Flamma compages

      Шел уроки химии. Мадам Менделеева очень старательно рассказывала тему новую тему. Но далеко не все ее внимательно слушали.       Хлоя сидела в своём крутом, недавно подаренный отцом телефоне и любовалась своими фотографииями. Адриан писал за учитем и успевал слушать Нино. Маринетт вдыхала смотря на сидевшего перед ею светловолосого, Алья обновляла «Ледиблог».       А я слушала и наблюдала за своими соседом Натаниэлем. Он старательно что-то рисовал (видимо пришло вдохновения).       В такой момент он был слишком сотредоточен на листе бумаги, что наверное и не слышал о чем говорят в классе. Что говорить, когда я подвинула свой стул, чтобы посмотреть, что рыжеволосый старательно выводил простым карандашом, он и не пошевелиться. Только, когда мой очень внимательный взгляд стал слишком близко до картины, он «проснулся» и отодвинувшись спрятал то, что нарисовал. Словно испугался, что я буду над ним из-за этого смеяться.        Но у меня было совсем другое чувство. Удивление смешанное с другим немного похожим настроем. Тем, что обычно связанно с раскрытием самой сокровенной и секретной тайны. На бумаге была нарисована шкатулка, с точно таким же узором как и у меня. Возможно у всех хранителей один и тот же рисунок.На шкатулке чудес.        Вопросы прямо роем облепили меня. Что это значит? Где мог увидеть Куртцберг? Но спросить у него, значит выдать себя или же стоит спросить совета, но у кого?       Словно почувствовав моё волнение проснулся квами, двигаясь в моей сумке. Но что такого, я почти всегда волнуюсь и мой маленький друг так не делает. Разве если, только. Что-то не случилось. Что это проверить стоило выйти из класса, а можно было просто посмотреть в окно, чтобы увидеть Темно-феолетовое облако идущее издалека…