Я тебя не променяю — потому что ты родная...

POV Доминика — Какого черта, звонить в такую рань? — злым тоном спросила я у воздуха, когда искала телефон на кровати. С горем по пополам нашла его и ответила на звонок. — Да? — раздраженно ответила я. — Что случилось, Ник? — спросил знакомый женский голос. Где-то его слышала, а где вспомнить не могу. — Кто это? — видимо ещё я не вышла из утреннего транса, но так бывает всегда. — Нормально! Я всего лишь посеяла телефон и звоню с другого номера, а она меня не узнаёт! — и тут до меня дошло, кто это. — Кать, ты ли это? Рада тебя слышать, — искренне произнесла. — Собирайся давай, жду тебя возле кафе «Маски» через час. Пока, — прощебетала в трубку Катерина. — Пока, — я положила телефон на тумбу и стала собираться. Быстро приняв душ, я пошла в комнату. Найдя в чемодане чёрные джинсы с порванными коленками, красно-чёрную рубашку в клеточку и белые форсы, надела всё на себя. Взяв рюкзак, запихнула туда телефон, бутылку воды, плеер и маленькую косметичку. Минимум косметики. Вот теперь можно идти.

***

Уже два часа я нахожусь с Катей в этом кафе. Оказывается она позвала меня на фан-встречу с Мэловином. Каждая третья девушка кричит или кричала «Костя — ты лучший» или «Мэловин, я люблю тебя». Как можно любить человека, не зная его? Вот именно никак. Катя схватила меня за руку и, извиняясь, протиснулась сквозь толпу дико орущихся фанаток, которые хотят поговорить, взять автограф и сфотографироваться с кумиром. И вот долгожданный момент. Костя Бочаров. «Тебе надо просто взять автограф для сестры и всё. Быстро собралась! — говорило моё подсознание, пока моё сердце билось в бешеном темпе. — Привет, — сказала я, пытаясь наладить контакт сама с собой. Ник поднял голову и его глаза стали по пять копеек. Конечно, он не ожидал меня увидеть. — Привет, — ответил он. — А ты пришла за автографом? — задал глупый вопрос Мэловин. — Нет, знаешь, я вообще думала запаковать тебя в подарочную упаковку и забрать домой, — парень засмеялся, а подруга стояла офигевшая от моих слов. Костя написал что-то на листке, улыбнувшись, он отдал мне его. Времени у меня не было читать, что он написал, и я просто положила листок в рюкзак. Вскоре подруга взяла у Ника автограф и присоединилась ко мне, а после мы пошли гулять по городу. — Что это было на фан-встрече? — улыбаясь, спросила Катя. Всё ей надо знать. — А что было? — прикинувшись дурочкой, спросила. — Вы были знакомы? — О Боже! — Ты экстрасенс? — с удивлением и настороженностью спросила я. — Я — психолог! Ну так вы знакомы? — настаивала та. — Вчера Костя пришёл ко мне домой и поздравил меня. А потом мы пошли гулять... — рассказала я ей свою маленькую историю с Бочаровым. — Тебе он нравится! — сделала вывод Катерина и мои щёки приобрели бурый оттенок. — Не правда, — запротестировала я, хотя прекрасно знала правду. — С чего ты взяла? — Правда! Твои щёчки говорят иначе. Когда ты рассказывала мне про него, ты всё время улыбалась. — Вот коза! Всё замечает. Это огромный минус, когда у тебя подруга — психолог. — Ой всё, — я закатила глаза. — Ещё раз закатишь глаза, по заднице дам, — шуточно сказала подруга. Ну и зачем я смотрела с ней «Пятьдесят оттенков серого», если она постоянно меня теперь из-за этого подкалывает. Вскоре я подошла к своему подъезду. Попрощавшись с подругой, зашла в квартиру. Кинув рюкзак на диван, подошла к пианино, которому лет двадцать, если не больше. Открыв его, я провела кончиками пальцев по клавишам. Прикрыв глаза, я вспомнила, как в шесть лет, мама учила меня играть меня на пианино.Как я противилась играть на нём. А когда никого не было дома, села за него и начала играть какую-то незнакомую мелодию. Родители услышали, что я играю и отдали меня в музыкальную школу, в класс фортепиано. Сев за пианино, начала играть мелодию и одновременно петь. Эту песню я написала дня три назад, в поезде, когда ехала в Одессу.

*Безнадежный крик печали проплывет в тишине, Рисуя контур одиноких сердец. Глаза закрывали и медленно падали, Не замечали лиц в толпе. Не в силах больше вглубь твоей души стучаться, Не в силах прощать, не в силах жалеть, И если невозможно мне с тобой остаться, - Остается лететь. Припев: Расправить гордые крылья и лететь за облака. Не ждать полночного звонка, твое молчание в одно дыхание. Расправлю гордые крылья, оставляя образ твой в холодной комнате пустой, Зачем слова, которым нету оправдания? Ты не ты, и я не я. Догорая, тают звезды, как надежды мои, В твое зашторенное бьются окно. Искала глазами, несмелыми знаками, Сказать хотела только одно.

Допеть я не смогла из-за телефона, который развивался от звонка. Найдя телефон в недрах рюкзака, я хотела уже ответить на звонок, но после того, как я посмотрела кто звонить, желание отпало. Кинув телефон на диван, мои коленки задрожали и я спустилась по стене в низ, уткнувшись в колени, громко разрыдалась. Опять он. Ненавижу его! Урод! Козёл! Зачем звонить и всё портить?! Наркоман хренов! Flashback — Тёма, вставай! — тряся парня, говорила я. — А это ты, шлюха! — от обиды у меня потекли слёзы и я замахнулась, чтобы дать ему пощечину, но его крепкая рука перехватила мою и заломала за спиной. — Отпусти, мне больно! — кричала я, пока этот урод привязывал меня к кровати. — Урод! — крикнула я, за что Артём влепил мне пощёчину. — Ну сейчас ты мне за всё ответишь, — раздевая меня, говорил он. Его манящие карие глаза стали демонскими. Дальше он просто мне что-то вколол. Всё, пустота. End flashback Вспоминая события, которые произошли недели две назад, мне стало не по себе. Поднявшись на ноги, заметила, что я ногтями поцарапала себе руки до крови.