Arcanum

      После разговора с Робин, Луффи пошла в морг. Она надеялась застать там Калифу и расспросить о найденном сегодня трупе. Когда она зашла в холодное помещение, поёжилась, поморщившись от неприятного запаха. В морге всегда было тихо. Собственно, кто тут шуметь станет? Однако Луффи не нравилось это место.       Девушка чуть ли не бегом направилась в кабинет судмедэксперта и застала Калифу за сборами домой.       – Здравствуйте, – она вежливо улыбнулась, – я за отчётом по найденному днём трупу. По маньяку.       – Привет, вон он, – она махнула рукой на стол, продолжая собирать вещи.       Луффи схватила со стола папку с надписью «Отчёт по делу № 657» и углубилась в чтение.       – Ну, ты долго там стоять будешь? – спросила Калифа. – Мне нужно закрывать кабинет.       – А, да, простите. – Луффи, на ходу продолжая читать бумаги, пошла вслед за женщиной. Уже у лифта она задала вопрос, наткнувшись на непонятное ей выражение.       – Что такое искусственно вызванная воздушная эмболия?       – Исход попадания в кровоток газа или воздуха.       – То есть, причина смерти в этом?       – Да. Жертве вкололи воздух в артерию на шее. Оттуда и синяк. При быстром поступлении 15–20 кубиков в венозную систему, они вызывают тяжёлое состояние, заканчивающееся смертью. Смерть обусловлена тем, что воздушные пузырьки током крови переносятся к правому предсердию и правому желудочку, в полости которого формируется воздушное тампонирующее пространство. Большой воздушный пузырь в полости правого желудочка препятствует поступлению крови из большого круга кровообращения и переходу её в малый круг. Происходит блокада малого круга кровообращения, что влечёт за собой быстрый и, увы, летальный исход.       – Эм…       – Просто передай отчёт Каку, он во всём разберется.       – Спасибо.       – Ваш маньяк просто выдумщик какой-то, – устало покачала головой Калифа. – Такая смерть крайне мучительна. И насколько я могла заметить по предыдущим отчётам, люди каждый раз умирали по-разному.       – Да, я тоже это заметила, – кивнула Луффи.       – Вы уж постарайтесь, отыщите этого ублюдка. Ну, всего хорошего.       Кивнув Монки, судмедэксперт скрылась за дверями лифта, оставив Луффи в одиночестве переваривать полученную информацию. Постояв ещё с минуту, девушка решила последовать совету Калифы и отправилась искать Каку. Парня она нашла минут 15 спустя. Он сидел в комнате для отдыха и потягивал кофе. Едва она подошла, как в нос ударил запах напитка. У Луффи тут же заурчало в животе. Она вспомнила, что практически не ела сегодня.       – Ты есть не хочешь? – спросила она, подсаживаясь рядом.       – Да я закинул пару бутеров. Ты поговорила с Робин?       – Да.       – И как?       – Никак. Загадка на загадке, – буркнула Луффи.       – Ты ведь любишь загадки, – улыбнулся Каку.       – Только не те, от которых зависит человеческая жизнь.       – Ну, это да, – улыбка Каку чуть потухла.       – Калифа просила отдать тебе отчёт, сказала, ты разберёшься.       – А ты?       – Да там чёрт ногу сломит, – проворчала Лу.       Каку взял отчёт из рук Луффи и пробежался по строчкам.       – Такой способ смерти, – через пару минут задумчиво произнёс он. – Это довольно болезненно.       – Мне любопытно, почему каждый раз они используют разные методы убийства, причём довольно-таки неординарные.       – Может, выпендриться охота, или фантазия богатая, а может, и то, и другое сразу, – безразлично пожал плечами полицейский.       – Интересно, у Ло получится что-то узнать?       – Возможно. У неё не связаны руки, как у нас с тобой. Не глупо ли было отпускать её одну?       – Глупо. Но её разве переубедишь? Дело касается Смокера, поэтому неудивительно, что она упрямится.       – Эмоции – это не то, чем надо руководствоваться в данной ситуации.       – А кто сказал об эмоциях? – усмехнулась Луффи. – Месть – это блюдо, которое подают холодным.       Однако на сердце всё равно было неспокойно. Девушка достала телефон и набрала номер подруги. Через пару гудков трубку сняли, и сердце облегчённо забилось.       – Эй, Ло, что так долго?       В трубке повисло молчание, а потом хорошо знакомый голос произнёс:       – Боюсь тебя разочаровать, но я не мисс Трафальгар.       Сердце, которое только мгновение назад неистово билось, вдруг пропустило один удар, а потом ухнуло вниз.       – Робин… нет…       – Твоя подруга оказалась на редкость глупой и повелась на мою небольшую уловку. Но она довольно быстро выиграла, поэтому играть с ней было не очень интересно. Хотя каюсь, я немного поддалась.       – О чём ты?       – Мне было скучно, и я позволила проследить за собой.       – Если хоть волос упадет с её головы…       – Да-да, конечно. Но мне всё ещё скучно, Луффи. Нам всё ещё скучно. Поэтому если ты сможешь знатно повеселить нас, то твоя драгоценная подруга будет жива, поэтому я процитирую довольно избитую фразу из одного фильма: я хочу сыграть с тобой в одну игру, Луффи.       Луффи вздрогнула.       – Всегда подозревала, что ты любитель «Пилы».       – Ты мне льстишь.       – Поверь мне, нисколько. В какую?       – В прятки. Весёлая детская игра, не правда ли? Если найдёшь нас до завтрашней ночи, то ты выиграла. Завтра ровно в это же время, если тебя не будет рядом со мной, то я убью её. И не думай, что её смерть будет лёгкой. Звонок оборвался.       – Эй, Луффи! – встревоженный Каку, стоявший рядом всё время, пока длился разговор, не на шутку перепугался, увидев, как изменилось лицо подруги.       – Она у них, – язык Лу с трудом ворочался, едва выговаривая эти слова. – У них…       – Всё будет хорошо! – парень схватил девушку за плечи и встряхнул. – Мы найдём её, слышишь, Лу, мы найдём!       Монки Д. будто бы не слышала его, глаза опустели, она словно смотрела сквозь него. Ей казалось, что всё это происходит не с ней, словно она смотрит на это со стороны. Внезапная боль в правой щеке отрезвила её. Она, охнув, схватилась за пострадавшее место.       – Прости, – тут же извинился Каку, – Тебе надо было прийти в себя и я….       – Ничего, всё нормально, – перебила его Луффи. – Ты прав, нужно успокоиться и подумать.       – Может, надо сказать кому-то из её близких? – осторожно предложил Каку.       – Точно, Роси! Нужно ехать к нему! – воскликнула Лу. – Пока я с ним разговариваю, не мог бы ты просмотреть камеры в округе, если они есть? Вдруг что-то найдёшь. И ещё проследи машины Робин или Ло по дорожным камерам, или какую-нибудь подозрительную машину, выезжающую с территории участка или где-то неподалеку, или…       – Хорошо! Я тебя понял! – прервал её Каку. – Я подключу ребят, и мы просмотрим всё, что есть в базе за последние пару часов.       – Спасибо, – слабо улыбнулась Луффи. – Я рассчитываю на тебя!       – Давай я попрошу Паули, он отвезёт тебя к её дяде…       – Не стоит, я сама.       – Я разве спросил тебя? – строго произнес Каку.       Луффи чуть улыбнулась.       – Пойдём, поищем Паули.

***

      Сколько бы раз Луффи не объявляла родным о гибели их близких, это всегда было сложно. Но она и представить себе не могла, что может оказаться по другую сторону баррикады. Это было почти невыносимо. Слов было немного, и каждое она выговаривала с огромным трудом, а они словно падали многотонными плитами.       Её короткая речь была встречена гробовым молчанием. Первым его нарушил Кид:       – Я должен был пойти за ней… – хрипло проговорил он.       – Мы делаем всё, что в наших силах. Я уже попросила Каку поднять видеозаписи с ближайших от участка камер.       – Луффи, – тихо прервал её Росинант. – Ты можешь отдохнуть.       – Что? – не поняла та.       – Я сказал, ты можешь идти домой и отдохнуть. Ты многое перенесла в последнее время. Поэтому тебе надо выспаться.       – Да как я могу спать в такое время! – вскричала Луффи. – Когда Ло…       – Я знаю, Лу. Знаю, что ты чувствуешь. Но позволь нам сейчас самим разобраться. Ты сказала, что у нас есть время до завтрашней ночи? Луффи кивнула.       – Тогда пускай эта тварь молится о своём спасении.       Монки вздрогнула от ледяного тона, с которым Росинант произнес эти слова. Сейчас он как никогда походил на своего брата.       – А теперь, я поднимусь наверх. Надо сделать пару звонков.       Младший Донкихот поднялся и твёрдой походкой направился к лестнице наверх, в свой кабинет. Никто так и не узнает, чего ему стоило скрыться из гостиной, он уже не мог сдерживать слёзы, катившиеся по щекам. Никто не узнает, что он в порыве ярости и бессилия разбил пару дорогих ваз, которые собирался продать. Виоле он потом скажет, что случайно разбил их, и Виола примет это, потому что знает, что Роси-сан просто ходячая катастрофа. Об этой минутной вспышке эмоций никто не узнает, потому что Росинант Донкихот возьмет себя в руки и сделает всё, чтобы спасти самое дорогое, что у него есть в жизни. Что у него осталось.       А Луффи ехала домой, но нет, не к себе в квартиру, а туда, к Белоусу. Сейчас она не могла находиться одна, и, если подумать, то ей нужен не дядя Эдвард, и даже не Эйс.       Девушка ворвалась в дом, почти бегом бросилась вверх по лестнице мимо ошарашенных жильцов. Она знала, что Сабо в своей комнате, потому что в окнах его спальни горел свет. Он наверняка ждал её, потому что не выглядел удивлённым, когда она вбежала, однако через секунду лицо его превратилось из радостного в обеспокоенное.       – Луффи, – он вскочил с постели, – что случилась, милая?       Девушка не могла выговорить ни слова. Хватит с неё слов на сегодня. Неконтролируемый плач вместе с криком вырвался наружу. Перепуганный блондин подхватил её на руки, укачивая в своих объятиях, и Луффи уже не замечала ни Эйса с дядей, ничего вокруг, только хватилась за футболку Сабо, и плакала, плакала, плакала.

***

      Ло приходила в себя мучительно долго, всё тело затекло, и когда она хотела дёрнуть рукой или ногой, она не могла. Она медленно, с трудом открыла глаза и увидела яркую лампочку прямо над головой. Повернув голову чуть вправо, она увидела маленький металлический столик, который стоит обычно в операционных. На нём лежали разные инструменты. Девушка опустила вниз глаза и поняла, почему не может двигаться. Руки и ноги были прикованы к большому креслу, похожему на то, какие стоят в кабинете у зубных врачей.       – Наконец вы очнулись, мисс Ло, – произнес чей-то голос. Откуда-то с боку появилась Робин. – Долго же вы были в отключке. Я даже заскучала.       – Где я? – прохрипела Ло.       – В нашей комнате игр, – улыбнулась Робин. – Мой напарник отлучился за очередным очевидцем, но скоро он прибудет сюда.       – За каким очевидцем?       – За тем, кто был свидетелем. Кто видел всю грязь этого мира, но не мог ничего сделать в виду своей трусости и равнодушия.       – Что ты несёшь? – прошептал Трафальгар.       – Все те, кто здесь побывал, виноваты, мисс Ло. Виноваты в своём бездействии.       – Ты больная! – прошипела Ло. – Ты и твой напарник!       – Возможно, – спокойно согласилась Робин. – Но думаю, ты согласишься со мной, что без тебя и тебе подобных мир станет лучше.       – Не думаю, что подхожу под твою категорию. Я не очевидец или наблюдатель, или как там ты их называешь. Я исполнитель, – оскалилась Ло. – И убивала людей. Сама.       – Я знаю, – безмятежно ответила Робин. – И я тоже, но ты бездействовала в другом плане. Ты ведь могла остановить Дофламинго. И вы даже сделали это. Но, к сожалению, слишком поздно. Скольких людей он замучил и убил на твоих глазах, пока ты бездушно стояла в стороне?       – Лучше поинтересуйся, скольких убила я. Уж побольше твоего будет!       – Ты гордишься тем, что ты убийца?       – Нет. Я просто выполняла свою работу. В любом случае, это бесполезный разговор.       – Тут ты права. Давай-ка мы займёмся чем-то более приятным.       Робин сходила куда-то и через минуту вернулась с большой коробкой.       – Резать будешь по кусочкам или на ленточки? – издевательски произнесла Ло.       – Не то и не другое, – улыбнулась Робин, вытаскивая на свет божий содержимое коробки.       Трафальгар содрогнулась. Лучше бы её резали, кололи, жгли. Она безуспешно пыталась дёрнуть руками, ногами и головой.       – Я подумала, что ты очень красивая, Ло, – вкрадчиво произнесла Робин. – Я понимаю, почему наш капитан влюбился в тебя.       – Не смей! – шипела Трафальгар.       – Что не сметь?       – Не смей говорить о нём, тварь!       – Ну-ну, такой красивой девушке не пристало так выражаться. Разве Смокер-сан любит ругающихся дам?       Трафальгар со смесью ужаса и отвращения смотрела, как Робин подходит к ней. В той коробке у неё были всевозможные секс-игрушки. И далеко не безобидные. Как только Ло увидела их, она поняла, что её ждет не боль и смерть, – по крайней мере, не сейчас, а страдание и унижения. И Ло предпочла бы сейчас боль. Она бы выдержала любую пытку с применением оружия, но не ту, где унижают её гордость. Робин правильно просчитала её слабость. Гордыня Ло была непомерно велика. Именно так воспитывал её Дофламинго.       – Мне так хочется рассмотреть твоё тело поближе, – промурлыкала Нико. – Пока нет моего напарника, я просто посмотрю на него, исследую, найду все твои слабые места. А потом мы все вместе насладимся этим.       И тогда Ло закричала что есть мочи. Не заплакала, а именно закричала. Она надеялась, что кто-то услышит её, или хотела просто высвободить свои рвущиеся наружу страх и ненависть.       Женщина спокойно подождала, пока Ло замолкнет, подошла к девушке с ножницами в руках, которые взяла с металлического столика минутой раньше, и стала резать её футболку.       – Как я и думала, твои татуировки так далеко тянутся, – пробормотала она, проводя пальцами по обнаженному животу. Ло дернулась, стараясь уйти от прикосновения, хотя и понимала, что это невозможно. Поняв, что её попытки бесполезны, она закрыла глаза и попыталась сделать то, что могла в этой ситуации: представить Смокера. То, как он проводил по её коже пальцами, отыскивая на теле чувствительные точки. Или то, как он обводил её татуировки. Сейчас по её коже порхали не чужие холодные женские руки, а грубые мужские пальцы любимого человека. И даже когда щёлкнули лезвия и лифчик распался на две половинки, она начала про себя повторять его имя. Робин заметила это и сказала:       – Так не пойдет, милая. Ты не должна фантазировать на тему нашего капитана.       Ло зажмурила глаза сильнее, стараясь не слушать этот въедливый женский голос. Он издевался, дурманил голову, наполнял ненавистью. А Нико тем временем продолжала:       – Ты не достойна нашего капитана, Ло. Смокер честный, хороший человек.       – Поэтому ты его чуть не убила? – зло спросила Трафальгар.       – Это мера предосторожности. Ещё раз повторю, он зашёл слишком далеко. Но я не считаю его плохим, отнюдь. Он очень порядочный и всегда старается помочь другим. В отличие от тебя.       С этими словами Робин стащила с неё джинсы, оставив их болтаться внизу у лодыжек, где снять их мешали ремни.       – Я не дам тебе думать о Смокере. Я буду говорить о каждом своём действии, – шептала она, – о каждом предмете, который засуну в тебя.       Дверь в помещении скрипнула: кто-то зашёл. За собой этот кто-то тащил чьё-то тело. Трафальгар поняла, что это подельник Робин, его лица она пока не видела, но могла сказать, что это парень.       – О, ты как раз во время, – воодушевлённо произнесла Нико.       Парень повернулся, и Ло поняла, что не знает его.       – Да я вижу, – хмыкнул он. – Пока наша будущая жертва не очнулась, я привяжу его к стулу, а ты начинай, если хочешь.       Робин улыбнулась, а Ло поняла, что отсрочки больше не будет. Поскольку её ноги были уже разведены, то единственное, что сделала женщина, это подняла кресло и отклонила его назад, так, чтобы девушка оказалась в положении лёжа.       Женщина выбирала страпон, бормоча себе под нос что-то о размерах.       – Для первого раза, думаю, подойдёт этот, – сказала она сама себе, и подошла к девушке. Ло зажмурила глаза и закусила губу. Сердце билось как сумасшедшее о стенки рёбер, желудок перевернулся, и тошнота подкатила к горлу.       Когда она почувствовала, что в неё входит что-то большое и холодное, она сжала зубы ещё сильнее, чтобы не издать ни звука. Естественно, о смазке мучительница не позаботилась, так что неприятные ощущения не заставили себя долго ждать, но всё же терпеть было по силам.       Подвигав фаллоимитатором и поняв, что Ло этим не проймёшь, Робин вытащила его и выкинула. Ло, получив минутную передышку, тихо выдохнула. А Робин достала агрегат побольше, и, судя по кнопке сбоку, это был вибратор. Женщина включила его на полную мощь, и по комнате разнёсся вибрирующий, зудящий звук. Нико подошла к ней и без промедлений вставила. Ло распахнула глаза и стала глотать ртом воздух. Эта игрушка была куда больше прежней. Трафальгар яростно уставилась на Робин, но та и бровью не повела. На её лице не было ни капли похоти, а только интерес и сосредоточенность. Наверно, так она выглядит, когда работает с трупами.       – Я думаю, – послышался голос парня, – тебе нужно подключить пальцы. На твои игрушки она не реагирует должным образом. Ты должна давить на чувствительные места. – Это было сказано сухим тоном, словно он рассуждал о каком-то научном проекте.       – Возможно, ты прав, – кивнула Робин.       Когда её коснулись холодные сухие пальцы, Ло закусила губу, чтобы не закричать, и почувствовала кровь на языке. Боль немного отрезвила её. А Робин тем временем приблизила своё лицо к её груди и закусила сосок, а потом стала его посасывать. При этом пальцы давили на клитор, а вибратор продолжал жужжать где-то внизу.       – О, кажется, наш второй гость очнулся, – немного более живым тоном произнес парень. – Ну, здравствуйте, молодой человек.       Жертва, будучи привязанным к стулу, сперва непонимающе уставился на парня, затем перевёл взгляд на Ло и Робин, в глазах его мелькнул ужас.       – Ну что, мистер, начнём ваше воспитание, – нравоучительным тоном произнёс он. – Вы обвиняетесь в том, что позволили своему другу погибнуть в той драке. Да-да, – кивнул он, смотря, как жертва вытаращилась на него, – мы всё про вас знаем. Почему вы не спасли его? Не позвали на помощь? Ваш жалкий звонок в полицию из дома не считается, – строго отчитал он его в ответ на протестующее мычание жертвы. – Почему убежали? Почему не бросились помочь ему лично? Вы ведь были хорошими друзьями, не так ли?       Маньяк взял со стола роторасширитель и сорвал кляп. Помещение тут же огласил скулёж и отрицание происходящего. Убийца несильно ударил парня по лицу, затем вставил роторасширитель и взял скальпель.       Трафальгар закрыла глаза, но не могла закрыть уши, так что она слышала крики жертвы, потом то, как он начал кашлять и захлёбываться, – судя по всему, кровью, бьющейся из разрезанного корешка языка.       – Это увлекательно, правда? Ну что ж, а мы продолжим, – шепнула Робин.       Трафальгар снова почувствовала эти руки, пропитанные чужой кровью, на своём теле, – они были холодными, словно мрамор на могильной плите.       Ло не знала, сколько времени прошло. Она плюнула на гордость и кричала вместе с тем несчастным, надеясь, что их двойной крик разобьёт тишину и их кто-то услышит. По щекам текли слёзы, все тело покрылось испариной. Девушка чувствовала себя грязной, испорченной. Хотелось просто умереть, она жутко устала кричать или сдерживать себя. Робин насиловала её несколько часов подряд. Она использовала всё, что было в коробке – некоторые вещи по несколько раз.       Когда Ло поняла, что криков жертвы не слышит, она повернула голову. Остекленевшие глаза парня смотрели прямо на неё. И она знала, что завидует ему. Он уже ничего не чувствует, ему уже всё равно. В отличие от неё.