Другая история

      POV Элизабет Блэк.       После удачного ограбления кабинета директора прошло две недели. Как я и предполагала авроры ничего не нашли и никто не догадался что это была я. Дамблдор бегал как в одно место ужаленный выясняя кто такой плохой спалил его кабинет, вот только выяснить ничего не мог, как ни старался. Я же продолжала разрабатывать план по расшатыванию трона под Величайшим светлым волшебником последнего столетия.       Я искала и опрашивала разных магов, волшебные создания, маглов и многих других, кто хоть как-то был связан с Альбусом Дамблдором. Выпросила у отца его воспоминания о годах, проведённых с Дамблдором. Плюс те бумаги, которые раздобыла в его кабинете, всё это вместе составляло прекрасный компромат.       Пару дней назад я отправила в редакцию «Ежедневного пророка» письмо с частью компромата, лично Рите Скитер. Ответное письмо от блондинки пришло буквально через несколько часов. Она была просто в экстазе от полученной информации и готова была сама мне заплатить за остальную информацию. Я отказалась, попросив её лишь написать статью про Дамблдора по скандальней и как можно сильнее полить его грязью. Ну, в общем как она это любит.       Статья должна выйти в сегодняшнем выпуске Пророка. Я с улыбкой на лице пошла на завтрак. Мы с ребятами сидели за слизеринским столом, сегодня к нам как всегда присоединились Герми и Луна, которые сидели в обнимку со своими парнями. Драко и Вик сидели счастливые от присутствия рядом своих возлюбленных. Вчера вечером я им рассказала про статью и теперь они с нетерпением ждали когда же прибудут совы.       И вот, наконец, под потолком большого зала начали появляться первые совы. Все студенты, что получили свой выпуск Пророка, начали читать первую страницу. И с каждым прочитанным словом их глаза становились всё больше и больше. Вот слизеринцы, заметив реакцию остальных, тоже начали читать свои газеты. У кого-то так же округлялись глаза, а кого-то на лице расцветали ехидные и откровенно счастливые улыбки.       Вот кто-то из слизеринцев решил порадовать своего декана и отнёс ему газету. Северус Снейп не зря считался лучшим шпионом в обоих станах, и сумел не только сдержать эмоции, но сразу просчитал все возможные варианты. И того чем эта статься грозит директору, и того как бы всё это вывернуть в свою сторону с пользой для себя. А потом он очень внимательно посмотрел на меня, будто спрашивая моих ли это рук дело. Ну а что я, я только еле заметно кивнула и улыбнулась ему улыбкой чеширского кота. Он ответил на это слегка поднятыми уголками рта, что, зная его достаточно, можно было считать высшим комплиментом.       В статье описывалась жизнь отца до и после знакомства с Дамблдором. Как два юных мага познакомились и как общались. Так же там было описано, кто на самом деле стоял за всем тем ужасом, который происходил в те годы. Всегда когда отец рассказывал мне историю своей жизни, там были какие-то не состыковки. Тогда от меня постоянно что-то ускользало, и я не могла найти ответ. Но повзрослев, я поняла, в чём была причина. На отца постоянно накладывали империус, ему постоянно подливали зелья, а кто мог это делать кроме лучшего друга Альбуса, который всегда был рядом. Я не ради удовольствия стала мастером менталистики и оклюменции в четырнадцать лет. После получения мастерства, я смогла выяснить, кто с большим удовольствием покопался в мозгах тогда ещё молодого Геллерта Гриндевальда. А когда директор Каркаров попросил меня и Виктора поехать с ним в Хогвартс, моей радости не было предела. Ведь я, наконец-то, смогу добраться до этого старого ублюдка. И вот сейчас достав все необходимые бумаги, подтверждающие всё, мой план начал приходить в движение.       Вчера поздно вечером я отослала Рите все данные, которые только смогла достать и ещё приплатила сверху за её дополнительное журналистское расследование. Блондинка ухватилась за эту идею с небывалым рвением и пообещала издать серию статей.       Вот, наконец, Джинни Уизли поднесла Дамблдору газету, и он тоже прочитал статью. Кажется, она ему не очень понравилась. Как жаль, а мы с Ритой так старались. Эх, вот не ценят некоторые наш труд, ну вот что за люди. А всё-таки правду говорят русские: «Сделал гадость − на сердце радость».       Спокойно закончив завтрак, я первая вышла из большого зала под оглушительную тишину. Мой уход послужил спусковым механизмом, и студенты принялись обсуждать статью, некоторые кинулись писать письма родителям. Никто не остался равнодушным к ней, ну хоть не зря всю ночь тогда не спала. Директор мог только зло сверкать глазами. Ведь стереть память абсолютно всем невозможно. Зелья тут тоже не помогут. Ведь большая часть учеников это чистокровные и полукровки, которые носят специальные артефакты, которые не позволят ни в разум залезть, ни зелья подлить.       Остальной день прошёл не менее суматошно, все, не прекращая, обсуждали статью и рассказывали тем, кто не был подписан на Пророк. Те, кто не был подписан, уже до обеда отправили заявки. Все хотели увидеть продолжение сенсационной статьи.       А у меня внутри начало зарождаться нехорошее предчувствие. Не знаю с чем оно связано, но точно что-то назревает, и моя статья это событие только приблизила. После ужина я отправилась в совятню и послала письмо родителям с просьбой прислать сильный защитный артефакт, на всякий случай. На следующий день родители прислали самый сильный защитный артефакт, который только смогли найти в своих хранилищах. Но мне всё равно казалось, что этого не достаточно. Что это не поможет мне против того что готовит Дамблдор.       Как оказалось, я была права.       Прошла ещё неделя. Я шла мимо покоев профессора Снейпа на обед, когда оттуда вышел сам профессор и молодой, высокий мужчина с платиновыми волосами, которого я опознала как Люциуса Малфоя, Лорда Малфоя. Он же приходился отцом Драко и главой попечительского совета.       − Добрый день профессор, Лорд Малфой, − я склонила голову в приветственном жесте.       − Добрый, Элизабет, ты сейчас на обед? − спросил профессор, на что я лишь кивнула.       − Простите, мисс, нас, кажется, не представили, − мужчина склонился к моей ручке в лёгком поцелуе. − Меня зовут Люциус Абрахас Малфой, Лорд Малфой.       − Элизабет Блэк, приятно познакомиться с отцом моего друга, − представилась я.       − Блэк? Эм, простите за неудобный вопрос, но кто ваши родители.       − Ничего страшного, − я улыбнулась. Если у меня получиться наладить с ним контакт, то это будет весьма полезно. − Ваша жена, Нарцисса, приходиться мне двоюродной сестрой.       Сиятельный лорд так и застыл, ведь никто не знал, что я дочь железной леди, Вальпургии Блэк. Все думали, что я просто однофамилица тех самых Блэков. Дамблдор наверняка думает, что я какая-нибудь маглорождённая, просто воспитанная в аристократической семье, но это не так. А этим двоим, я рассказала, потому что хочу видеть их среди своих союзников. А брюнета мне хотелось видеть рядом с собой в несколько ином плане. Но об этом стоит подумать немного позже, сейчас момент точно не подходящий. Так, а чего это у предмета моих дум так глаза сверкнули.       − Мисс Блэк, а скажите, пожалуйста, кто ваш отец? − Ох, мамочка родная, пятой точкой чувствую, неспроста он это спрашивает.       − Эм, это не важно, − интересно, а как бы он отреагировал на то, что мой отец Гриндевальд? − Лорд Малфой, можно задать вопрос?       − Конечно, юная леди, − кажется, ему от меня тоже что-то нужно, только вот что, пока оставалось загадкой.       − Вы в Хогвартс по личному вопросу прибыли или в качестве главы попечительского совета?       − Ну, раз вы уже в курсе моей должности, то я могу рассказать цель своего визита. Я прибыл в Хогвартс как глава попечительского совета и представитель Совета лордов, чтобы десять раз не мотаться. Лорд Пруэтт попросил разобраться, что творится в школе, которой мы доверили своих детей.       − А как долго вы собираетесь пробыть в школе?       − Пока не знаю, как пойдёт дело, − улыбнулся мужчина.       − Что ж, спасибо за ответы, я пожалуй отправлюсь на обед. Приятного дня, профессор, Лорд Малфой, − я ещё раз поклонилась и, улыбнувшись, пошла в сторону большого зала.       Обед проходил спокойно до того момента пока Дамблдор не встал со своего места, желая сделать объявление.       − Дорогие ученики и учителя, я хочу сделать объявление о помолвке двух любящих сердец. Эти ученики попросили меня провести брачный ритуал прямо в стенах нашего любимого Хогвартса. Я хочу от всей души поздравить влюбленных и подойти ко мне. Рон Уизли и Элизабет Блэк прошу вас, подойдите ко мне, дорогие. После того как директор назвал имена в зале воцарилась мёртвая тишина, все были мягко говоря в шоке, и не могли сказать и слова. Рон Уизли с самодовольной ухмылкой на лице, выпятив хилую грудь на показ, пошёл к директору.       Я сидела в полном ахуе от происходящего цирка, чего они рассчитывают добиться этим заявлением. Или у Дамблдора отказали последние мозги на старости лет. Я с грустью посмотрела на свой обед, к которому даже не прикоснулась. А всё из-за того что сегодня с утра моё предчувствие достигло своего апогея, и мне кусок в горло не лез. И я поняла, на что именно они рассчитывали, эти уроды подлили мне в еду какую-то дрянь, причём лошадиную дозу. Я бы не заметила, если бы не вглядывалась в листья капусты, которые только сейчас начали чернеть. А неплохо всё продумали. Не будь у меня такой интуиции, я бы съела эту дрянь и не заметила. Ох, как же я благодарна маминым предкам за их связи с демонами. Наконец, отойдя от шока, я встала со своего места и начала аплодировать. Все сидели, так же молча. Я заговорила:       − Браво директор! Нет, действительно браво! Такой план! Всё выверено до последней детали, и зелье и речь! Долго готовили? Только вы забыли учесть тот вариант, что я не маглорождённая девчонка с большим потенциалом и ещё большим самомнением. Простите, что не сообщила, я думала, вы сами додумаетесь до этого, но как оказалось, это не так. Профессор Дамблдор, я чистокровная наследница одного из темнейших родов Великобритании! Вы что действительно рассчитывали выдать меня замуж за предателя крови и таким образом избавиться от моей персоны?       − Я понимаю, мисс Блэк, вы волнуетесь перед предстоящим торжеством, но перестаньте нести чушь.       − Лорд Малфой, вы как глава попечительского совета и представитель Совета лордов просто обязаны это засвидетельствовать.       − О чём вы, мисс Блэк?       − Да вот, тут директор применяет запрещенные зелья к студентам другой школы.       − Как интересно, − блондин осмотрел тарелку с едой и стакан с соком. − Профессор Дамблдор, как вы это объясните?       − Я не понимаю, о чём вы говорите, мистер Малфой…       − Я Лорд Малфой, потрудитесь это запомнить, а то я могу забыть, что вы являетесь победителем Гриндевальда. Тем более в свете последних событий, это утверждение довольно сомнительно. − Дамблдор даже воздухом подавился от подобной наглости. − Профессор Снейп, не могли бы вы подойти и опознать остатки зелья? Профессор тут же оказался возле стола и уже рассматривал мой несостоявшийся обед.       − Хм, это сильнейшая вариация зелья подвластия. Одна его капля способна и дракона подчинить, а тут его просто огромное количество.       − Итак, профессор Дамблдор, вы можете объяснить, как в еде студентки оказалось сильнейшее зелье подвластия?       − Я понятия не имею, что это за зелье такое. Лучше спросите у Рональда.       − Директор школы и не знаете что это за зелье? Если я не ошибаюсь это темно магическое зелье. Студент пятого курса даже чисто теоретически не способен его сварить самостоятельно. Следовательно, он его сюда принёс или его кто-то сварил здесь…       Разбирательство на тему кто, когда, зачем, почему и каким образом продолжалось ещё несколько часов. Всех допрашивали с сывороткой правды, которую принёс профессор Снейп. Но когда Рона спросили, кто дал ему это зелье он начал хрипеть, а потом просто упал на пол бездыханной куклой. Дамблдор лишь слегка поохал и выпроводил всех из своего временного кабинета. Лорд Малфой пообещал со всем разобраться и отбыл по своим делам. На следующее утро он вернулся и продолжил своё расследование.