Взломать хакера

      Луччи сидел в кабинете Винсмока и задумчиво перечитывал отчёты тех программистов, которые пытались найти хоть что-то по поводу ограбления счёта. Никаких адекватных фактов, одна сплошная вода.       Откровенно говоря, тот факт, что их ограбили, сильно бил по профессиональной гордости Луччи. Если дело касалось безопасности, то тут Роб гордился тем, что был непробиваем. Ключевое слово «был». Хоть Санджи и утверждал, что в этом нет его вины, темноволосого это мало успокаивало. В конце концов, он должен был следить за безопасностью как компании, так и их синдиката. Даже если эта безопасность виртуальная. Винсмок всегда говорил, что он слишком много на него взваливает, но Роб не жаловался, ему это даже нравилось. Нравилось то, что люди могут довериться ему. Могут положиться на него. Теперь на его репутации пятно, и это жутко бесило Луччи.       В кабинет зашла Нами. Луччи уловил плохо скрытое раздражение в её взгляде.       — Что-то случилось?       — Конечно. Нас ограбили, а наш босс шляется неизвестно где!       — Ну почему же, он у Ророноа.       — О, так он, наконец, сдвинулся с мёртвой точки?       — Я не знаю, он мне не докладывается.       — Так узнай! — прошипела рыжая. — Я уже устала убеждать всех, что всё хорошо, но нужно потерпеть ещё не много! Этот Зоро ведь самый крутой в своём деле? Только что-то этого не видно.       Луччи промолчал. В том, что Зоро мастер своего дела, он не сомневался, да вот только дают ли ему работать, вот в чём вопрос? Но с другой стороны, хоть какие-то результаты уже должны быть, а их всё нет. Луччи вдруг подумал, что их могут водить за нос, хотя, может, действительно дело сложное и трудоёмкое. Сам он в программировании не разбирается настолько хорошо, чтобы судить чью-то работу. К тому же, его босс мог довести до точки кипения любого, так что хакер мог заартачиться и вообще всё бросить.       — Ты чего молчишь?! — из раздумий Роба вытянул голос Нами.       — А что я должен сказать? Я с хакером дел не веду. Придёт Санджи, у него и спросишь.       — Скажи мне, — вдруг спросила Нами приторным голоском, от которого у Роба волосы на руках встали дыбом. — Этот Зоро, он красивый?       — С точки зрения Санджи или твоей?       — Да без разницы!       — Красивый, — спустя пятнадцать долгих секунд раздумий ответил Роб. — Высокий, в форме, так что, думаю, он вполне подойдёт тебе.       — То есть, ты хочешь сказать, — продолжила Нами всё тем же голоском, — что Санджи сейчас у этого красивого, накаченного высокого парня один?       — Возможно.       — Почему возможно?       — У Ророноа Зоро есть друг. Так что, возможно, их там трое.       — Санджи сейчас в квартире с двумя парнями?       — Я сказал — возможно, женщина. И к чему это ты?       — К тому, что этот грёбанный мудак не пропускает мимо себя ни одной задницы, будь та мужской или женской! — взвизгнула Нами.       — Не думаю, что это та ситуация, из-за которой нужно волноваться, — лениво отозвался Луччи.       — Почему же?       — Насколько мне известно, Ророноа отверг Санджи.       — Тогда всё ещё хуже! — Нами застонала и схватилась за голову.       — Почему?       — Потому что если Санджи отвергли, он сделает всё, чтобы заполучить эту тушку! И я уверена, что он сейчас занимается вовсе не тем, чем надо!       — Что такое, моя прелестная Нами-суан?       — Санджи… ох, ты ж господи!       Роб вскочил, а Нами приложила ладонь к губам.       На лице Санджи красовался здоровенный фингал, а нос, судя по тому, в каком состоянии была рубашка, был разбит, и только совсем недавно кровь остановилась.       — Ророноа? — голос Луччи был спокойным, но Санджи знал, что это обманчиво. — Этот сопляк…       — Всё в порядке! — блондин махнул рукой. — Нами-суан, будь так добра, принеси из бара лёд.       Девушка выскочила из кабинета и через минуту вернулась с пакетом льда.       — За что он тебя так? — спросила Нами.       — Да есть за что, — усмехнулся Санджи и тут же поморщился.       — Ты опять к нему приставал? Тебя, видимо, совсем жизнь ничему не учит, — сурово произнес Роб, догадавшись, что его шеф опять натворил какой-то несусветной херни. — Ты же уже вставал на эти грабли, так что ж тебя опять на экстрим потянуло?       — Ну, я вообще пришел извиниться! Он просто тупой маримо! Нечего было меня провоцировать и на слабо брать! А теперь я ещё и виноват остался! — возмутился Винсмок.       Когда Нами закончила обрабатывать лицо босса, она, грозно уперев руки в бока, повелительным тоном, не предполагающим сопротивления, произнесла:       — С завтрашнего дня пусть Луччи ездит к этому хакеру! Хватит с тебя приключений, герой-любовник!       — Я ещё не любовник, но собираюсь им стать!       — Нет уж! — фыркнула Нами. — Неужели ты, даже после того, как тебе дали в морду, не понимаешь, что человек не хочет тебя?       Винсмок пригорюнился.       — Я с ним разберусь, Санджи, — Луччи многообещающе и нехорошо так улыбнулся.       — Но…       — Никаких «но»! — в один голос произнесли Луччи и Нами, и Санджи понял, что Ророноа он долго не увидит. Хотя, может, это и к лучшему.

***

      На следующий день Роб, как и обещал, сам поехал к хакеру. По пути он всё размышлял: бить его сразу или сперва спросить, что сделал его босс.       Однако бить его не пришлось, так как он столкнулся с хакером на лестничной площадке его дома. Зоро, видимо, куда-то собирался. Когда он развернулся, то Луччи понял, что Санджи не ушёл неотомщённым. Губа Ророноа была разбита, и он морщился от боли, придерживаясь за бок. Увидев Луччи, он, как тому показалось, возвёл глаза к небу, и весь напрягся. Темноволосый чуть хмыкнул.       — Расслабься. Я вижу, что ты уже отхватил своё.       Ророноа фыркнул.       — Это не самое страшное, что со мной вчера случилось. К тому же, даже в таком состоянии я бы надрал тебе задницу.       Луччи чуть прищурился, но ничего не ответил.       — Я пришёл по поводу заказа.       — Я работаю над ним.       — О, да неужели?       — А то. Вот как раз пошёл выяснять кое-что.       — И что же?       — Профессиональная тайна, — ехидно ответил Зоро и, пройдя мимо, стал спускаться по лестнице.       — Тебе бы поторопиться. Я не Санджи. Долго ждать не буду.       — Мне плевать на тебя. Деньги мне платит бровастый, так что сам понимаешь.       — Считай, что я ваш посредник и его доверенное лицо. Он сюда больше не придёт, — сухо произнёс Роб.       — Мне по-барабану, — буркнул зеленоволосый, не поворачиваясь. — Я его к себе никогда и не приглашал.       — Хорошо. Более он тебя отвлекать не будет. Так вот, насчёт заказа…       — Я же сказал, что работаю над этим, — рявкнул Зоро. — Вы же хотели узнать, кто это? Так что прошу не вмешиваться в мою работу. И хватит уже испытывать моё терпение и отвлекать всякой чепухой.       Луччи поджал губы. Парень что-то скрывает или же раздражён тем, что Санджи не придёт?       — Не против, если я поеду с тобой?       — Знаешь, — парень развернулся к нему лицом, — я начинаю думать, что компания этого извращенца не была такой уж отвратительной. Я не люблю, когда меня контролируют, указывают, что делать, и стоят над душой. Особенно, если эти люди ну ни хренушки не понимают в моей стезе. Поэтому, если хотите, чтобы работа была выполнена как можно скорее, то не следует мешаться у меня под ногами, — отрезал зеленоволосый. — А теперь, с твоего позволения, я пойду, и, если тебе не трудно, то не стоит за мной следить.       Луччи хмыкнул.       — Я приду через неделю. Надеюсь хоть на какой-то результат. Всего хорошего.       Роб прошёл мимо него вниз, даже не оглянувшись.       Зоро постоял на лестничном пролёте, а когда через некоторое время спустился следом, то темноволосого уже не было.       В животе заурчало, и Зоро поспешил в магазин, на ходу прорабатывая план действий. Хотя единственное, о чём он сейчас беспокоился, так это о болевших от ударов Санджи ребрах.       «Надо ещё в аптеку зайти, лишь бы не трещина», — подумал хакер, выбирая в супермаркете продукты на ужин.       — Зоро?       Парень обернулся и удивлённо и между тем радостно воскликнул:       — Робин!       Нико Робин была из той редкой породы женщин, которые отличались умом и сообразительностью, однако никогда не показывали этого, лишь только таинственно блестели глазами и вежливо улыбались.       Она была одной из воспитательниц в детском доме, где выросли Зоро и Чоппер. И она была единственной, кто поддержал его в увлечении программированием. Робин подарила ему его первый компьютер, который всё ещё находится у хакера, как начало его нового увлечения. Это то, что вернуло ему радость жизни после его травмы и отказа от спортивной карьеры.       — Ты подрос, Зоро, — ласково улыбнулась женщина, глядя на него снизу вверх своими умными тёмными глазами.       — Я очень рад тебя видеть, — воскликнул Ророноа. — Давай помогу, — предложил он, протягивая руки за пакетами.       — Ты очень любезен, я хорошо тебя воспитала, — ещё шире улыбнулась Робин, отдавая ему пакеты.       Они двинулись к выходу из магазина.       — Как у тебя дела?       — Ну, неплохо, — пожал плечами Зоро.       — Вот как? А что тогда, по-твоему, хорошо?       — То, что быстро заканчивается.       — Конечно, в мире очень-очень много плохих вещей, но и хорошие вещи тоже случаются.       — Видимо, не со мной, — хмыкнул Зоро и рассказал ей то, что с ним приключилось. Разумеется, упустив то, что до него домогался Санджи. Робин слушала внимательно, не перебивала.       — Тебе важнее вычислить заказчика ради себя, не так ли?       — Да. Я не люблю, когда меня водят за нос, — хмуро кивнул Ророноа.       — Твой код, которой ты создал. На что он, по-твоему, похож?       Зоро задумался.       — Наверно, на сеть, — проговорил он, после раздумий.       — Сеть состоит из нитей, — кивнула Робин, — стоит дёрнуть за ниточку, как сеть сама распустится. Не каждому дано найти эту ниточку, но и ты у нас явно незаурядная личность, — она снова мило улыбнулась.       Ророноа остановился, быстро соображая, куда она клонит. Ну, конечно! Он же сам написал код для взлома счёта, если просто проследить обратный путь, то можно вычислить тот счёт, куда он переводил деньги! И тогда он сможет вычислить заказчика.       — Спасибо, Робин! — Зоро в порыве радости сжал её в объятиях, да так, что у Нико хрустнули ребра.       — Не стоит, в конце концов, ты мой любимец, — сказала женщина.       Зоро помог ей донести сумки до дома, и потом стремглав кинулся к себе, чтобы начать работать. Он даже забыл о еде и боли в рёбрах. Финансовые кражи осуществляются, когда компьютерные записи изменяются в целях присвоения чужих денег. Делается это с помощью специальной программы, направляющей деньги на конкретный банковский счёт.       Система, говоря языком обывателей, проста донельзя: нужно, как заправскому сыщику, отследить передвижения средств, зная, что сам когда-то подсунул преступнику карту для перемещения. Что ж, Робин была права — Зоро далеко не обычный человек. Он хакер от бога, которого лишь подтолкнёшь в нужную сторону, как он сам со всем разберётся.       Хакер постепенно начал погружаться в свой мир двоичных кодов. Он медленно, шаг за шагом разгребал и откидывал ненужные и запутывающие числа и связи, подбираясь к основному ключу.       Если Зоро собрался выявить, кому он перевёл деньги, то ему необходимо найти конечный банк, а так же владельцев счетов, которые проводили операции в тот день, месяц назад, плюс-минус несколько дней. Для этого придётся залезть в систему банка, затем проверить счета, к которым обращались в этот период, а под конец закрыли. Вряд ли его заказчик оставил его открытым.       Распутать свой же код оказалось даже труднее, чем чужой, ведь обычно он просто находил слабое место программы и бил всей мощью в него. Однако с ним сложнее, ведь он знал, что сам таких трещин не оставляет. В итоге, работа усложнилась, и Зоро по сути сражался сам с собой месячной давности.       Наконец хакер резко выдохнул, и, откинувшись на спинку кресла, заложив руки за голову, уставился на мерцающий в темноте комнаты экран. На улице была ночь, из-за шторки выглядывала луна, а по комнате распространился уже едва уловимый аромат еды. Скорее всего, снова Чоппер приходил, а раз Зоро опять выпал из реальности, то ничего не видел и не слышал.       Хакер уставился на пять фотографий на мониторе. Круг подозреваемых сузился. Его губы сами собой растянулись в самодовольной ухмылке и глаза нехорошо заблестели. Сегодня он прекрасно поработал.