Конченый козлина-фетишист

- Как у тебя уже там? - спросил Майк. Он стоял, оперевшись своим плечом на шкаф. - Да все уже. Господи, иногда меня просто выворачивает от осознания того, что я чертов омега... Нет, я, блин, как дама, у которой "праздники" один раз в месяц. "Счастье"... - Ты всегда такой вредный и ворчливый? - Я не вредный. Я просто задолбался. Сам попробуй побыть омегой хотя бы месяц, тогда посмотрим, сойдешь ли ты с ума или нет. - Как ты? - Чувствую, словно пережил гигантскую депрессию. А что у тебя лицо такое? - Просто мне тебя жаль. - Давай ты лучше свою жалость прибереги для других. Когда меня жалеют, мне кажется, словно... Нет, неважно. Пойдем лучше куда-нибудь, заморим червячка перед тренировкой. А то мне надо еще молодежь обучать. - Так ты решил стать тренером? Ничего себе. - Ты сам тренер, просто в несколько другой сфере. А где Зак? - Зак, как ты уже знаешь, успел увлечься стрельбой. - Из чего? Передай мне ту рубашку, - Майк передал Рафу майку черного цвета. - По правде, он пробьет все. Даже недавно стрелял из арбалета и лука. - Интересно. А как же... - Ты имеешь в виду спортзал? Зак сказал, что, мол, успеется. - В последний раз ему пришлось набирать форму за три недели перед соревнованиями по бегу, а потом по плаванию. *** "Да, он, конечно, симпатичен, обаятелен, да и вообще в моем вкусе по всем параметрам! Но характер! Да как он посмел меня оскорбить при всех?!". Александр негодующе смял стопку бумаг и заодно папку, в которой они лежали и кинул на стол. Сейчас он находился в офисе в своем кабинете и "пытался" работать после того, как произошел этот каверзный случай. Александру отказали. Впервые в жизни, да еще и в такой форме. Это было для него все равно, если бы к нему просто подошли и плюнули в лицо. Это было оскорблением по всем параметрам. Мужчина негодовал и пытался понять, что, черт возьми, он такого сделал, из-за чего этот красавец, - хоть и нервный, - взбунтовался, ощетинился и избил его у всех на виду. "Может, дело было в обращении к нему? Да, думаю, все из-за этого...". Как раз во время размышлений на тему произошедшего в кафе раздался стук в дверь. - Войдите. Дверь распахнулась и со стуком ударилась об стену. Александр молча поднял глаза. - Друг мой! Как же давно мы с тобой не виделись! - Артур, сейчас не время для жарких объятий и объяснений в искренней дружбе. Я работаю. - Ох уж эта твоя работа. Артур - это старый друг Александра еще со школы. Он тоже занимает высокое положение, только в другой компании, с которой сотрудничает компания Александра. Артур поправил черный костюм с галстуком и сел за стол рядом с Александром. - Брось уже свои выкрутасы с работой. Сколько тебе уже? Почти двадцать шесть? Вот. А еще ни с кем ни-ни! - Я давно не девственник. - Алекс, ты сам понимаешь, о чем я. Твоя супружеская жизни находиться на стадии созерцания, годы уходят... Вскоре ты постареешь и станешь старым скупердяем, а я буду только и делать, что выслушивать твои меланхоличные бредни "о жизни молодой, страстной". Алекс засмеялся. - Ну уж нет. Не такой уж я старый. - Но ведь будешь? Вот посмотри на меня - мне уже тридцать один год. А на голове седой волос. С этими словами Артур указал пальцем на одну из своих длинных черных прядей, зачесанных назад, где был ясно виден серебряный волос. - Тридцать один год, а уже седой волос. Что будет в сорок лет? - Я сказал и повторю еще раз - ты не такой старый. - И все-таки подумай над моими словами. Кстати, я вот пришел... Пойдешь с нами сегодня вечером в бар? Выпить, поговорить, подцепить... - Как получится. Артур приложил свою руку ко лбу мужчины. - Ты что делаешь? - Температуру меряю. Вроде нет... Ты головой недавно случайно не бился? - Нет, - раздраженно ответил Алекс, - не бился. - Так я тебе и поверил. А что это за синяк под ухом? - Просто царапина, - Алекс встал с кресла и пошел к шкафу, в надежде, что отвяжется от назойливого друга путем муторного раздора бумаг, - это просто царапина. - Да нет, друг мой - это совсем не царапина. Это маленький, но темный синяк! Кто тебе его поставил, да еще и в таком месте? Неужели у тебя?.. - Да ничего у меня не было! - Спокойно, Алекс, спокойно... Если не хочешь рассказывать, то не рассказывай. Просто если тебе понадобится помощь, то тебе придеться собраться с духом и выложить мне все, не утаивая ничего, понятно? Алекс молчал. Он решал: рассказать или, подождав, сделать это? В конце концов, после мучительного обдумывания ситуации он решил, что... - Садись и запаслись терпением, Артур... ... надо все рассказать. - ...ибо рассказ будет долгим. - Я весь в предвкушении, дорогуша.