Противоядие

На просторной кухне неуютная тишина. Реук достаёт чашки, Чонун заваривает чай, Кюхён недовольно пялит им в спину, а Хичоль рассматривает свои великолепные ногти. Как выяснилось ранее, телефон младшего стоял на беззвучном режиме. После того, как девайс по неизвестной причине перестал включать вибрацию, дозвониться до парня стало практически невозможно. Звонков было попросту не слышно. Парень сразу же позвонил матушке, увидев от неё 4 пропущенных вызова. От Кюхёна их было 28… Реук сказал женщине, что забыл уведомить её о том, что переночует сегодня у друга. Было очень стыдно и неловко отчитываться перед матерью в присутствии всех, словно он маленький бестолковый ребёнок… Сейчас он чувствовал себя именно так. Желание жить одному и не зависеть от неприятных волнительных звонков сейчас прогрессировало с утроенной силой! Парень чётко решил, что во что бы то не стало добьётся своей цели! Но сегодня осталось лишь робко поджать губы и извиниться перед Кюхёном за доставленные неудобства. И как он мог забыть о времени? Ведь сначала у них с Чонуном были деловые рутинные разговоры, после - детальное изучение каждого из игрушечных наборов, а потом они почему-то поспорили, кто построит башню выше, и как-то сами собой перешли на «ты…» Опытный мужчина выбирал устойчивые крупные детали, а младший хватал всё подряд, вследствие чего его строение быстро рухнуло, не достигнув и тридцати сантиметров. Видя, что Реук расстроился, директор Ким предложил совместить проекты, объединить усилия и работать вместе. Парень ужасно обрадовался этому факту, и вместе они создали выдающееся творение архитектуры, высотой примерно полтора метра, которое и сейчас гордо возвышается посреди рабочего кабинета в окружении горы деревянных стройматериалов. До появления «посторонних» было очень радостно и весело, неудивительно, что время так быстро бежало, но после появилась эта угнетающая неловкость… Чонун в момент превратился в грубого начальника, отдающего приказы лишь кивком головы, Хичоль исподлобья прожигал тяжёлым взглядом, причём доставалось и директору, и официанту. Кюхён был в суровом молчании. Реук ненавидел такие состояния своего друга, это означало, что его любимый Кю-а вернётся не скоро, и поговорить нормально в ближайшее время точно не получится… Медбрата посещали весьма мрачные мысли о том, что он оказался в ненужное время в ненужном месте, а всё из-за драгоценной занозы в его слишком любимой заднице. Были также размышления на тему: «А что, если я просто драматизирую?», но эти мысли тут же отгонялись прочь и воспринимались как гипноз со стороны похотливого психолога Кима, который в данный момент был весьма задумчив. Со временем его пронзительный взгляд был направлен и на будущего великого доктора, а ныне простого медбрата Чо Кюхёна. Дымящийся чаёк в четырёх кружках стоял на столе, а на небольшом блюдечке расположилось вчерашнее ароматное печенье - хэнд-мэйд Реука по рецепту любимой бабушки. Положение стало абсолютно невыносимым. Хичоль молча достал свою записную книжку из аккуратно прислонённой к ножке стула компьютерной сумки и теперь ещё и вёл какие-то записи, не переставая таращиться. Кюхён и Чонун буравили друг друга тяжёлыми взглядами, а Реук весь сжался, мечтая поскорее провалиться сквозь землю. - Да перестань ты уже! – Нервно крикнул медбрат, обращаясь к психологу. – Чувствую себя подопытной крысой! - Пользуясь таким методом, как наблюдение, в данный момент я провожу эмпирическое исследование, дабы установить и обобщить факты посредством прямой или косвенной регистрации свершившихся событий, характерных для определённых изучаемых мною лиц, и готов поспорить, ты не слова не понял из того, что я сказал… - Да ты сейчас договоришься, придурок! – Вспылил гость. - Не кричи! – Тут же осадил Чонун, привыкший к странностям своего друга. Сразу же после этих слов Реук громко вскрикнул, прикрывая рот рукой. «Как обычно, обжёг нижнюю губу», - тут же забеспокоился Кюхён, повинуюсь материнскому инстинкту, который всегда возникал рядом с его по-детски «очаровательным» другом, который постоянно имел отношения с особого рода неприятностями. Но не успел парень и глазом моргнуть, как хозяин квартиры тут же встал, налил прохладной воды из фильтра в прозрачный стакан и тут же протянул измученному Реуку. - Спасибо, хён, - пробормотал парень и вдруг осознал, что переступил черту дозволенного в присутствии посторонних, и, должно быть, директор Ким страшно взбешён. Парень виновато поднял глаза, но старший оставался беспристрастным, в то время, как Кюхён аж затрясся от негодования. - Дорогуша, ну ты только глянь на него! – Хичоль с улыбкой обратился к Чонуну. – Ревнует же! Не признаётся, но ревнует! И сейчас будет меня оскорблять, вот увидишь, за то, что я раскрыл эту секретную правду… Директор Ким спокойно посмотрел на Кюхёна, который аж задохнулся от такой немыслимой наглости. - Если ты настолько туп, что не способен отличить заботу от ревности, мне не о чём с тобой разговаривать! - Угомонись, сладенький, – Тут же «успокоил» психолог. - Меня невероятно раздражают твои пидорские наклонности! Все эти словечки и повадки! Бесишь! Чонун вдруг в момент повеселел и, сдавливая смешки, безмолвно общался со своим другом, который также принял весьма жизнерадостный вид. Реук с непониманием следил за этими резкими переменами. - Расскажешь ему? – Усмехнувшись, спросил хозяин квартиры, откусывая от печеньки малюсенький кусочек и запивая большим количеством чая. - Думаю, да, - улыбнулся Хичоль, пожимая плечами. - Что расскажет?! – Парень, полный непонимания и негодования, переводил взгляд с одного на другого. - Я, вообще-то, женат, - самодовольно произнёс психолог Ким, не спуская глаз со своей жертвы. Картина, открывавшаяся во всей красе, действительно завораживала: сначала у Кюхёна открылся рот, потом вылупились глаза, а после вмиг задрожавшая рука осторожно поставила кружку с чаем на стол… - Это правда? – Удивлённый не меньше Реук подал признаки жизни. - Конечно нет! – Тихо произнёс медбрат. Чонун и Хичоль вовсю веселились. - Тебе что, паспорт продемонстрировать? – Он манерно закатил глаза. – Я что, настолько не похож на женатика? Реук-а, дорогуша, ты проливаешь чай… Младший тут же пришёл в себя и бросился ликвидировать последствия своего свинства, случившегося по вине глубокой озабоченности вопросом личной жизни Ким Хичоля. - Но в нашей стране запрещены такие браки! Вы расписались в Европе? – Не унимался Кюхён. - Очень смешно! – Улыбнулся старший. – Мою супругу зовут Кан Ра Ми, и она вполне реальна, из плоти и крови, Чонун, подтверди! - Абсолютная правда, - усмехнулся мужчина. – из плоти и крови. Обыкновенная женщина. - Эй! Я бы не выбрал обыкновенную женщину! Это, как минимум, великолепный подарок судьбы! - Ну, конечно-конечно, - поспешил отмахаться Чонун, со смехом поднимая руки в побеждённом жесте. – Для тебя-то – это, конечно, судьба! - Он выделил последнее слово и засмеялся чистым расслабленным смехом. Реук с Кюхёном с недоумением смотрели на такого домашнего и умиротворённого директора Кима. Младший подумал, что, возможно, именно этого и не хватало Чонуну, мысленно любуясь происходящим. Обычные посиделки с друзьями, хотя присутствующие и не друзья вовсе, ну только если между собой… В любом случае, сейчас он выглядел очень счастливым. Казалось, даже медбрат оттаял при виде от души смеющегося мужчины. - Уже поздно, думаю, нам пора, - через какое-то время тихо сказал Кюхён, допивая чай одним большим глотком и поднимаясь из-за стола. - Да… я сейчас, - младший тут же подорвался следом и поспешил поставить кружки в раковину. - Иди, Реук-а, я сам помою, - Чонун тоже поднялся и подошёл к официанту. – Завтра приезжай после работы, я прослежу, чтобы ты вовремя попал домой, - он слегка усмехнулся и потрепал парня по волосам. Тот вдруг понял, что забыл, как дышать, и готов свалиться в обморок от этой неожиданной нежности. - Хорошо…господин Ким… - еле слышно отозвался младший, чувствуя, как всё внутри переворачивается от тёплого взгляда. - Лучше зови меня «хён», здесь все свои. Парень слегка кивнул, Кюхён и Хичоль вновь не спускали с них пристальных взглядов. - Кю-а? – Осторожно позвал Реук, повернувшись к другу. – Идём? - Идём, - задумчиво прозвучало в ответ. - Могу подвезти вас, - Хичоль последним поднялся из-за стола. - Нет, - тут же среагировал Кюхён. – Спасибо, - с трудом выдавил он. - Я думаю, что нам нужно обменяться номерами телефонов, на всякий случай, - сказал Чонун, когда все четверо вышли к порогу. - Думаю, что в этом нет необходимости, - возразил медбрат. - Ну, как знаешь, конечно, - усмехнулся хозяин квартиры. – просто, если бы у тебя был мой номер, не пришлось бы сегодня со всех ног ко мне домой нестись, воевать с охраной… Кюхён нервно выдохнул и посмотрел на Хичоля, сделавшего вид, что он тут не при чём. И когда успел рассказать? Понимая, что в этих словах действительно есть доля разума, парень вздохнул, и торжественный обмен контактными данными состоялся. Реук и психолог также записали недостающие номера. - Знаешь, дорогуша, думаю, что вам придётся принять и моё предложение. Метро давно закрыто, а автобусы переполнены. Не думаю, что у вас есть деньги на такси… Скрипя сердцем, пришлось согласиться и с этим доводом. «Отвезу и тут же вернусь! Готовься к долгому и мучительному разговору!» - Тут же отписался Хичоль, пронзая Чонуна взглядом-рентгеном. - До завтра, хён… - еле слышно пробормотал Реук, перед тем, как дверь захлопнулась. - Спокойной ночи, - с улыбкой прошептал старший, но его уже никто не слышал. Неожиданный рвотный спазм вдруг «скрутил» мужчину. Он вздохнул и тут же отправился в сторону ванной комнаты. «Эх, вкусное печенье, жаль, что его пока что тоже придётся внести в табу-лист…» *** Машина быстро ехала по ночному городу, с комфортом доставляя пассажиров в нужную точку. Хичоль вёл быстро, но аккуратно, Кюхён, расположившийся на переднем сидении, даже смог немного расслабиться. Спокойная музыка из динамиков создавала сонную атмосферу, поэтому Реук сразу же заснул, развалившись на заднем сидении. Пользуясь тем, что младший не слышит их, психолог решил немного поговорить и обсудить сложившуюся ситуацию, причём с несвойственной ему при общении с Кюхёном серьёзностью. - Что ты думаешь? – Тихо спросил старший. - О чём я думаю? – Не сразу понял собеседник. - Я про ситуацию с Реуком и Чонуном… - Мне не нравится эта тема, - буркнул Кюхён и поспешил отвернуться. – вот, что я думаю. - Мне кажется, что этот парень благотворно влияет на моего друга. Он ел печенье сегодня, я даже дышать боялся, чтобы не спугнуть… - Я удивлён, неужели ты можешь нормально разговаривать? – Усмехнулся Кюхён. – И нет всяких «сладеньких», «милых», «дорогуш…» Хичоль искривил свои пухлые губы и искоса поглядел на парня. Тот сидел совсем рядом и, в отличие от водителя, внимательно следил за дорогой. Осознав, что толкового разговора не получится, психолог решил всё же высказать парочку своих мыслей. - Я хотел бы попросить тебя… не препятствовать. - Что ты имеешь в виду? – Тут же напрягся Кюхён. - Если… - сложно было подобрать слова. – Если вдруг… Пусть Реук поможет Чонуну. Пожалуйста, не препятствуй их общению. Медбрат ничего не ответил. Даже кивком головы не подал никаких знаков о том, что слышал и понял, а просто ушёл в свои мысли. Сегодня он убедился, что директор Ким хорошо относится к парню. Нет прошлой неприязни, но где гарантия, что это не временное явление? Где гарантия, что не будет резких изменений, которые испортят жизнь его лучшего друга, который, было видно невооружённым взглядом, всерьёз начал привязываться к своему новому работодателю. «Будь, что будет», - последняя мысль, касаемся этой темы, посетившая голову, перед тем, как задуматься о других делах и проблемах. Кюхён не будет препятствовать, вставлять палки в колёса, или что-то в этом роде… Но он будет внимательно следить, чтобы с Реуком всё было хорошо, и ни в коем случае не допустит, чтобы он переживал или страдал. Новость о том, что метросексуальный психолог Ким женат, совершенно никаким образом не укладывалась в голове. Хичоль совершенно не походил на человека, который мог бы стать для женщины поддержкой и опорой, и продолжал вести себя, как заправский гей. Что же это, в таком случае, за дела такие? Но ведь Чонун подтвердил… Пусть и явно в этом скрытый смысл, над которым он и смеялся… Когда машина остановилась около дома Кюхёна, водитель вышел, чтобы помочь младшему взвалить на плечи тушку спящего Реука. Совсем обнаглел, маленький гадёныш! Сколько ещё раз хёну придётся таскать его?! Естественно, это всё не со зла, и если понадобится, он донесёт его до края света, вот только тяжёлый… Проводив парочку взглядом, Хичоль не спеша сел в машину, но уезжать не спешил. Он внимательно смотрел на дом и ждал. Спустя какое-то время, свет в одном из окон загорелся. Психолог самодовольно ухмыльнулся, тут же вычислив, где расположена необходимая квартира. Вот ты и попался, Чо Кюхён! Машина плавно тронулась и помчалась в обратном направлении. Спустя какое-то время консьерж и охранник одного из подъездов богатой высотки вновь «приветливо» раскланивались перед ним. Чонун обнаружился на диване в гостиной. Вид его был не самым лучшим, а зеленоватый цвет лица свидетельствовал о том, что мужчине снова было плохо. Хичоль тут же поинтересовался о самочувствии и услышав, что кризис миновал, вздохнул с облегчением. - Ну что там твои эмпирические наблюдения? – Устало поинтересовался хозяин квартиры, мысленно настраиваясь на разговор. - Эмпирическое исследование, - поправил психолог. – Всё опытным путём, как говорится… - Повисло молчание. – Он ведь возвращает тебя к жизни, Чонун-а. - Я знаю. Я чувствую, - немного помолчав подтвердил мужчина. - Вы перешли на «ты»? - Случайно, но я не против… - И он зовёт тебя хёном. - Я долго думал о том, что никогда не разговаривал с ним, не задумывался над тем, что он за человек, какие мысли его беспокоят… Но вчера почему-то вдруг захотелось выслушать все его идеи и предложения и, проявив терпение и понимание, я сорвал настоящий куш, вытащил золотой билет, понимаешь? - Продолжай, - Хичоль уже записывал в записную книжку основные аспекты, исполняя роль среднестатистического доктора-психолога. - Сегодня мы стали ближе. - Я заметил, - усмехнулся Хичоль. - Нет, серьёзно. Благодаря этому парню, я могу хоть сейчас выступить перед акционерами с новым проектом. Реук – это какая-то бомба, серьёзно, необъятный заряд энергии! Причём с виду не скажешь, но если пообщаться с ним… - Но раньше он был лишь раздражителем? Или всё зависело от внешних факторов? – Недоверчиво сощурился психолог. - Не знаю. Я злюсь на него периодически, но от этого ничего не меняется. - Сегодня ты очень странный, Чонун-а, обычно ведь не привязываешься к людям. Да что там обычно, ты, чёрт возьми, никогда не привязываешься к людям! Даже ко мне ты никаким образом не привязан! А тут растёкся лужицей и печеньки уплетаешь?! - Ты что, ревнуешь? – С улыбкой спросил директор Ким и уставился на своего друга. - Если ты настолько туп, что не способен отличить заботу от ревности, мне не о чём с тобой разговаривать, - вместо ответа в точности повторил фразу Кюхёна, слегка улыбаясь. - Ким Хичоль, ты – мой лучший друг, поэтому должен лучше других знать, что я часть тебя, а не просто «привязан», как ты выразился… - Я знаю, и ты прав, просто ревную, слишком много времени в последнее время отбирает у Ким Хичоля Ким Реук. И с Чо Кюхёном, я полагаю, точно такая же ерунда. Не только Чонуну сегодня пришлось откровенничать. Ему удалось выяснить, что зыбкий контакт между Хичолем и его новым увлечением налажен. - И что с того, что ты узнал, где он живёт? - Ему теперь не скрыться! – Самонадеянно ответил старший. - Придёшь к нему со своей жёнушкой? – Вновь подколол мужчина, опять порываясь рассмеяться. - До каких пор ты будешь вспоминать мне ошибку моей молодости?! – Деланно вспылил Хичоль, сам еле удерживаясь от улыбки. - А то ты уже такой старик! - Ты привязываешься к Реуку, Чонун-а… Надо ли оно тебе? Я думаю, что для лечения достаточно и периодического общения. - Ты мастер переводить тему! Настоящий психолог, что и говорить, - вздохнул хозяин квартиры. – Я просто следую по наитию. Пока мы создаём свой проект, я буду общаться с ним так, как мне хочется. А там поглядим, как дело пойдёт, - он внимательно разглядывал диванную подушку, ненадолго задумавшись. – Но ты! Собираешься действовать? - В ближайшее время я брошу все силы на штурм одной очень неприступной, но ужасно обворожительной крепости!