Русская рулетка

Ли Сынхён торопливо поднимался вверх по лестнице, на ходу допивая уже остывший крепкий кофе и бросая пустой стакан в урну. Пару раз чуть не навернувшись на особенно скользком полу, парень быстрым шагом всё же добрался до кабинета начальника, у самой двери отдышался, собрался с мыслями и вошел. Светлая комната с панорамными окнами на две стены, длинный белый стол посреди помещения и человек в костюме, сидящий во главе стола и перебирающий какие-то бумаги. Сынхён тихо приветствует мужчину, но тот никак не реагирует, поэтому парень решает подойти ближе. — Здравствуйте, директор. Названный директор, мужчина лет сорока пяти, наконец, отрывается от своих бумажек и улыбается зашедшему работнику, затем кивком приглашает сесть на ближний стул. Сынхён присаживается на самый край, нервно сжимая колени в ладонях, и неотрывно смотрит на начальника, пока тот медленно убирает документы и достает какую-то тонкую синюю папку. Его не часто вызывали в этот кабинет, да ещё и сам начальник, поэтому парень чувствовал напряжение всем своим телом и иногда задерживал дыхание, замечая на себе неожиданно насмешливые взгляды директора. — Ли Сынхён… Ты отлично работал все эти годы, верно служил и служишь сейчас своему начальству… Первая мысль, что пронеслась при словах директора, была об увольнении. Ли с ужасом вздрогнул и округлившимися глазами посмотрел на директора, не понимая, из-за чего его выгоняют с работы. Он пришел в отдел криминалистики ещё в раннем возрасте неопытным и пугливым мальчишкой, но вырос на глазах, с каждым выполненным делом становившись всё более опытным мужчиной, каким он и является сейчас. На счету у Сынхёна несколько десятков раскрытых дел, начиная с мелкого хулиганства и заканчивая тяжелыми преступлениями, которые он раскрывал с минимальной помощью и довольно быстро, показывая своё профессионализм в деле. За всё несколько лет Ли не только сделал успешную карьеру, но и заработал хорошее впечатление со стороны начальства. Все знали, что этот парень слишком ценный кадр, которого нельзя так просто уволить без особо веской причины. Да и сам он не давал никакого повода для этого. Но директор Ян ХёнСок разуверил Сынхёна, увидев его шоковое состояние и рассмеявшись. — Да не бойся ты, никто тебе выговор не делает, ты правда отличный работник, — похлопал мужчина его по спине, затем продолжил в более серьезном тоне: — Сынхён, в среду ты успешно завершил довольно запутанное дело о том маньяке-похитителе, так? Я был приятно удивлен, что ты стал справляться даже с такими сложными ситуациями. Поэтому на прошедшем собрании, поговорив с начальниками других отделов, мы приняли решение доверить тебе одно дело. С этими словами он протянул Ли ту синюю папку, которую достал из шкафчика минуту назад. — Уже несколько месяцев прошло, результатов по раскрытию никаких. Значит, ситуация такова: довольно большая и мощная группировка мафии, специализирующаяся на убийствах и поставке нелегального оружия из Китая. Зафиксировано более 100 убийств людей на их счету, в основном это были представители правоохранительных органов, суда и правительства. Они берутся лишь за устранение больших шишек, извиняюсь за выражение. В последнем месяце нам удалось поймать лишь нескольких представителей этой мафии, но все из них до последнего отказывались говорить и затем, не дожидаясь суда, вешались в своих камерах. Мы потеряли их след и тебе надо попытаться хотя бы выйти на одного их них, поймать любой ценой и выбить информацию об их главе. Ты меня понял, Сынхён? На тебе лежит большая ответственность за это дело, ты можешь отказаться, я не стану препятствовать. — Всё в порядке, директор. Сколько человек задействовано, помимо меня? Могу я с ними поговорить? — теперь парень не чувствовал никакой напряженности, лишь пьянящую заинтересованность в деле. — Три главы отделов, примерно двадцать сотрудников, плюс услуги детективного агентства. Второй этаж, вторая дверь слева — общий кабинет, где проходят собрания. Можешь поговорить с Кан Дэсоном, он активно принимает участие в этом и осведомлен обо всех подробностях. — Хорошо. Это большая честь для меня, я постараюсь и сделаю всё, что от меня зависит. Поклонившись несколько раз директору, Сынхён покидает кабинет и быстрой походкой направляется на второй этаж с легкой улыбкой на губах. Ещё одно сложное дело, от которых Ли просто без ума. Да, он довольно успешный криминалист, раскрывающий больше 80% своих заданий, что дается даже не каждому работнику с 30-летним стажем. Его секрет прост — он азартный игрок. И каждое дело превращает в игру, где он сам диктует правила и решает, кто станет абсолютным победителем, а кто падет ему в ноги при поражении. Сынхёну действительно нравилась его работа, потому что именно так он мог поиграть с судьбами других людей и заставить признать его победителем этой жизни. В его характере было наслаждаться расследованием, не обращая внимания на мелкие неудачи и следуя по пути, который поможет в который раз возвести Сынхёна на пьедестал победы. Он был оптимистом, человеком, который упорно не бросит то, за что взялся, и всегда доводит до конца. И за всю карьеру у него не было ещё ни одного нераскрытого дела, лишь удачно раскрытые и те, в которых преступник либо погибал, либо оправдывался в суде. Ну, его работа заключалась именно в поимке, поэтому дальнейшей их судьбой Ли не сильно интересовался. — Эй, Сынри, ты где был? Сынхён обернулся на источник шума и широко улыбнулся — к нему направлялся Дэсон, его друг и товарищ, с которым он вместе начал свою карьеру. Имя, которым только что назвал его хён, было прозвище, придуманное Дэ ещё в студенческие годы, и так и прицепилось к нему с того момента. Большинство коллег хоть и зовет его по настоящему имени, однако «Сынри» тоже часто используется. — У директора. Хён, теперь мы будем работать над одним делом, ты счастлив? — Ри довольно улыбается и крепко обнимает Дэсона, тот довольно хмыкает и несильно хлопает его по спине ладонью. — Ну если директор поручил тебе именно это дело, думаю, мы в кратчайшие сроки всё закончим, — смеется хён, беря своего тонсена под руку и ведя его в кабинет. — Не преувеличивай. Вообще-то ты и сам мог с этим справиться, или ты специально тормозишь процесс? Сынри знал, что Дэсон не менее значимая фигура в их агентстве, потому что если Сынхён и первый по раскрытию дел среди молодых работников, то его хён — второй. Он гениально расследует дела, находя важнейшие улики там, где их пропускает другой сотрудник, и быстро завершает дела, точно определяя местонахождение преступников, исходя из собранного им же. В большом кабинете было ещё несколько работников, перебирающих бумаги и отвечающих на телефонные звонки. Сынри вежливо поклонился всем и был посажен на стул напротив Дэсона, который сел за своим столом и извлек из ящика толстую папку с делом, положив перед Сынхёном. Ли стал внимательно изучать предоставленный материал, перелистывая страницы, пока Дэсон объяснял подробности. — В общем, на сегодняшний момент нам нифига о них неизвестно. Точнее, есть только основной материал, который нам удалось недавно получить от детективов, и небольшое досье на умерших членов. Их деятельность раскинута по всей Корее и восточной части Китая, включает в себя транспортировку оружия через портовые судна, а также убийства людей. В данный момент они нацелились на одну крупную компанию. Буквально несколько недель назад они убили одного из председателей совета компании, и это уже их двадцатый человек. Найден с ножом в горле в одном из переулков, недалеко от офиса компании. По показаниям свидетелей определить личность невозможно, есть лишь общие сведения: средний рост, черное пальто, черная шапка, черная маска. Боже, я действительно с ума сойду… Они почти не оставляют улик, действительно профессионалы своего дела. — Хён, похоже и у тебя наступил кризис, — усмехнулся Сынри, пролистывая страницы толстой папки и сверяя данные с данными в тонкой, выданной директором. — Это действительно какой-то кошмар, Сынри-а, и это не смешно. Пусть хотя бы записочки оставляют что ли, чтобы разнообразить наши отчеты. — Не волнуйся, где-нибудь, да облажаются. Говоришь, сколько дней произошло с последнего убийства? — Двадцать два. Все улики у Сохён, она в хранилище. Не думаю, что тебе сейчас стоит идти на место преступления, там всё давно уже вычищено. — Начну, пожалуй, с осмотра портов. Завтра же поеду в ближайший и расспрошу персонал. Хён, поедешь со мной? — Неа. Мне надо пойти наведаться в один бар… — Хён! — Для расследования, Сынри-а, для расследования. Несколько дней назад там видели одну подозрительную личность, и я намерен проверить это место. Так что не думай, что я отлыниваю от работы и хожу по странным местам, — Дэ улыбается и откидывается на спинку кресла, потягиваясь. — Ладно, тогда схожу туда один. Можно забрать папку домой? — Сделай копии того, что тебе нужно. — Хорошо. Через час Сынри уже сидел в машине, устало перебирая в руках документы и складывая их на сиденье рядом. Он опять возвращался домой в семь часов, заканчивая рабочий день на час позже. Но не в его положении было жаловаться — сам он всегда опаздывает на работу на несколько часов, приходя в офис где-то в десять вместо положенных восьми. Но начальство закрывало на это глаза, зная, что с ним проблем в работе не будет, чем и пользовался Сынри каждый раз. Заводя мотор и нажимая на педаль газа, Cынри выезжает с парковки на своем черном Мерседесе, купленном на собственные заработанные деньги. Он мог себе многое позволить, получая большие доходы как из белой зарплаты, так и с премиальных каждый месяц, начисляемых начальством за хорошую работу. Этого было достаточно, чтобы обеспечить хорошую жизнь себе, так и своим близким, которые жили в другом городе. Сам Сынри из провинции, приехал в Сеул ради учебы, поселился в общежитии и получал деньги, работая официантом и грузчиком по вечерам. Это были тяжелые для него времена, однако Ли каждый раз вспоминает их с улыбкой на лице, ведь воспоминания есть воспоминания, которые остались в прошлом. Именно они создали то, чем является сейчас Сынри, пройдя через все трудности и пережив большие неудачи. Сынхён думает, что каждый человек должен пройти через сложный период его жизни, ведь именно так закаляется характер и идет становление личностью. Сам он многого натерпелся тогда, что сейчас может только улыбаться и идти вперед, не вставая на те же грабли и переступая через препятствия у него на пути. Путь от работы до дома не занял и двадцати минут, благо, обошлось без пробок. Квартира Сынри находится на двенадцатом этаже высокой многоэтажки в центре города, откуда открывается прекрасный вид ночного пейзажа. Две большие комнаты, одна из которых спальня, другая — гостиная. Хоть хозяин и старается держать порядок в доме, однако в квартире всё равно ощущается холостятский дух благодаря не помытой вовремя посуде и разбросанным по всему дому вещей. Да, к сожалению или радости, у Сынхёна давно не было девушки, ещё со времен учёбы, когда можно было веселиться, гулять всю ночь по клубам, знакомиться со многими девчонками, а на утро не помнить даже их лиц. Вообще-то, парень вел довольно разгульный образ жизни, живя в общежитии вместе с другими такими же весельчаками. Однако непонятно каким образом, но ему удалось окончить институт без плохих оценок и даже устроиться на хорошую работу, на которой он работает и по сей день. Таким образом, Сынхён отбросил всё веселье, оставив его на втором плане, и полностью погрузился в криминалистику. Многие друзья позабылись, девушки больше не пишут, только родители иногда звонят из другого города поздравить с праздниками и узнать, как продвигаются дела. Парень давно не видел своих родителей и младшую сестру, которая уже окончила школу, но не может увидеться из-за нехватки времени. Отпуск попросить невозможно — дела всё идут и идут одни за другими, не давая ни одному из работников агентства отдохнуть, будь то обычный секретарь либо такой важный работник, как Сынри. Но он не жалуется. Просто не на что жаловаться, если ты изначально выбрал этот путь, который тебе нравится, и продолжаешь упорно трудиться в первую очередь ради себя. Спать Сынхён ложится поздно. Несколько часов уходят на чтение всех листов с делом, затем переписывание на компьютер целостной картинки для большего понимания, затем вникание в материал. По расчетам парня, у них действительно есть не так уж много улик, учитывая, что работа идет вот уже несколько месяцев. Однако этого достаточно, чтобы найти те еле видимые ниточки, за которые можно уцепиться, так что не всё так плохо, как говорил Дэсон ещё днем в офисе. То, что преступники оставляют оружие на месте преступления — уже говорит о том, что надо проверить производителя и отпечатки, которые они, судя по всему, не оставляют. Сидя сгорбившись за столом, Сынри внимательно изучает бумаги, нахмурив брови. Взгляд бегает по строчкам, останавливаясь на более значимых словах. «На теле убитого найдено большое количество повреждений кожных тканей, сломаны два ребра и фаланга указательного пальца на левой руке». Вполне возможен один из вариантов: убийца хотел узнать какую-то информацию от покойного, поэтому прибегнул к мерам пытки. Однако в ротовой полости никаких ниток ткани обнаружено не было, а значит, рот ему не закрывали, тогда почему его не услышали прохожие люди, учитывая, что преступление произошло в районе восьми вечера в переулке одной из главных улиц? Сынри пытался мыслить более обширно, учитывая все возможные и невозможные варианты. Ничего из вещей убитого украдено не было, получается, у него с собой не было того, что преступник так хотел получить. Либо информация, либо то, что хранится у глав компании — вынес вердикт Сынхён и резко закрыл папку с характерным хлопком бумаг. Голова парня жутко болела из-за длительных мыслительных процессов, поэтому, выпив таблетки от мигрени, Ри сразу же пошел на свою большую двухместную кровать и упал на нее лицом вниз. Зарывшись в несколько одеял и обняв одну из подушек, Сынри закрыл глаза. Спать ему не удавалось — все мысли были заняты только этой мафией, которую так хотелось поймать. Но не быстро, маленькими шажками постепенно приходя к конечному результату. Ведь всегда интересен сам процесс, нежели конечный результат, не так ли?