Секс, наркотики, эктоплазма. Часть 1

      Билли добирается до ванны первым. Он сразу же скидывает всю свою одежду и, включив воду, встаёт под теплые потоки воды, утягивая за собой и раздевшегося Спенсера. Музыкант никак не может налюбоваться Райтом. Он открыто разглядывает красивую спину, тонкие ноги мальчика. Чёрт возьми, Билли влюбился окончательно и бесповоротно. ― Мокрым ты ещё красивее, ― хмыкает музыкант, убирая влажные волосы со лба Спенсера.       Спенсер тихо засмеялся и положил ладони на его плечи. Близость Кобры всегда будет вызывать на его лице улыбку. ― Не более красив, чем ты, ― парень взял в руки мочалку и, намылив её, принялся мягкими массирующими движениями мыть тело мужчины. Он провёл вначале вверх, затем вниз к животу и паху. ― Как бы я хотел, чтобы этот момент никогда не кончался... ― У нас будет ещё много таких моментов, обещаю, ― он ласково целует мальчика, нежась от мягких приятных прикосновений.       Билли дотягивается до второй мочалки и проделывает то же самое со Спенсером. Кобра копается в своей памяти, было ли у него что-то подобное с другими? Нет, ни разу. Спенсер действительно особенный для него. ― Спенсер, ― негромко зовёт Билли, ― Спасибо тебе. Не думал, что могу полюбить кого-то сильнее, чем себя самого. ― Тебе не за что меня благодарить, бро, ― отвечает Райт и прижимается щекой к подбородку мужчины. Он прикрывает глаза, потому что вода заливает ему лицо, и поворачивает голову так, чтобы уткнуться носом в шею Билли. ― Я вообще подумать не мог, что полюблю... Тем более так скоро. Тем более что любимым человеком окажется мой двоюродный дядя, который на двенадцать лет меня старше.       Спенсер тихо усмехается и, не открывая глаз, прижимается поцелуем к мягким губам музыканта. Но не успевают они оба насладиться поцелуем, как вдруг слышат хлопанье входной двери и голос родных, которые вернулись домой. ― Чёрт. Ладно, я выйду первый, ― мальчик потряс головой, смывая с себя пену, и выскочил из кабинки, на ходу заворачиваясь в халат. ― Я буду в комнате.       С этими словами Райт выбегает из ванной и быстро направляется в свою комнату. Билли же выходит спустя минут десять и как можно незаметнее проскальзывает вслед за Спенсером. Только сейчас он понимает, как сильно проголодался, так что было весьма вовремя, что родители Спенсера вернулись: музыкант уже ждёт не дождётся ужина. ― Представь, если нас когда-то обнаружат вместе. Я имею в виду, вдвоём в душе или... Страшно представить, что будет.       Спенсер слышит голос Билли как раз тогда, когда переодевается в чистую одежду. ― Ну... Не знаю даже. Ты и сам понимаешь, мои родители мягкие и добрые люди. А ещё очень наивные... Когда у них стол над головой летал, они списывали все на мои спецэффекты. Не удивлюсь, что если они застанут нас в таком виде, то спишут все на репетицию какой-нибудь сцены, ― отвечает Райт, поворачиваясь к мужчине. ― Хм, интересно, для какого фильма была бы эта сцена? ― интересуется Кобра и они оба издают смешки. ― Явно не о зомби. ― Мне кажется, когда они узнают, они будут ворчать, но рано или поздно примут это. Я ведь их сын. И просто я люблю, что в этом плохого?       Билли достаёт одежду для себя и быстро переодевается практически перед носом у Спенсера. Теперь, когда они были так близки, нет смысла смущаться собственной наготы друг перед другом. Одевшись, он вытирает ещё влажные волосы, с сожалением думая, что теперь день ото дня их придётся расчёсывать, укладывать, стричь... Какая же это рутина. ― Ну... ― мнётся он, размышляя над словами Райта. ― Например, то, что я старше. И что мы родственники. И вообще, может показаться, что я просто развращаю тебя... ― Билли замолкает, а затем вздыхает, опустив плечи. ― Хотя мне, на самом деле, плевать. Если нас не примут, мы просто улетим куда подальше на моём личном самолёте. ― Ты готов пойти на воровство? Ох, Билли, ну ты, конечно, отчаянный парень.       Райт с усмешкой усаживается в кресло перед компьютером и открывает документ, в котором написано всё необходимое к завтрашнему дню. ― Я волнуюсь что-то... А вдруг я всё-таки накосячил в видео? ― парень переводит тему и подпирает голову рукой. ― Или же мы что-то забыли... Всё вроде бы подготовили, даже репортеров пригласили. Чувак, скажи, что мы могли упустить, м? Я так волнуюсь, что, честно говоря, даже аппетита нет.       Райт снова пробегается глазами по списку и поворачивается к Билли, который стоит у зеркала, придирчиво разглядывая собственное отражение, вертясь то так, то эдак. Ранее уложенная прическа теперь выглядела как скучная копна черных волос. Спенсера он слушает, но практически не вникает в разговор. ― Эй… ― он улыбается и подходит к мужчине со спины, осторожно обнимая его, ― Не заморачивайся с волосами. Всё равно уже вечер. Скоро спать.       Когда тот подходит, Кобра, наконец, успокаивается, больше не вертясь. ― Извини. Просто мне непривычно, и от того неловко выглядеть так... обычно, ― он вздыхает, понимая, что с этим придется только смириться. ― И, кстати, нет, мы ничего не забыли, я уверен в этом.       Он чмокает Райта в щеку, задерживаясь в этом положении, а потом спешит спуститься вниз по лестнице, когда миссис Райт зовёт всех к ужину. Заодно и мальчика утаскивает за собой. Все же, есть хотелось ужасно.       И снова очередной ужин в кругу семьи, что так ненавидит Спенсер. Он ненавидел эти ужины не только потому, что находился среди людей, которые абсолютно его не понимают, так ещё и приходилось слушать очередную чушь от отца: Хью, пытаясь удивить их дальнего родственника, вновь рассказывал о какой-то машине. Затем мама, с её странноватым звонким смехом... Черт, эти семейные ужины, обеды и завтраки просто выводят парня из себя. Билли же, как и всегда, ел с аппетитом и внимательно слушал рассказы Хью о его необычных приборах, о которых, в принципе, узнал ещё будучи призраком. Он каждый раз изображает искренний интерес, желая понравиться родителям Спенсера и быть у них в доверии.       Но от внимания Кобры не ускользает, что Спенсер чем-то недоволен. Быстро запихав в себя еду, младший Райт поднимается из-за стола самым первым. ― Спасибо, мам, было вкусно, ― бросает он как-то небрежно и выходит из кухни. Для него это уже привычное дело. Билли выходит из-за стола практически сразу после него, тоже поблагодарив старших.       «Вот бы было здорово, ― думает Спенсер, ― просто иногда наслаждаться ужином вместе с Билли, только вдвоем. Без этих... родителей». ― Эй, брозавр. Что-то не так? ― спрашивает он у мальчика, когда заходит в комнату. Там Спенсер сидел в кресле перед телевизором и, скрестив руки на груди, смотрел в темный экран. ― Это был всего лишь обычный ужин, а ты какой-то... злой, что ли. Я опять где-то накосячил? ― Билли не заметил за собой ничего такого, но, зная собственный характер, предполагал, что вполне мог в чем-то оплошать. ― Дело не в тебе, Билли. В моих родителях. Они же абсолютные идиоты. Раздражает. Одна фальшь и ничего больше. Они никогда не понимали меня и делали вид, что все в порядке, хотя сам вспомни, что мы с тобой творили в этом доме. И я даже не удивлюсь, если отец на самом деле не любит мать, и это у них взаимное. Я словно чувствую, что моя семья... Она словно поддельная. Я так больше не могу, чувак, я хочу уехать отсюда.       Билли садится перед Спенсером на колени и разглядывает его, ещё ни разу не наблюдая на его лице такое недовольство и раздражение. ― Чувак, но они же, вроде, не такие уж плохие, ― пытается он хоть как-то сгладить ситуацию. ― Немного странные и... Не то, чтобы я вообще разбирался в семьях, на самом деле.       Кобра берёт мальчика за руку, коротко погладив. Его познания в том, как строить настоящую семью были минимальны, но он не видел ничего плохого в Райтах. А может, просто не присматривался. ― Ты в любом случае не сможешь уехать, пока не закончишь школу. Эй, не будь таким угрюмым, бро. ― Прости... Чувак, я просто устал, извини.       Райт со вздохом сжимает одной рукой теплую ладонь Кобры, а свободной потирает лицо. Да, сегодня, кажется, перебор с эмоциями. ― Я хочу скорее лечь спать, чтобы утром встать и забить голову другими вещами. Например, твоим концертом, ― как-то отстраненно говорит Спенс и поднимается с места, поднимая также и Билли за собой. ― А ты как? ― Я? - хмыкает Билли, переспрашивая. ― Чувак, завтра состоится моё грандиозное возвращение, ты рядом и мы провели вполне неплохой вечер... Так что, сам как думаешь? Я лучше всех.       Надеясь приподнять Спенсеру настроение, Билли, посмеиваясь, подхватывает мальчишку и закидывает на собственное плечо. Не сказать, что это далось совершенно легко теперь, когда он сам из кожи и плоти, но у него хватает сил поднять пятнадцатилетнего школьника. ― В постель, бро! Завтра нас ждёт великое дело! А ещё тебе в школу, ― с этими словами Кобра укладывает Райта на кровать, попутно не забыв поцеловать.       Когда парни оказываются в постели, Спенсер принимается снимать с музыканта одежду, небрежно откидывая её куда-то в разные стороны. Ничего, найдет. Тем более, что Спенсеру завтра в школу вовсе не надо. ― У тебя очень красивое тело… ― шепчет он в губы возлюбленного. ― Я бы с тобой творил такие вещи...       Райт притягивает Билли к себе ближе и тихо шепчет ему на ухо какие-то возбуждающие пошлости, тем временем помогая Кобре вылезти из джинс. Билли только рад избавиться от них, потому что в районе ширинки становится слишком уж тесно от слов Спенсера. ― Ого... тебе нравится слушать мои рассказы, - довольно проговорил мальчик. ― Еще бы, ― хмыкает мужчина, облизывая пересохшие губы. ― Кто бы мог подумать, что мой бро знает столько развратных вещей. Тебе не хватило того, что было вечером?       Теперь Кобра раздевает Райта, и вскоре они, наконец, оба остались без одежды. В какой-то момент хотелось наплевать на все принципы и взять мальчишку прямо здесь и сейчас. ― Во мне слишком много нерастраченной энергии, ― отвечает Райт и мягко улыбаясь, обнимает Билли за шею, чтобы прижаться к его теплому телу. ― Наверное, это странное ощущение, когда тебя соблазняет школьник, правда? ― его голос снова снижается до шепота. Парень улыбается, смотря в черные глаза, тогда как в собственном взгляде читается какая-то добрая издёвка. ― Да ладно тебе, Билли, я же не хочу тебя вынуждать на какие-то вещи... Ты ведь всё равно остаёшься верным своим принципам. ― Тут ты прав, ― согласно кивает музыкант на последние слова мальчика. ― Но иногда мне кажется, что я не смогу удержатся. Ты слишком соблазнительный.       Билли ложится сверху, накрывая собой Спенсера, и припадает губами к открытой шее. Он спускается ниже, переходя на ключицы, и игриво покусывает тонкую кожу. ― Я бы с тобой тоже разные вещи вытворял, Спенс, ― шепчет парень, опускаясь еще ниже. ― Я так хочу услышать твои стоны, услышать, как ты кричишь моё имя.       Мальчишка улыбается, оглаживая ладонями спину Билли Джо, и прикрывает глаза от удовольствия, что приносили поцелуи мужчины. ― О, ты услышишь. Когда это случится... Мм-аах! Билли!- простонал вдруг Райт, не договорив фразу, и сжал пальцы на коже музыканта, оставляя следы от ногтей на безупречной коже. ― Слишком... приятно... ― почти скулит он и приоткрывает глаза, чтобы взглянуть на брюнета.       Кобра успел опуститься к груди мальчишки и теперь вылизывал его соски, но и для рук он нашёл применение: накрыв ладонью его член, медленными движениями повёл вверх-вниз. Билли продолжал эту пытку не торопясь и растягивая удовольствие. Собственный член уже ныл от возбуждения, но он терпит и продолжает истязать любимого мальчишку, чьи стоны срывали крышу. Билли оставляет яркие пятна засосов под грудью Спенсера, на ребрах. Никто не увидит, но музыканту будет приятно знать, что он оставил своеобразные метки на любимом.       Парень давно расслабился и теперь лишь наслаждался ласками Билли, хаотично водя ладонями то по его спине, то по волосам, путаясь в них пальцами. Он не мог, просто никак не мог сдерживать стоны, ведь губы любимого приносили такое наслаждение! ― Билли... ― вновь тихо стонет Райт, обращаясь к своему парню, ― Билли, ты слышишь?.. ― его голос почти сошел на шёпот. На призывы мальчишки Кобра не отреагировал, продолжая целовать и покусывать его тело, а потому Спенсер просто не выдерживает. Он притягивает музыканта к себе и горячо шепчет ему на ухо, касаясь мочки губами: ― Умоляю, чувак, возьми меня сейчас же…       Билли был по-настоящему опьянен близостью Райта, но после этих слов будто мгновенно трезвеет. ― А говорил, не будешь вынуждать, ― отшучивается Билли после того, как между ними возникает короткая пауза. ― Куда больше похоже на пытку, знаешь ли...       Он немного отстраняется и сразу видно, что весь запал почти полностью исчез. Если Кобра сделает это, его не покинут муки совести, даже зная, что все взаимно. ― Я говорил, что не могу сделать этого до твоего шестнадцатилетия. И это как минимум.       Мальчик лишь со вздохом плюхается обратно на подушку, отцепляясь от шеи Билли, и закрывает лицо ладонями. ― Почему? Мы ведь оба хотим этого, ― говорит он и, убрав руки от лица, складывает их на груди. Ну вот, очередной облом. Кто вбил в голову Билли такие странные условия? Он ведь никогда и ни в чём не ограничивал себя рамками. А тут... Нет, Спенсер понимал, его бро хочет, чтобы всё было, как полагается, но чёрт побери! ― Ладно, чувак, забей. Давай тогда просто ляжем спать... ― Эй, бромиго, ― музыкант прижимает Райта к себе и ласково целует его плечи, заглаживая свою вину перед ним. ― Мы могли бы заняться немного другими, но не менее интересными вещами.       Они оба остались не удовлетворены, так что Билли был намерен исправить это. Он опускается почти на уровень паха мальчишки. В голове проносится мысль, что это очередное мучение для них обоих, новая пытка, а потому, прежде чем приступить, спрашивает у Спенсера: ― Ты же позволишь мне доставить тебе ещё немного удовольствия, бро? ― ухмылка на лице Кобры была слишком уж хищной. ― Эм... ― такого поворота Спенсер точно не ожидал. Ему, конечно, и хотелось, но в то же время было как-то неловко. Замявшись на пару секунд, Райт облизнул вмиг высохшие губы и чуть кивнул, касаясь пальцами щеки Билли и чуть раздвигая ноги, устраиваясь поудобнее. ― Д-да, но как насчет тебя? Думаешь, я захочу оставить тебя вот так? ― спрашивает парень и чувствует, как от горячего дыхания Кобры по коже бегут мурашки. ― Со мной мы ещё успеем разобраться, ― отвечает Билли, медленно опускаясь всё ниже. ― Сейчас я хочу заняться исключительно тобой.       Он касается языком головки, а затем вбирает её в рот, плотно обхватив губами. Как только член Райта оказывается во рту Билли, парень просто падает головой на подушку и расслабляется. Сейчас не хочется задавать глупых вопросов, что-то говорить или делать. Хочется лишь, чтобы то удовольствие, что он сейчас испытывал, не кончалось. Кобра ещё немного играет языком, вылизывая и надавливая, и только после этого принимает в рот почти полностью. Он активно ведет головой в удобном ему ритме, иногда полностью выпуская член.       Спенс издал звучный стон, но тут же закрыл себе рот ладонью, чтобы не примчались родители. Если они вдруг увидят их с Билли вот так... Ох, чёрт, одна лишь эта мысль заводит. Спенсер решается приоткрыть глаза, чтобы посмотреть на своего парня, и от увиденного шумно вдыхает ртом воздух. Билли сейчас так чертовски красив, на обычно бледной коже проступил румянец, а губы раскраснелись от активных действий ртом. ― Билли… ― шепчет Спенс, протягивая руку к музыканту и касаясь его волос. ― Не останавливайся… ― просит он и чуть нажимает на его голову, чтобы тот вновь вобрал член в рот полностью.       Билли нисколько не сдерживает себя и продолжает самозабвенно заглатывать чужой член, иногда ёрзая на постели из-за собственного неудовлетворения. У него болят губы, дышать становится тяжелее, но он не останавливается до тех пор, пока Спенсер не кончает со сладким стоном. ― Ты восхитителен, ― шепчет музыкант, облизывая влажные припухшие губы.       Он напоследок вылизывает член от основания до головки и обратно, проделывает это несколько раз подряд, растягивая удовольствие. ― Хочу видеть, как твои губы растягиваются на моём члене, ― выдыхает Кобра и приподнимается, чтобы Райт занял его место.       Поменявшись местами, Спенсер сначала горячо целует музыканта во влажные губы, а после устраивается между ног Кобры. ― У меня, конечно, нет опыта совершенно, но... Я попробую, ― говорит он и обхватывает пальцами член мужчины, после чего как-то робко касается головки губами. Ему становится интереснее, и, высунув кончик языка, Райт слизывает выступившую смазку, пробует её на вкус и обхватывает головку губами. Солоноватый привкус ему приятен, и потому парень решает продолжить, начиная посасывать головку, неспешно двигая головой. Постепенно он набирает темп и вбирает член в рот глубже, помогая себе при этом рукой.       Как, чёрт подери, поменялась его жизнь за несколько дней с момента внезапного воскрешения Билли. Еще совсем недавно он строил грандиозные планы о своем будущем крутого режиссера, а теперь ни кем кроме Билли Джо Кобры и того, как же его соблазнить, голова не забита. Какой кошмар.       Откинув голову на подушки и расставив ноги, Билли расслабляется и предоставляет Спенсеру полную свободу действий. Тот делал все неумело, но явно старательно и не причиняя какого-либо дискомфорта. Наоборот, Кобра доволен. ― Ты всё правильно делаешь, ― на выдохе одобрительно произносит музыкант, устраивая ладонь на затылке Райта, но не нажимая. Он же не хочет, чтобы мальчик подавился из-за отсутствия практики. ― Еще немного, Спенс...       Но не требуется много времени, чтобы подвести его к оргазму. Билли несдержанно ведет бедрами и стонет, сжимая волосы на затылке мальчишки, и вскоре бурно кончает. Едва не подавившись от неожиданности, Спенсер дёргается, но не отстраняется и сглатывает семя Билли, совершенно не задумываясь, надо ли это делать или нет. Но всё произошло слишком быстро, чтобы он успел принять решение. Облизнув головку Билли Джо ещё раз, Райт отстранился и с улыбкой вытер губы пальцами. ― М-м... Ты сладкий... ― говорит Спенсер и укладывается рядом с музыкантом, устало потягиваясь. ― Ты прекрасен, Билли Джо Кобра. ― Что ж, об этом я и так прекрасно знаю, ― самодовольно говорит музыкант, наваливаясь на мальчишку сверху. ― Я страшно устал, Билли, ― говорит мальчик и зарывается пальцами в темные волосы мужчины. Райт смотрит на его красивое лицо и не может сдержать улыбки. ― Глаза просто закрываются. ― Не удивительно, ведь уже поздно, ― он кидает взгляд на часы и растягивается на постели, укрывая их обоих одеялом. ― Я даже не знаю, чего ожидать от завтрашнего дня, ― признаётся Кобра, прикрывая глаза. ― Кажется, я отвык от подобных вещей... ― А я думаю, ты справишься на высшем уровне, ― шепчет Спенсер, поглаживая Кобру по волосам. Он не спит до тех пор, пока не понимает, что его любимый уже заснул, и лишь тогда засыпает сам. В голове не осталось никаких мыслей, которые смогли бы заставить парня ворочаться, да и день был какой-то уж слишком сумбурный. Слишком много всего...