Её глазами. Его глазами.

      Натаниэль засиделся в школе допоздна. Школьный фестиваль — это не шутка, это целая гора административной и организаторской работы для старост. Вот и сейчас он корпел над листом с надписью «Распределение обязанностей».       «И всё-таки как же у неё так ловко вышло? — в голове парня снова крутилась Марго. — Столько шума было и тут — бах! — Марго. И вот уже всё решено: и какой будет проект, и кто чем будет заниматься… И никто не против. Удивительно!»       Староста стал записывать на листе фамилии учеников, помечая участок вверенных обязанностей. Парень понимал, что секрет успеха безумной выходки Марго был прост: она точно знала, что любит каждый из одноклассников. Виолетт рисует? Отлично, будет рисовать афиши. Армин на «ты» с техникой? Прекрасно, садись за пульт, наслаждайся. Розалия любит шить? Чудесно, костюмы на тебе. И Алекси прихвати. Он до жути любит всех одевать!..       Натаниэль непроизвольно заулыбался. Он тоже был в этом спонтанном плане. Ударник. Ну надо же! Сам бы ни за что и никогда больше не сел за ударную установку, если бы она не припёрла к стенке! Куда теперь деваться? — Я не уверен, что у меня получится, — произнёс в слух Натаниэль, обращаясь к самому себе.       И вот он уже, словно наяву, видит карие глаза, прямо и бесстрашно смотрящие на него. — Вот видишь, Натаниэль, у нас есть ударник! — прозвучало где-то в глубине сознания. — Я не верю в себя, — выдохнул парень, откидываясь на спинку стула. — А она, получается, в меня верит!       За школьными окнами горел оранжевый закат, чьи золотые отблески сверкали искрой тревожной надежды в янтарно-карих глазах школьного старосты.

***

      Сегодня Марго направлялась в школу с ощущением некоторой тревоги. Вчера на занятиях её не было: мед отвод, умудрилась потянуть ногу на тренировке. А всё из-за кружащихся в голове огромным жужжащим роем мыслей! Девушке казалось, что она перегнула палку на собрании класса с этим мероприятием, повела себя, как пуп земли, как будто она всё знает лучше всех и имеет право решать. Наверняка друзья обижены. А может всё-таки нет?       «Лучше всё же извиниться. Я была очень уж напористой. И Натаниэля заставила играть в группе, не спросив желания, » — думала Марго.       Воображение девушки рисовало угрюмые лица одноклассников, косые взгляды в её сторону, висящую в воздухе невысказанную злобу. Однако, войдя в класс, к своему удивлению, ничего такого не заметила. Напротив, ребята разбившись на группки что-то весело и усердно обсуждали, обменивались мыслями, всюду царило радостное возбуждение. — О, Марго! — воскликнула Розалия, завидев девушку. — Иди сюда, ты должна кое-что утвердить.       Не особо понимая, о чём речь, Марго подошла к подруге, сидевшей вместе с Виолетт. — Мы уже набросали эскизы костюмов для выступления, — отчеканил, стоявший тут же Алекси.       Виолетт протянула Марго блокнот с рисунками. — Это для Лизандра, — ткнула Розалия в первый лист. — А это для Кастиэля, — она перевернула страницу. — А там дальше… — Да, да. Я вижу, тут подписано, — перебила Марго подругу.       Рисунки были действительно красивые, эскизы оригинальными. Удивительно, что за один день её отсутствия ребята столько успели! — Ну как тебе? — спросила Розалия. — Здорово! Очень красиво, — ответила Марго. — Прекрасно! Тогда распишись на каждой странице, — продолжил Алекси. — Зачем? — удивилась Марго. — Тебе же понравилось! — пробормотала Розалия, вкладывая ручку девушке в свободную руку. — Давай-давай, подписывай, не спорь. — Ладно, — протянула Марго, озадаченно, расписываясь на листках. — Спасибо! — воскликнула Розалия и выхватив блокнот из рук подруги умчалась куда-то в сопровождении Алекси. — Посмотри, пожалуйста и мои эскизы, — прошептала Виолетт. — Давай чуть позже, хорошо? — Марго собиралась выяснить, что тут происходит. — Марго! — окликнул её Кентин. — А как думаешь, может мне нужна куртка с надписью «security»? Ну, на время концерта. — Может быть… — произнесла Марго. Кентин расплылся в довольной улыбке. — Эй ты! — противный голос Амбер сегодня был особенно раздражающим. — Ничего не планируй на вечер, зазнайка! Ты должна будешь посмотреть наши танцевальные движения для выступления! — Что посмотреть? — опешила Марго. — Движения, — произнесла блондинка, намеренно растягивая слова. — Ты что глухая? После уроков, поняла?       Марго машинально кивнула. Амбер отправилась к своим подружкам. — Вот, держи, — а это была уже Мелоди.       Помощница старосты положила на стол что-то похожее на блютус-гарнитуру. — Что это? — удивилась Марго. — Переговорное устройство. Одолжила у тёти, она организатор свадеб, сейчас не сезон, а нам пригодится… — затараторила Мелоди. — А мне-то оно зачем? — Марго уже решительно ничего не понимала. — Как зачем? — настала очередь удивляться Мелоди. — Такое будет у меня, у Армина и у тебя, мы сможем координировать всех во время концерта. — Мы? И я… Я тоже? — у Марго начинала кружится голова. — Ты что не видела распределение обязанностей? — удивилась Мелоди. — Там же на доске объявлений висит…       Марго тут же рванула к доске, где висело то самое распределение… Возле её имени и фамилии значилось «главный режиссер», в обязанности которого входило «координация коллектива на стадии подготовки и во время выступления, утверждение расходов, эскизов, репертуара, согласование проектов» и так далее и тому подобное. Помощником режиссера была Мелоди.       «А вот и расплата за моё нахальство», — подумала Марго, прикрывая глаза и тяжко вздыхая. Учитывая обстоятельства, отказаться от назначения она никак не могла. А значит её ожидало много тяжелой работы. Очень много! В компании Мелоди… О, всемогущие Боги! В компании Мелоди!!! — Амбэр, где после уроков смотреть ваши танцы, — обреченно изрекла девушка, отворачиваясь от объявления.

***

      День школьного фестиваля настал. Удивительно, но Натаниэль проснулся в приятном возбуждении. Обычно в день важных школьных мероприятий парень ели-ели вставал с кровати, ибо вся подготовка всегда была на нем. Но не в этот раз. Марго прекрасно справлялась с обязанностями главного режиссера. Хотя Нат и заметил под глазами девушки тёмные недосыпные пятна, она не жаловалась, успевала в срок, умудрилась найти компромисс даже с его взбалмошной сестрицей. Лишь однажды Натаниэль, поздним вечером уходя из школы после репетиции их маленькой группы, на которой он, к слову сказать, только благодаря усилиям Лизандра не пристукнул красноволосого, заметил в классе сгорбленную фигурку Марго. — Что ты тут делаешь? — спросил он, зайдя в помещение. — Директриса потребовала подробный план выступления группы, — отозвалась девушка, отрываясь от записей и потягиваясь. — Поздно уже, иди домой, — посоветовал Натаниэль. — О, я бы с превеликим удовольствие ушла, но… — Магро вздохнула и, помолчав немного, добавила. — И как ты с этим справляешься всё время? Я совершенного выдохлась, не знаю как добраться до финиша. — Ты прекрасно справляешь! — ответил Нат. — Просто иди домой и выспись. А директрисе скажешь, что план отдашь завтра. — А так можно? — удивленно с произнесла девушка. — Можно, — подмигнул староста. — Иногда.       И вот они добрались до финиша! Всё случится сегодня. Поразительно, но, кажется, вся школа ждёт выступления их коллектива. Наверное, сработали удивительно красивые и креативные афиши Виолетт. Совершенно незнакомые ребята желали Натаниэлю удачи сегодня, хлопали по плечу, в коридорах летала фраза «концерт — гвоздь программы».       Марго сегодня, казалось, была повсюду. Вот она во дворе руководит установкой сцены, вот общается с подходящими родителями, вот в классе, отданном под гримерку, брызгает костюмы антистатиком. Натаниэлю оставалось лишь улыбаться и крутить в руках барабанные палочки, с которыми он практически сроднился за последнее время. И думать… Думать о том, что Марго какая-то невероятная, что глаза ее светятся ярче, чем звёзды, что улыбка её такая милая, и совершенно не важно, что она дружит с Кастиэлем.       Школа стала невероятным местом. Веселье и шум, удивительные, организованные разными классами выставки, кафе, комната ужасов. И большая сцена во дворе, на которой вот-вот должен был начаться концерт. Группа их класса выступала последней, отчего Натаниэль ощущал себя суперзвездой, у которого все остальные просто на разогреве.       И вот они — Натаниэль, Лизандр и Кастиэль — в гримерке. — Готовы? — в дверях появляется Мелоди. — Давно уже, — лениво тянет Кас. — Тогда пошли.       В коридоре их встречают Амбер с подружками, одетые в одинаковые блестящие платья, похожие на смешных чешуйчатых рыб, но невероятно гордые собой, о чем красноречиво свидетельствуют их высоко задранные носы. Натаниэль с трудом сдерживает смех.       Кулисы. Парень замечает, как мимо пробегает Марго, махнув им рукой на ходу, и крикнув «Удачи!» Они втроём тут же вскидывают руки, чтобы махнуть в ответ.  — Это она мне, дебил, — рычит Кастиэль.       Натаниэль намеревается убить красноволосого, но тут со сцены доносится громогласное «Встречайте!», школьный двор оглашается гвалтом голосов и рукоплесканий. — Пошли, пошли, — выпаливает Мелоди, подталкивая парней к выходу на сцену.       Натаниэль семенит неуверенно, сердце колотится, как оголтелое. Вот и барабанная установка. Садится. Руки дрожат, угрожая выронить палочки. Краем глаза видит, как Кас накидывает ремень гитары. Чуть впереди Лизандр подходит к стойке микрофона, равняя его под свой рост. Парень бросает взгляд на школьный двор. Сколько людей! Все ученики, их родители, учителя. Натаниэлю начинает казаться, что дрожь в пальцах уже не унять, и тремор останется с ним пожизненно.       Столько глаз смотрят прямо на него! Он скользит взглядом по толпе, и натыкается на медово-карие глаза Марго. Она расположилась впереди всех, рядом Кентин, обращен спиной к сцене, охраняет порядок. Марго лучезарно улыбается, вскидывает руки и показывает класс, а затем лукаво подмигивает… ему. Ему, не Кастиэлю! Ему!       Руки произвольно, как много раз делали на репетиции ударяют барабанные палочки друг об друга. — Раз! Раз, два, три! — произносит Натаниэль, давая парням сигнал к началу.       Никогда ещё староста не испытывал такого драйва. Публика встречала радушно: школьники хлопали в ладоши, подбадривали криками, протанцевали. Натаниэль временами отрывал взгляд от барабанов и осматривал школьный двор, неизменно натыкаясь на искрящиеся глаза Марго. Бархатный голос Лизандра разносился по округе, сопровождаемый витиеватыми гитарными переборами Кастиэля и четким ритмом ударных, ловко выбиваемым самим блондином. На секунду Натаниэлю показалось, что это вовсе и не он за установкой. Так хорошо и ловко всё получалось, словно бы обратился в другого человека: веселого, задорного, этакого короля вечеринок.       После третьей композиции девчонки на школьном дворе разразились фееричным визгом, обозначая тем самым, что выступление парней произвело настоящий фурор. Сердце новоявленного барабанщика выбивало бешеный ритм, глаза горели, с губ не сходила сияющая улыбка. Натаниэль умудрялся бросать пристальные взгляды в толпу, даже подмигнул кому-то из стоявших у самой сцены девчонок. В этот момент, парень заметил, что Марго в первом ряду нет. Только Кентин по прежнему охранял порядок.       «Где же она? — мелькнуло в его голове. — Мне надо ей сказать… Сказать! Надо сказать ей…»       Но даже самому себе признаться в чувствах не легко.       Лизандр затянул что-то лиричное, и Натаниэль оказался практически без работы. Его зоркий взгляд шарил по толпе, кулисам, двору, искал Марго, но девушки не было видно. Зато в толпе он заметил как какой-то парень порывисто обнял стоящую рядом девушку и поцеловал.       В голове блондина словно лампочка зажглась!       «Вот оно! Это лучше всяких слов! — мелькнуло в его мыслях. — Я найду её, Марго всё поймёт сама».       Кастиэль доиграл последний аккорд, толпа у сцены снова захлопала и закричала. Амбер с подружками, переместившись с мест подтанцовки на край сцены, взорвали огромные хлопушки, осыпав присутствующих на фестивале яркими конфетти. На сцену вышла директор и, под крики «бис!», довольно бесцеремонно отобрала у Лизандра микрофон и объявила о завершении концерта. Натаниэль тут же сорвался с места и, всё ещё сжимая в руках барабанные палочки, направился в кулисы, а оттуда на школьный двор. — Эй, — воскликнул староста, завидев Кентина. — А где Марго? — Она ушла, — ответил, сияющий Кен. — Там Мелоди что-то понадобилось.       Натаниэль тут же рванул в обратном направлении. Сердце стучало, все его существо переполняло чувство эйфории, восторга, успеха. Ничего! Абсолютно ничего сегодня не могло быть плохо. Парня всё время кто-то окликал, всё знали его имя, говорили что-то вроде «это было круто» и «вы молодцы», «классно сыграли». Нат только кивал, улыбался и принимал рукопожатия.       В итоге Мелоди нашлась у самого входа в школу. — Натаниэль! — воскликнула она только завидев парня. — Это было здорово! Все в восторге! Ты так играл! Тебя было просто не узнать! Выглядел шикарно! — Да-да… Мелоди, — попытался прервать восхищенную тираду парень. — Ты не видела Марго? — Марго? — глаза девушки тут же выразили разочарование. — Да, Марго, Марго! Она мне очень нужна! — Блондин улыбался во все тридцать два. — Она пошла к гримерке, чтобы забрать костюм у Лизандра… — начала Мелоди. — Спасибо! — выпалил парень и практически бегом бросился в сторону класса, который сегодня исполнял функции «гримерной».       Школьный староста словно летел по коридору, казалось, за спиной выросли крылья. Он понял и был готов признать, что Марго нужна ему, как воздух. Единственное, что могло сделать парня ещё счастливее в день такого необыкновенного триумфа — это теплый взгляд медово-карих глаз Марго, а ещё… Ещё её губы!       Дверное полотно было последним препятствием. Натаниэль набрал в грудь побольше воздуха. — Марго! — произнёс парень, распахивая дверь.       Староста замер на пороге. От увиденного сердце болезненно сдавило, из легких моментально пропал весь воздух, в горле зашевелилось саднящее чувство, на языке проступил привкус горечи.       Марго, его девочка с теплыми медово-карими глазами, стояла у стены, прижавшись к ней спиной, а всего в нескольких сантиметрах от неё, одной рукой оперевшись об эту же стенку, наклонившись к ней, стоял Лизандр. Их лица были так близко, что серебристые пряди парня касались щеки Марго.       В груди у Натаниэля всё похолодело, и ледышка, которая всего несколько секунд назад была пылающим сердцем, ухнув вниз, в пропасть отчаянья и боли, разбилось на тысячи мельчайших стекляшек. Сомнений не было: появись Нат двумя секундами позже, он застал бы эту парочку целующейся.       Барабанные палочки сами собой выпали из рук и с глухим стуком упали на пол. Парень тут же поймал на себе карий взгляд, полный удивления. Резко развернувшись, он рванул прочь. А тут ещё этот красноволосый в коридоре! — Куда прёшь! Глаза себе барабанными палками выткнул что ли? — выдал Кастиэль, возмущенный столкновение со школьным старостой.       Но Натаниэль, не ответив ни слова, бросился прочь. Подальше от школы, подальше от праздника, от радостных ребят, от счастливых родителей, и как можно дальше от Марго.