Mysterium

Похороны. Опять. Будто жизнь - это одни нескончаемые похороны. Каждый день мы кого-то теряем и вынуждены переживать это. Всё прошло очень ужасно. Люк был хорошим человеком и не заслуживал смерти, но так уж случилось. Труднее всех пришлось Лив. Слезы непрерывно ручьями лились с ее глаз. Тайлер пытался успокоить девушку, но ничего не получалось. Также трудно потерю переживала и Джо, ведь умер ее младший брат, с которым она познакомилась-то совсем недавно. Елене было трудно наблюдать за всем этим, потому они с Деймоном просто ушли. Может, со стороны это выглядело не совсем вежливо, но Гилберт ведь тоже было тяжело. Девушка невольно вспоминала всех, кого потеряла. Ее родители, которые погибли в автокатастрофе. Стефан успел спасти Елену, но взамен она потеряла самых близких людей. А все потому что она поехала на этот чертов костер, все потому что она поссорилась с Мэттом. Единственный светлый момент - это была встреча с Деймоном, которую девушка и вспомнила-то лишь когда стала вампиром. А Дженна? Ее родная тетя, которую насильно обратил Клаус для обряда разрушения проклятия. Если бы Елена не познакомилась со Стефаном, если бы девушка держалась от этого всего подальше, возможно ничего бы и не было. Хотя, не факт. Клаус бы все равно нашел двойника, так или иначе. Джереми - ее единственный братишка, которым она всегда дорожила. Именно его потерю Гилберт и не смогла пережить, поэтому вампирша и отключила свою человечность, превратившись в тот момент в чудовище. Эта боль раздирала ее изнутри, рвала сердце на части и девушка нашла лишь один выход из этой ситуации. Точнее, Деймон нашел. Ведь в тот момент Елена полностью зависела от Сальваторе из-за чертовой привязанности, кровных уз. А Джон? Да, он никогда не был близким человеком для вампирши, всего лишь биологический отец, которого она всегда считала своим дядей. Но, мужчина достойно отдал жизнь ради своей дочери, пожертвовал своей душой ради ее спасения и за это заслуживает большой благодарности. Все они пожертвовали жизнью ради девушки и только нескольким повезло вернуться из мира мертвых, но каждый день боль терзает Елену изнутри, выбивая из нее всю человечность и только один человек спасает ее - Деймон. Сейчас Гилберт лишь удобно уселась на диване в гостиной поместья Сальваторов, держа в руках черный носовой платок. Деймон прошелся рукой по бутылкам, которые стояли на столе и наконец выбрал бурбон. Налив в стакан жидкость, он протянул его Елене. - Иногда алкоголь помогает справиться с потерей, - заверил он девушку, хотя сам так никогда не думал. Она лишь неохотно выхватила из его рук стакан и сделала небольшой глоток. Жидкость приятно влилась в рот, оставляя горький привкус на языке. - Бонни бы не допустила чей-то смерти по вине Кая. - Бонни здесь нет, Елена. - Но, мы должны её спасти, - девушка поставила стакан на тумбочку рядом с диваном и сложила руки на груди. - Мы бы могли дать ей подсказку где искать магию, но как попасть в 1994? - после этого вопроса в гостиной наступила полная тишина. Лив бы смогла отправить их, но вряд ли ей сейчас до этого. - Кай теперь - глава ковена, ведь так? - вырвалось с уст Елены. - Похоже на то, раз он сумел победить в слиянии. - Он добился того, чего хотел. - И мы не смогли этому помешать, - разочарованно хмыкнул Деймон, садясь рядом с девушкой. - Не обо мне ли вы болтаете? - неожиданно на пороге из неоткуда появился ведьмак, окинув надменным взглядом всю гостиную. Деймон незамедлительно разбил бутылку с бурбоном и в миг оказался рядом с ведьмаком, прикладывая осколок к шее. - Поосторожнее, ты ведь можешь пораниться, - проговорил Кай и издал короткий смешок из-за собственных слов. - Что тебе нужно, Паркер? - Сальваторе сильнее нажал осколком на шею Кая и тот издал болезненный стон, когда вниз скатилась капелька крови. - Пришел помочь вернуть вам Бонни, - вполне безобидно ответил ведьмак. - Да что ты говоришь, - вампир окинул того недоверчивым взглядом. - Подожди, Деймон, - остановила его Елена. - Возможно, он сможет нам помочь. - А я о чем? - удивился такой тупости со стороны двоих ведьмак. - Она ведь там из-за меня, - его тон в миг сделался мягче и, кажется, в его глазах промелькнула жалость. - С каких пор в тебе проснулось благородство? - насмешливо протянул Деймон. - С тех самых пор, как я слился с Люком. Он изменил меня.