Теперь у тебя я.

      У Тэхёна весна на всю голову. Конец апреля радует теплом и ярким солнышком, которое не печет, но согревает, и лёгкий ветерок окутывает комфортом. Выкуренный полчаса назад косяк, приумножает яркость дня, в таком состоянии, самое то пойти в парк развлечений с названием "Страна Радости", просто отлично! Тэхён рассасывает розовую сладкую вату и щурится от удовольствия, как же замечательно. Заработанная денежка согревает душу и карман пуще солнца. Он замечает на скамейке милого парня, с черными, как смоль волосами и тёмными глазами, невероятно симпатичный, плотный, кажется спортсмен, судя по нежному личику, старшеклассник или около того. Он сидит один и уплетает мороженное, мятное лакомство тает и капает парнишке на коленку в прорези узкачей, от чего тот шипит и кривится, забавно так, что Тэхён не сдерживается и смеётся. Парень поднимает голову и смущённо улыбается. Тэхён ни разу не скромник, потому усаживается рядом, закидывая ногу на ногу: - Привет! Я Тэхён. Парень смотрит удивлённо, а затем широко растягивает рот в улыбке, обнажая крупные зубы: - Привет... Я Чонгук. - Голос мягкий и мелодичный, таким бы петь. Тэхён смеётся и тычет пальцем на улыбку Чонгука: - Нет, ты Гермиона Грэйнджер... - Он сгибается пополам от смеха, пока Чонгук думает обижаться ему или смеяться вместе с Тэхёном.       И он всё-таки смеётся. Этот Тэхён интересный, определённо старше его. И красивый, особенно глаза и то, как он смотрит на Чонгука, прикрыв ресницы, с нежностью и любопытством. Если бы у Чонгука была возможность подумать тогда... Но Тэхён не оставляет таких возможностей, он завораживает простотой и смелостью, запутывает, тянет за руку на самые рисковые аттракционы и в тоннеле страха целует так, что сердце заходится в бешеном ритме. Телефон без конца вибрирует сообщениями от Намджуна. Его Намджуна вообще-то, нежного и трепетного, осторожного. Но Чонгук пишет лишь "Прости, хён, сегодня не получится. Я встретил друга". А на следующий день Тэхён пропадает, чтоб объявиться утром, скрестись пьяно в дверь, а потом сжимать горячо и так крепко, что не вырваться. Пока Тэ его целует, Чонгук говорит, что был напуган, что он расстался с парнем, а Тэхёна всё не было. Пока Тэхён вдалбливает его в белые простыни, то всё повторяет "Прости, прости, Куки, я больше так не буду". Пока Чонгук кончает под ним от одного только осознания, что этот тонкий, нежный парень с бархатистой кожей - его, прощает всё. Как простит ещё не раз.       Они гуляют вечером по Сеулу, слишком много людей вокруг и Чонгук украдкой шепчет, что хотел бы прямо здесь и прямо сейчас обнять его и поцеловать, но нельзя... Тэхён реагирует моментально, хватает его за руку и прижимает ближе, впиваясь в губы остервенело, сжимая упругие ягодицы, тащит в подворотню, где темно и страшно, нетерпеливо стягивает узкие джинсы с себя и Чонгука и падает на колени, сосёт член своего мальчика и надрачивает себе, а затем, смочив пальцы в слюне наскоро растягивает и вбивается, сипло выдыхая, сливаясь со стонами Чонгука, забывая где и кто они. Для Тэхёна Чонгук - маленькое чудо. Такое робкое и невинное, с большими глазами, наполненными обидой и слезами по утрам, когда он приходит после особенно долгого отсутствия. Чудо, неумело готовящее обед для них двоих. Чудо, которое ластится как маленький котёнок, когда они смотрят какой-нибудь фильм вдвоём, подставляющее голову под руки, чтоб его погладили и сказали какой он хороший и красивый. И какой он только его, Ким Тэхёна. Чудо правильное и смущающееся, но послушное, гибкое.       Чонгук только его и это - правда, пока о себе не напоминает Намджун, который звонит Тэхёну и предлагает встретиться. А Тэхён не против. Он вообще за любой кипишь, кроме голодовки. - Знаешь, вам пора прекращать этот детский сад. Ты Чонгуку не пара, сам понимаешь. - Джун пьёт крепкий кофе и сморит над чашкой, не отрывая взгляда. - А кто ему пара, ты что ли? - Тэхён слизывает густую молочную пенку с верхней губы и усмехается. - Я. - Намджун не говорит больше ничего в свою пользу. Только Тэхён всё равно чувствует, что он прав, хоть и не хочет соглашаться. Он вздыхает тяжелей, чем стоило в такой ситуации, не желая того, показывает, что он знает. Что согласен даже, где-то в глубине души.       Тэхён уходит к Юнги, переварить, обдумать и понять что к чему. И готов ли он вообще к Чонгуку. Но потом работа, редкая возможность обзавестись деньгами, ещё пару вечеринок, встреч, случайных перепихонов, за которые Тэхёну даже стыдно. А через неделю, двери в квартиру его чуда, открывает взъерошенный высокий парень, который увидев Тэхёна, улыбается и кивает головой, мол, входи, добро пожаловать. А в глазах вся мудрость мира, в глазах бегущей строкой "Я же говорил". ***       Хосока ведёт от этого парня с вкраплениями зелёного в волосах. Такие стройные бёдра и подтянутый зад, пальцы длинные, красивые до невозможности. А эти глаза с поволокой, прикрытые пушистыми ресницами и губы, постоянно влажные, то от жидкости в его стакане, то от языка, то и дело мелькающего между ними. Хосок бы зажевал эти губы, жёстко, сжал бы этот зад до синяков и заставил трахать самого себя, своими же роскошными пальцами. Он так ярко представляет себе как Тэхён сидит напротив, широко расставив ноги, и вводит, сначала один, потом, два, три... Как подрагивают мышцы на животе, а голова запрокидывается, оголяя дёргающийся кадык, как сияет смуглая бархатная кожа. И выдохи, стоны, низкие, хриплые... Картинка разбивается со звоном, когда он слышит шёпот рыжей шлюшки: - Он тоже актив...       Пак Чимин, ну кто тебя просил? Им и надо было, всего-то, уединиться, догнаться, а там бы решили, кто, куда и чем. Тэхён ещё и дерзкий, хоть и выглядит отстранённым. От пальчика под ленточкой на шее, у Хосока мурашки табунами ходят. А губы так близко, что вот сам напрашивается... До него с трудом доходят слова Тэхёна, проносится мысль про обезболивающую мазь, на чём он себя стопорит. Что ещё за мыслишки? Ты посмотри-ка, а он хитрый. - Эй, притормози-ка...- Хосок кладёт свою руку на талию парня и притягивает ближе. - Давай потом разберёмся, кто из нас свою жопу лечить будет? - Он шарит руками по заднице, забирается под футболку, сжимая пальцами кожу, и смеётся всё так же, в губы, только Тэхён больше не лыбится надменно, и смотрит как-то растерянно, выпивает залпом остатки в стакане и отставляет его в сторону. Голос басит и хрипотцой разносится: - Пойдем, поговорим?       Он тянет Хосока за собой, цепляя своими пальцами его, через кучки пьяных людей. Они проходят мимо целующихся пар и орущих во весь голос девочек. Вроде что-то из 2NE1... Ага, вы лучшие, блин. Хосок смеётся. Разглядывает спину впереди, оглаживает мысленно и облизывается. Тэхён это чувствует, потому что оборачивается и щурится укоризненно. Ну, ещё бы. Хосок умеет взглядом дыры прожигать. Тэхён затаскивает его в тесную кладовку и жмётся близко, трётся настойчиво, рывками расстегивает ремень. - Тише, тише. Ты чего творишь? - Трахнуть тебя хочу. - Тэ тычется носом куда-то в шею и обжигает дыханием, вот уж явно не терпится, он хватает Хосока за волосы на затылке и целует, мокро, долго, вытворяя языком невероятные кульбиты. У Хосока перехватывает дыхание, а точнее дышать становится всё труднее и он сам вжимается в знойное тело, впивается в бока руками, выдыхая судорожно и наваливаясь всем весом. Пальцы путаются в пряжке, которая звоном нарушает мелодию из тяжёлых выдохов и вздохов, он стягивает штаны вниз, находит горячей рукой член и пытается встать на колени. Но Тэхён не отпускает его губы, впивается зубами, больно оттягивая, провоцируя на стоны. Хосок хватает Кима за шею и надавливает, чтоб тот отпустил его. - Эй, ты охренееее... - Окончание теряется в стоне, потому что головка его члена уже во рту у Хосока, он умело вбирает сантиметр за сантиметром, гудя утробно, посылая вибрации, отчего у Тэхёна звёзды перед глазами... Он выстанывает имя, громко, не стесняясь, вряд ли их кто-то услышит, за дверью слишком шумно и слишком не до них. А Хосок сосёт всё глубже, втягивая щёки, хлюпая слюной и смазкой, размашисто двигая головой, стараясь взять в рот до упора. Тэхён почти срывается на низкий крик, когда упирается членом в Хосокову глотку и спускает, сжимая волосы на его затылке в кулак, не давая отстраниться, хоть тот совсем и не сопротивляется... Через секунду, он, оттолкнув Хосока, пытается застегнуть штаны дрожащими пальцами. Парня напротив он не видит, зато слышит тяжёлое, сбитое дыхание и то, как он пытается прочистить горло. - Ну, вот ты и трахнул меня, малыш. Теперь моя очередь. - Хосок хрипит, всё ещё не восстановив дыхание. - Ох, извини, не сегодня... - Тэхён ядовито смеётся и выходит наружу.       Он спешит к выходу, не замечая восхищённый взгляд Чимина и его громогласное "Дэээбаааак, Юнги, я тоже так хочу".