Все начинается с музклубов

      Рано утром по дорожке шли две девочки, весело что-то обсуждая.       — Вика, ну ты че, тупая? — спросила быдловатая девчушка с черными волосами.       — Сама ты, блядь, тупая, Алис, — тут же наорала на нее идущая рядом девочка со светлой копной волос на голове, — а я просто предположила!       Дело все в том, что Вика предложила устроить любовь их совершенно противоположным одноклассникам, которые, тем не менее, по ее мнению прекрасно друг друга дополняли. Алисе же эта затея совсем не нравилась, и она яро отрицала даже возможность создания подобной пары.       Вика и Алиса приходят к музклубу. Дверь незаперта, что очень странно. Они заходят внутрь и ахуевают... Их взору предстал полный пиздец. Посреди комнаты стоял голый Кирюша, которого поспешил прикрыть Ванюша. В его глазах читалось сожаление, ведь он хотел грубо взять Кирюшу здесь и сейчас, а пришедшие бабы его прервали. Вика ухмыльнулась, подумав о новом пэйринге, а Алиса просто вспомнила физика-тролля, который шутил про их нетрадиционную ориентацию. С ее губ сорвался восклик "Эээээ!", но она ничего не сказала. Кирюша что-то бормотал про исчезнувшую не весть куда Полину, ощупывая следы от ее засосов (а Полинины засосы отличаются от всех остальных) на своем животе. Рядом с большой грифельной доской стоял голый Степа, который, не найдя пристанища для своего нагого тела, испытывал кайф, касаясь мокрой тряпочки и вытирая темную поверхность доски, на которой были нарисованы очень возбуждающе завитые скрипичные ключи. Где-то между матрасами торчала Наташа, которая стонала, пытаясь привлечь внимание увлеченно моющего доску Степы, но, потерпев неудачу, она решила взять микрофон и, уйдя поглубже в матрасы, занялась собой. Под роялем лежала Юля, которая увлеченно надрачивала на портрет Бетховена, а на нее, в свою очередь, фапал Андрей, представляя, что это Марина, натирая его корнишон. Поверх матрасов, отчаянно придавливая Наташу, лежали Никита и Рита, занимающиеся безудержным БДСМом. В его руках была плетка, которой он нещадно бил одетую в латексный, почти ничего не прикрывающий костюм Риту. Ее глаза были завязаны его галстуком, а у нее в зубах был кляп, но он не мешал ей стонать от удовольствия. Но только сам Никита знал, что возбуждает его не тело Риты, а картина дрочащего Андрея. Рита же ничего не подозревала и ловила оргазмы. Рояль постоянно содрогался и наполнял комнату хаотичными звуками биения по клавишам, потому что внутри устроили игрища целых три девушки: Даша, Лиза и Эля лежали друг на друге и с возбуждением касались девственной плоти друг друга. Тимофей же снимал все вокруг на телефон, особенно акцентируя внимание на происходящем внутри рояля, ведь он был влюблен в каждую из этих троих и был не против к ним присоединиться, но в музыкальном инструменте было слишком мало места для четверых. За окном постоянно маячили голые Данил и Миша, челочка которого весело подпрыгивала, а за одной из шторок внутри помещения стояли Аня с Машей, увлеченно и жарко целуясь, вспоминая прошлую ночь, проведенную в общей бане. На одном из матрасов сидел Артем, на ляжках которого прыгала его младшая сестричка, а он сладко постанывал от такой запретной близости. Он не боялся, что мамка не так его поймет, потому что ее здесь не было, а Катя была в полном экстазе от происходящего, ведь у ее братика уже был опыт с Лагутиной в школьной раздевалке. За барабанной стойкой сидел Володя в приспущенных боксерских трусах, блаженно прикрывший глаза. Перед ним на коленях стоял Женя в Володиной красной пропитанной потом майке, и обоих это возбуждало. Женя старался и усердно доставлял удовольствие Володе своим ртом и руками. Он знал, что Володя обязательно отблагодарит его после. Также он знал, что где-то внутри самого большого барабана сидел Симон, который яростно дрочил на ебущиеся силуэты. Никто не понимал, откуда берутся огромные мозоли на его ладонях, а сам Симон прикрывался занятиями по скалолазанию, на которые он никогда не ходил, и именно сейчас Алиса с Викой узнали истинную причину. Откуда-то из-под дощатого пола, который укладывали трамваем таджики и буряты, доносились короткие сладкие стоны Сережки. Также, если прислушаться, можно было уловить тихое и слабое пыхтение Витали, а сквозь щели в плохо уложенном полу (а чего вы хотели от таджиков и бурятов?) можно было увидеть поблескивание двух пар глаз, находящихся в интимной близости.       А в самом углу, где-то под портретом Шуберта, сидел Руся, что-то пишущий в ярком, покрытом маленькими каплями спермы блокноте, а рядом с ним Настя перебирала книги с полки и зачитывала ему эпичные цитаты, которые он спешил записать в свой блокнот. На Насте была коротенькая юбочка, отчего, когда она тянулась за очередной потрепанной книжкой с верхней полки, юбка задиралась до неприличия, и Руся невольно заглядывался на все прелести балерины, и его рука машинально опускалась к ширинке. В очередной раз оторвавшись от блокнота, Руся увидел Вику с Алисой, смотрящих на весь этот пиздец с неопределенными выражениями лиц, и крикнул:       — Э, шкуры, хотите анекдоты почитать? Я создал!       Алиса и Вика переглянулись, и, словно по минному полю, отправились пиздить Русю за оскорбление их личностей и за то, что он дрочил на Настю, которая была для него слишком хороша. Тут же Руся, спотыкаясь о книги, которые раскидала Настя, и торопясь, выпрыгнул в приоткрытое окно, чуть не затоптав Данила, не забывая записывать все это в блокнот...