Karasu

Старый обветшалый дом затаился в глубине огромного одичавшего сада. Прошло много лет с тех пор, как его порог переступали люди. Прежние хозяева умерли, а их дети не торопились возвращаться в родное гнездо, предпочтя когда-то уютному и просторному дому тесноту маленькой городской квартиры. Разросшиеся деревья и кустарники местами сплелись в непроходимую чащу, надежно скрыв дом от любопытных взглядов. Старожилы поговаривали, что в особняке наверняка обитают духи умерших хозяев, отпугивающие от этого места не только грабителей, но и обычных зевак. Особенно впечатлительные натуры убеждали всех, кто соглашался их выслушать, что рядом со старым домом с ними происходит нечто ужасное. У многих начинало болеть сердце, учащался пульс, их окутывали волны панического, беспричинного страха. Мало кто имел в себе достаточно сил, чтобы просто задержаться на минуту у изящной кованой ограды. И совсем никто не замечал, что заброшенный дом и сад облюбовали крупные черные вороны. Они слетались на рассвете, рассаживаясь на почтительном отдалении друг от друга. От внимательного взгляда не укрылось бы, что одному из воронов оказывали всяческое почтение. Чуть меньше уважения, но не меньше трепета у своих собратьев вызывали и его спутники. Их было четверо, и они окружали своего лидера, как самые верные телохранители. Но они тоже отличались. Среди них были и взрослые, умудренные опытом и утомленные своей бесконечной жизнью. Их усталые взгляды без всякого интереса скользили по кронам деревьев, чтобы осветиться голодным блеском в те редкие моменты, когда кто-то неосторожно подходил вплотную к ограде. Так же устало, с откровенным презрением они смотрели на других воронов. Тех, что не удостоились чести приблизиться к лидеру. Но были и совсем юные. Нетерпеливые, порывистые и шумные. Им сложно было сохранять молчаливое спокойствие; величественная отрешенность, так свойственная их лидеру и старшим воронам, еще не настигла их, не загасила в агатовых глазах искреннюю заинтересованность во всем, что происходило вокруг дома в течение дня. И они первыми срывались с места, едва только на город опускалась ночь. И те, и другие спешили покинуть заброшенный сад, чтобы с наступлением темноты стать теми, кем они так давно привыкли быть. Людьми…