Сломлен тобой

POV Натан Голова трещит просто несносно. Видимо вчера я ужрался в дровишки. Просил же Тони не подливать мне, но он явно проигнорировал мои слова, имея на этот счет другое мнение. Как же хреново-то, папочка! С протяжными стонами-ахами и охами я попытался сползти с кровати. Но тут же схватился за голову. Ой, как бо-бо. Все же похмельный синдром только для подготовленных, а я, увы, не такой. Хотя, кажется, где-то стояла минералка. Я все еще не очень трезвым взглядом осмотрел комнату, замечая, маленький погром и наткнулся на бутылку. Почти нетронутая. Отлично. - С добрым утром, алкаш,- влетел в комнату брат, проходя и начиная рыться в моем столе. - И тебе, Дэн,- я перевел взгляд на голого брата, отмечая его дебильные трусы. Ему уже тридцатник моргает, а он так выряжается. Хотя, это у нас семейное. Даже отец, бизнесмен, человек, которому уже за пятый десяток, носит носки с Халком. Тут нечему удивляться. Но вот, что это за желтая херня… - В твоем возрасте стыдно не знать, что это за желтая херня,- он усмехнулся.- Да бля, где в этом сраче визитница? - Она была где-то за компом. А тебе зачем?- невнятно ответил брату и, наконец, дотянулся до бутылки, блаженно опустошая ее. - Хочу найти телефон «Сиднея»,- он тут же откопал маленький блокнот. Мне искренне жаль того, кто не знает этот бар. Одно из лучших мест в городе. И я бы с радостью туда сходил, да вот беда – не с кем. Само заведение славилось своими историями, почти легендами даже, про встречи с истинными, самыми безбашенными вечеринками и, куда ж без этого, свадьбами. Но это уже давно не колхозное место с совдеповским меню. Сейчас, чтобы просто посидеть за чашкой чая в этом местечке, нужно заказывать места за пару дней. А поскольку на улице уже тепло и у них появилась летняя терраса, то нужно бронировать столик дня за три-четыре. - А меня возьмешь? Сто лет там не был,- я перекатился на противоположный край постели, шаря по полу рукой, пытаясь найти свои штаны. В последний раз ходили туда в конце апреля. У родителей была какая-то особая дата, и они решили отметить ее в «Сиднее». Местечко уютное. Неплохая живая музыка, интерьер, не режущий глаза и отличная выпивка. Приветливый персонал запомнился мне больше всего. Обычно чуть что, так драка-скандал. А здесь все по-домашнему, что ли. Никто не жалеет улыбок и не прочь просто поговорить ни о чем. - Я иду туда с омегой. Твоя наглая рожа его спугнет. Он у меня и так пугливый. А еще он удивительный, Натан,- Дэн счастливо вздохнул,- он такой, каких я еще не встречал. Только он боится всего и вся, постоянно шарахается от прикосновений,- улыбка сошла с лица и брат нахмурился.- Но я сделаю все, чтобы он больше ничего не боялся. Надо же. Есть еще такие люди? Я-то думал это только Никки такое чудо. Вечно боится всего, перепроверяет, подозревает, пытается не говорить лишнего, с пеной у рта бережет свое личное пространство и… до одури мне нравится. Я иногда в одну секунду с ума схожу от его вида. Он, наверное, и не знает, как соблазнительно выглядит. Пускай он бета и не топ-модель, но зато он выглядит куда сексуальнее, чем эти течные куклы. Его улыбка вызывает во мне море чего-то хорошего. Я сам хочу улыбаться, но вот есть одно «но». И этой кочкой была моя излишняя грубость. Да что там излишняя. Я, как ненормальный, высмеиваю все его действия, пытаясь хоть как-то привлечь его внимание, но он такой же безэмоциональный, его взгляд безразличный. И вчера я совершил огромный промах. Хотя их количество уже и так перевалило норму. Пощечина вышла как-то на автомате. Я даже подумать не успел. Но его пустой взгляд заставил меня сбежать. Я как последний трус дал деру. Если бы только я мог что-то исправить… End POV Натан

***

После четырехдневного марафона под названием «Спят только слабаки», я заснул моментально. И на этот раз мне хватило десяти часов, чтобы вновь встать на ноги и сказать, что я свеж и бодр. Но у меня никогда не может быть так хорошо. Это был бы не я. Стоило открыть глаза и остаткам сна развеяться, я понял: меня тошнит. И при этом страшно хотелось пить. Если жажда была вполне логичным следствием, то тошнота меня жутко пугала. Может, отравился чем? Надо было слушать Стэна. А друг мне говорил, что не стоит соблазняться на тот странный фрукт в супермаркете. Но мне захотелось экзотики, и я купил этот «Маммея американский». Фрукт был очень вкусный и сочный. Я давно не ел с таким наслаждением. Но, видимо, что-то пошло не так. Школу никто не отменял, и мне пришлось-таки подняться. Потом пойти собирать сумку, готовить завтрак и выходить из квартиры. После вчерашнего мне жутко не хотелось видеть Натана, да и всех остальных. Хотелось запереться дома, заказать еды, чтоб не помереть с голоду и ничего не делать. На кухне в который раз присел на подоконник. Солнце уже жарит во всю. Нужно будет рубашку найти в шкафу, иначе опять целый день буду потеть. Опустился взглядом на детскую площадку. Пустота. Тихо поскрипывают качели, шумят высокие тополя. Эта картина настолько въелась в сознание, что исчезни хоть что-то, я бы заскучал. Вот горка, разрисованная молодыми художниками, немного дальше песочница, заваленная ветками. В них малышня соорудила что-то вроде штаба. Возле лавочек, где садятся уставшие от энергичности своих детей родители, прыгают воробьи, собирая крошки и семечки. И иногда я завидовал им. Они вольны делать то, что хотят. Могут лететь куда хотят. Им не нужно беспокоиться, зачем вставать каждое утро. Их не волнует смысл жизни. Они просто живут.… И вновь в мыслях всплыл образ Натана. Он ведь тоже волен…

***

Я часто отключаюсь от мира. Я умею не слышать ничего, кроме своего тихого сердцебиения. Могу ничего не замечать, кроме пылинки на своей рубашке. Я могу и люблю это чувство. Во мне много всего странного, но я не считаю, что это плохо. Зачастую я рад. Вот и сейчас я проявляю одно из своих любимых качеств. Я слушаю, могу ответить, но совершенно не вслушиваюсь. Стэн, прости. Друг о чем-то очень восторженно говорит, улыбаясь, не в силах найти место своим рукам. Его губы быстро шевелятся, то и дело, обнажая зубы в улыбке. На щеках милые ямочки, которые так свойственны молодым альфам. Старшие совсем не улыбаются. Наверное, с возрастом жизнь перестает казаться такой светлой. Но почему-то я знаю это уже сейчас. Стэн вновь взмахнул рукой и заехал себе по носу. Все же, как я его люблю. Я на секунду словил себя на мысли, что я счастлив. Но так ли это? Ведь я что-то вроде изгоя. Мне одиноко среди людей, и я чувствую себя хорошо, когда один. Меня порой не замечают, а если это происходит, ждет только унижение. Не презирают, не пытаются сделать больно, сковырнуть старые раны только близкие и Стэн. Хотя… это ли ни счастье? Немного расслабился, шагая к воротам школы. Вновь в голове всплыл вчерашний день. Жутко не хочу встречаться с Натаном или с кем-то из его свиты. Но это никого не волнует. Поэтому, как только вхожу в класс, то тут же слышу привычное: «Привет, уродец». Ничего не изменилось после вчерашнего. И это меня немного радует. Все осталось, как было. Первая пара прошла мимо меня. Было ужасно плохо и очень тошнило. Стэн, видя мое состояние, всячески пытался поддержать, но легче не становилось. Что это за хрень вообще со мной? Может, домой уйти? Никто ведь и слова не скажет… Я за несколько часов выпил три подавителя, что уже само по себе перебор. Зачем? Я и сам не знаю. Просто так было спокойнее. Но, на пару секунд, мне показалось, что стало легче. Хотя резкая боль в животе сразу дала понять, что стало только хуже. Стэн обеспокоено сказал, что я сильно побледнел, и под глазами выступили синяки. Дело плохо? О да… - Никки,- позвал меня преподаватель.- Ты себя нормально чувствуешь? - Немного тошнит, но все в порядке,- я даже улыбнулся физику. - Может, сходишь в медпункт? У тебя вид такой болезненный,- мистер Венденсон снял свои очки и с тревогой взглянул на меня. - Я его отведу,- голос за спиной заставил сердце зайтись быстрее. В горле пересохло, а по телу прошлись мурашки. Нет, я не должен бояться. Я ведь пообещал себе, что буду бороться! Я больше не покажу ему свою слабость. - Не стоит,- уверенно ответил, украдкой смотря на Натана. Желваки альфы тут же дернулись, а губы сжались в тонкую полосу. Он злится? Значит, мне будет совсем не хорошо. Он быстро подошел ко мне, незаметно для преподавателя больно хватая за руку, и наклонился, шепча на ухо: - Сейчас же выйдем. Нужно поговорить,- отчего-то я предчувствовал, что ничего хорошего не услышу. Но мне было плевать. Снова. Я, не чувствуя ног, шел за альфой. Натан делал большие шаги, чуть ли не срываясь на бег. Но я так не мог. Не сегодня, не сейчас. Боль с новой силой разгоралась, охватывая и голову. Я сомневаюсь, что это отравление. Но не значит ли что это.… Да нет. Быть этого не может. Я ведь… - Давай быстрее,- рыкнул Натан. Но я его не слышал. Ноги больше не хотели делать шаги. Я остался стоять на месте. От резкого приступа боли я присел на корточки, инстинктивно пытаясь уменьшить боль. Не помогло. На белом полу начали появляться капли крови. Одна, вторая… «Ошибка за ошибкой»,- пронеслось в голове. Этого следовало ожидать. Я с ужасом всматривался в свое отражение в маленькой лужице крови. Приоткрытый рот с пухлыми губами жадно ловит воздух, широко распахнутые глаза всматриваются, бегая по отражению, а из аккуратного, немного вздернутого носа течет две тоненькие струйки крови. Этого следовало ожидать…

***

POV Натан Мне показалось, что мир замер. Застыл навеки. Тело Никки стало оседать на пол. Я успел подбежать и подхватить его бессознательное тело. Он был еще бледнее, чем раньше. Из носа беты текла кровь, пачкая его рубашку и пол. Не мешкая, быстро достал телефон, набирая простые цифры, знакомые с детского сада. Руки начали трястись от волнения. Теплое тело показалось мне ужасно холодным. Словно… Нет! С ним все будет хорошо! Карета скорой приезжает за пять минут, благо мы в центре, и до больницы рукой подать. Вой сирен прилепил всех школьников к окну. Лживые твари. Только и могут, что смотреть. «А чем ты лучше?»,- застыл вопрос в голове, заданный голосом Никки. Он ведь знает, каков я. Пришедшие люди в белом осторожно переложили Никки на носилки, и мне пришлось отпустить ледяную руку беты. Доктора сразу присоединили какую-то капельницу. - Вы кто?- строго спросил медбрат, преграждая путь рукой, когда я хотел следом сесть в машину. - Я жених,- ответил без сомнений, смотря в глаза парню. - Быстро,- скомандовал он. Я заскочил, пробираясь поближе к телу Никки. Он, кажется, еще больше побледнел. Хотя, куда уже! Я только сейчас заметил, как стучит мое сердце. Все же он мне дорог, как бы я это ни отрицал. Ты залез под кожу, Никки. Ты конкретно засел в моей голове. Дорога мне показалась вечностью. Я ни на секунду не отпускал холодную руку, пытаясь согреть. Я бы отдал все тепло, если бы мог. Я бы ничего не пожалел для Никки. Пускай сейчас бета не может меня выслушать, но я обещаю, что больше не стану его унижать и пытаться опустить в чьих-то глазах. Я сотворил много всего, теперь пришел черед исправлять. И, надеюсь, я вымолю его прощение, потому что отпустить не смогу. Я буду рядом. Хочет он того или нет. Дальше приемного отделения меня не пустили, сообщив, что открылось какое-то кровотечение. Я начал еще больше волноваться. Это я. Я во всем виноват. Это из-за меня все это произошло. Вцепившись руками в голову, я не замечал ничего: ни того, как медперсонал смотрел на меня, ни того, как начал что-то неразборчиво бормотать. Но через десять минут ожидания и моего истеричного покачивания на стуле, медбрат принес мне успокоительного. Я всеми силами отказывался, но после небольшой промывки мозгов, я залпом опустошил стаканчик. Оказалось, что это был коньяк. Шел второй час ожидания. Чтобы меньше мешал окружающим своей ходьбой из одного конца коридора в другой, мне поручили заполнять бумаги, необходимые для Никки, и я с большой ответственностью взялся за эту кипу бумаг. Вопрос за вопросом. «Номер телефона близких родственников»... Черт, нужно же позвонить его родителям. К счастью его сумка с вещами оказалась со мной. Достал телефон – пароль. Не удивлен почему-то. Выудил из сумки странный блокнот и стал листать в поисках хоть какого-то номера телефона. Есть! Я наткнулся на запись «Папа» и тут же набрал несложный номер. - Слушаю,- отозвались на том конце. - Здравствуйте, я Натан, одноклассник вашего сына. Вы только не волнуйтесь, но Никки в больнице. Вы не могли бы прямо сейчас подъехать в седьмую? - О Боже! С ним все в порядке? Что произошло? Уже еду,- голос на том конце резко оборвался. Я сжал в руке телефон. Как же голос похож на голос Никки. Это не повод, но все же шанс познакомиться с его родными. Что-то узнать о нем. Как бы мне хотелось этого. Тем временем из отделения, куда меня не пустили, вышел врач, по пути снимая маску и выкидывая перчатки в мусор. Я тут же сорвался и побежал в его сторону, чтобы выяснить хоть что-нибудь о моем Никки. - Ну что, доктор?- я, наверное, выглядел как последний наркоман, еще и попахивало от меня не то коньяком, не то валерьянкой. - Это вы его жених?- спросил мужчина, беря из рук неизвестно откуда взявшегося помощника карточку. - Да,- утвердительно кивнул, сильнее сжимая край своей футболки. - Ну, тогда мне нужно знать, как давно Никки пьет блокатор-подавитель. Это, между прочим, не шутки, молодой человек. Я только пораженно уставился на врача. Какие еще блокаторы? Какие нафиг подавители? Разве беты их вообще принимают? End POV Натан