Только ты один

После поездки в Хиллтоп. В Александрии. Слава Богу, переговоры с Грегори, лидером Хиллтопа прошли удачно. Мы получили даже больше выгоды, чем планировали. Хотя и взамен мы пообещали немало. Все-таки избавление от Спасителей, путем полного их уничтожения, дело не легкое. Рик собрал жителей Александрии в церкви, чтобы поведать о договоре и своем плане. Ну, и конечно, узнать, что же думает сам народ о таком решении. Все происходило так быстро и стремительно, что у меня, честно говоря, не было даже времени подумать о поступке, что совершила моя грешная душонка накануне. Действительно, я позволила себе лишнего. В последнее время, я вообще не понимаю, что правильно, а что нет. После нашей первой встречи с Полом, я как будто в вечном смятении, в неуверенности в себе и своих чувствах. Я вроде бы психолог, что напоминаю себе слишком часто, и должна разбираться в своем состоянии и поведении лучше кого-либо, но именно сейчас, когда дело дошло до собственного благополучия, я ничего не могу поделать. Да уж. Мне срочно нужно разобраться в себе. Шериф, пересказав цель и результат недавней вылазки, вопросительно оглядел всех присутствующих. Он ждал реакции народа. Морган и Аарон высказались против такого поспешного решения, предложив сначала поговорить с неприятелями. Конечно, среди людей, привыкших не доверять чужаками и заботиться, прежде всего о собственной шкуре, такое мягкое решение не нашло отклик. Мнением большинства было принято заключение о воплощении хладнокровного плана. После окончания собрания Граймс с решительным видом подошел ко мне, и грубо схватив за руку, повел за собой. Остановившись возле одинокого дерева, недалеко от церкви, он резко затормозил. — Что происходит Клэр? — он сердито сложил руки и гневно окинул меня взглядом. Моя голова и так почти не соображала, то ли от смешанных чувств, то ли от недавно полученной травмы, а тут еще эти непонятные действия со стороны шерифа буквально вывели меня из строя. Я-то надеялась сразу после объявления пойти к Дениз, подлечиться немного, а после отправиться домой, лечь спать. Но не тут-то было. — Рик, о чем ты говоришь вообще? — устало выдохнув, проговорила я. — Что у тебя с Иисусом? — он продолжил, — ваши переглядывания в фургоне, совместный выход из того здания, где он почему-то держал тебя за руку, и вообще, почему ты убежала? Это было опасно Клэр! — его мысли уже путались, он не знал на чем заострить внимание. — А сейчас в церкви? Я видел, как он на тебя смотрел. Что за? Это все, что он хотел обсудить? Я невольно засмеялась. Силы давно покинули мое бренное тело, а мысли не могли собраться. У меня была истерика. Для меня, привыкшей видеть Рика спокойным и рассудительным человеком, это проявление ревности было абсурдно и невероятно. — Рик, — я все еще заливалась смехом, — какая тебе разница, как он смотрит на меня? Да и вообще, раз уж ты заговорил об этом. Вы мне оба, как мужчины не нравитесь! — это я уже раздраженно выкрикнула. Шериф опешил, не то от моего поведения, не то от моих слов. Он хотел было что-то сказать, но вовремя взяв себя в руки, замолчал.  — Ладно, прости Рик, мне нужно идти, — успокоившись, я кинула напоследок. Решив не усугублять ситуацию, я поспешила уйти, успев перед уходом взглянуть на поникшее лицо шерифа. На меня его непрямое признание не произвело никакого эффекта. Ведь ничего кроме безмерного уважения я к нашему лидеру не чувствовала. Быстрыми шагами я направилась прямиком к дому. Не было больше сил на посещение лазарета. Мне бы сейчас только поспать. Чего уж таить, мне становилось все хуже. Все это последствия держания всего в себе. Сейчас, даже я признаю, что переоценила свою выдержку. Я все же человек, а не машина. Нетвердой походкой, с помутнением в глазах я пыталась найти правильную дорогу. Мне это с трудом удавалось. Черт, вообще не удавалось. Пора признать это. Я слаба. Слаба не только физически, но и духовно. Похоже, что все то время, что я пыталась выжить, я внушала себе, что являюсь кем-то другим. И ведь, правда. Где та храбрая и сильная девушка, чьей уверенности можно было только позавидовать? Видимо, она давно потеряна. Потому что прямо сейчас, я чувствую себя не лучше, чем жалким куском дерьма. По лицу скатилась скупая слеза. Было невыносимо осознавать, что весь мой мир пошатнулся от одного лишь человека. Сердце сжалось при воспоминании о нем. Ноги вдруг подкосились. «Черт, только не сейчас!» — успела я подумать, прежде чем упасть в обморок и почувствовать чьи-то крепкие руки, подхватившие меня.