой дороге, несколько раз свернув на неприметных съездах, после чего добрались до двухэтажного дома, выглядевшего заброшенным снаружи. В его подвале находилось оборудование и небольшая операционная, где дежурил немолодой врач со шрамом во все лицо и густой бородой. Он тут же занялся Джеффом, раздраженно бросив, что не станет ковыряться в железе. После короткого спора между агентами Солдата отпустили в комнату отдыха, где он уснул на продавленном диване и проспал без сновидений почти шесть часов. Тихое бормотание телевизора, который включил развалившийся в кресле парень, увлеченный передачей о животных, разбудило Солдата. Он машинально поднялся, вышел в уборную, принял холодный душ, чтобы взбодриться. После чего отправился на кухню. Там, за длинным столом, сидел агент, волновавшийся за Джеффа. Он был бледен и казался уставшим. — Будешь омлет? Кофе? — спросил он, протягивая тарелку и чашку из сушки за своей спиной. Солдат кивнул и взял посуду. Затем устроился напротив и начал есть. — Спасибо, что вытащил его. Агент оглянулся на дверь и вытащил из кармана сигареты. Несколько раз вхолостую крутанув колесико зажигалки, он наконец зажег одну и глубоко затянулся. — Я говорил ему не ввязываться в это. Упрашивал взять перерыв, побыть с женой. У них только что родилась дочка. Но он упертый. Все ждал повышения. Дождался, блин. Стряхнув пепел на свою тарелку, агент поднялся и открыл окно. — Тебе запретили разговаривать с нами? Или ты просто молчун? — Второе. Агент пристально взглянул на него, а затем рассмеялся. — Ладно. Отдыхай. *** Через два дня Джефф окончательно пришел в себя. Агент возил его по дому на инвалидной коляске и много трепался. Солдат провел почти все свободное время в тренажерном зале. Его не трогали и даже не спрашивали о миссии, не приказывали написать отчет, как обычно. Когда Джефф восстановился достаточно для того, чтобы отправиться в дорогу, их доставили в аэропорт. Они улетели частным самолетом. С кухни лился теплый свет и доносилось мягкое шуршание карандаша по бумаге. Все в квартире пропахло красками за последние месяцы, был близок день сдачи работ. Аккуратно подписанные разноцветные баночки и палитры с пояснениями к каждому цвету занимали обеденный стол, из-за чего Барнсу и Роджерсу приходилось есть на диване, держа тарелки навесу. Стиву так часто была нужна его помощь, что Баки пришлось практически поселиться у него. — Собираешься спать сегодня? Или будешь и дальше вставлять под веки спички по утрам? — Я лягу, Бак, — голос Стива был измотанным, но упрямым. — Ладно, герой. Барнс отвернулся к стене, чтобы не мешал свет, уютно устроив руку под подушкой, и вдруг услышал за спиной грохот. Развернувшись, он взвился на ноги и удивленно распахнул глаза. Все было в дыму. Земля под ногами горела. Его форма была порвана, а ствол автомата в руках раскалился. Он едва не трясся от ужаса. Кто-то вдалеке окликнул его, и Барнс сорвался с места. Он бежал и бежал. Вдруг прямо перед ним из грязно-серых клубов вышел окутанный тусклым голубым светом солдат. — Это последний на сегодня эксперимент, — проскрипел он, внезапно оказавшись меньше и старше, чем был, — Наш успех прославит имя доктора Золы, сержант. Раздался визгливый смех , и Солдат проснулся. Его мелко потряхивало. Самолет шел на посадку. И паренек-стюард, который пришел убрать пустой стакан со столика перед Солдатом, остолбенело замер. — У вас все в порядке, сэр?  — Да. Из аэропорта их забрали на микроавтобусе. Солдат втащил туда коляску Джеффа и сам сел в углу. Он уперся взглядом в протез, рассматривая сегменты, составляющие ладонь. Он не мог понять, что видел во сне. Не мог понять, кем себя чувствовал, и кем он был на самом деле, но все это заставляло его быть напряженным. Те люди из сна казались ему по-разному знакомыми, чьи-то имена он знал. Но сейчас уже не вспомнил бы их. Солдат залез во внутренний карман куртки и вытащил маленькую серебристую флэшку из него. Всю оставшуюся до базы дорогу он не выпускал ее из рук. Сразу по прибытии, его направили в комнату для обследований, и Джефф едва успел в очередной раз поблагодарить его. Там Солдата встретили с бланком для рапорта и диктофоном. Флэшку и папку, добытые на задании, изъяли. С него потребовали отчет об ошибках и их разбор. Затем его осмотрели врачи, механики. Протез пришлось чинить, и операция растянулась на два дня. Последним пришел психолог. Солдат знал, что ему следовало рассказать о сне, но он смолчал, привычно ответив на все вопросы: «Без изменений». Через несколько часов его обнулили и заморозили в криокамере. *** Баки отложил папку с материалами и опрокинул в себя остывший кофе. Стив дремал в кресле рядом, и он мягко поставил кружку на стол, вместо того, чтобы грохнуть ей как следует, как изначально намеревался. Вся миссия была проверкой для него. После того, как он облажался в прошлый раз. Чуть не сорвал операцию, вытаскивая двоих детей объекта из горящего автомобиля, где тот умирал. Это не было запланировано, и его следовало протестировать. По плану, о котором ни Солдат, ни Джефф ничего не знали, он должен был оставить напарника и доставить материалы как можно скорее. Однако он решил дожидаться на квартире, вместо того, чтобы выполнять задание. Это занесли в его личное дело. По другим записям, обнаруженным на базе ГИДРЫ, Баки узнал, что Джефф ушел со службы после того случая. Поднявшись из-за стола, Барнс запустил руки в карманы и направился к выходу из квартиры. Ему нужно было подышать свежим воздухом. В коридоре Баки остановился, уловив едва ощущаемый знакомый запах. Из кладовки пахло масляными красками.