Одним утром

Минуты все проходят и проходят, а Нуар молчит. Есть пару вариантов его безмолвия, но они кажутся совсем ничтожными по сравнению с одним: он просто передумал говорить. Однако Маринетт это не устроило, а потому она станет допрашивать его, чтобы он сказал все любой ценой. Только вот какими именно способами? Если замолвить словечко за супергероиню столицы Франции, то он может заподозрить то, что голубоглазая и есть его объект обожания. Нет, не пойдет. Но, возможно, если она мягко затронет эту тему, то все обойдется? Хотя, нет! Нельзя рисковать. Выпытать правду насильственно? Запустить в него подушку или какой-либо весомый предмет? Тоже нет, это слишком не вежливо выйдет. Хотя кто сказал, что Дюпен младшая таковой является с теми, кто ее выбешивает? Она вполне может отреагировать агрессивно. Однако это тоже глупо. Даже щекотка тут не поможет, ибо светловолосый сам может начать щекотать ее. А Мари ужас, как боится такого. Ведь когда начинают играть пальцами по твоей коже в уязвимых местах, ты мгновенно перестаешь дышать. Так же начинаешь заливаться смехом и слезами в придачу. В таком случае, придется уговаривать Котика обыкновенными словами. Заболтаться о том, какой он крутой, сильный, красивый и о прочем, что будет затрагивать его эго. Тут ничего не попишешь, ибо девушка знает его слабые места. При всем при том, начать нужно не так сладко, как ему захочется. Только так он поймет, что Маринетт не сможет, хоть и постепенно, устоять от его чар и тут же сломается, начиная заигрывать с ним. — Ну, чего молчишь? Выкладывай давай, что хотел? — Пошел слушок, что кое-кто тебя считает ЛедиБаг, — зеленоглазый явно не стал церемонится. — И, как ты только до этого додумался? — Я? — блондин нервно закусил нижнюю губу. — Почему ты сразу привела в пример меня? — Язык тела знаю. — А, если честно? — Какие же сказки начали рассказывать! — девушка, как будто не расслышала его вопрос. — Тогда проверим их правдивость из этого дневника? — Нет! — Мари подскочила на месте и рванула в сторону спасителя города, дабы отобрать свою вещь. — Отдай! Все пошло не по ее плану, а по кошачьему наглого юноши. Чего-чего, а такого она не ожидала. Даже если бы была в костюме ЛедиБаг, то тоже бы вряд ли спокойно отреагировала на подобное. Вроде бы удивляться нечему, но этот парень всегда найдет способы поразить окружающих его людей. Вероятно, что эта еще одна способность Супер-Кота. В один миг, когда Дюпен-Чэн подбежала к блондину, он тут же поднял руку вверх и рассмеялся. Ему нравилось наблюдать за синеволосой, которая так усердно пытается отобрать свою законную вещь. Это практически так же забавно, как крутящаяся Леди вокруг злодея с пленкой в руках. Однако его интересовало другое: что она там такого секретного пишет, что нельзя заглянуть туда хоть одним глазком? Неужели такие страсти описывает, что самой стыдно? Но про кого? Не уж то ли про такого красавчика, как он? Неважно, ведь это еще один повод прочесть девчачьи записи. Откинув личный дневник хозяйки комнаты к окну, зеленоглазый схватил Мари и перекинул через свое плечо. По-свойски похлопав ее, всего лишь, по спине, направился к кровати. Как бы она не брыкалась, а он все же закинул синеволосую на второй ярус и со всех ног помчался к единственному выходу, через который может скрыться в ночи. При этом, прихватив блокнот и, не прощаясь, юркнул в окно. Дюпен сидела на верху, ошарашенная нуаровским поступком. Конечно, она знала, что он любит вытворять подобное. Сколько раз уже говорила это себе, но ни как не может смирится с этим. Похоже, что никогда в своей жизни не сможет наплевать на его данное отличие от нормального парня. Сейчас васильковоглазой хотелось провалиться под землю, дабы не знать, как Супер-Кот отреагирует на ее самый главный секрет. Боже, это будет так неуместно со стороны Маринетт... По собственной глупости выдаст с потрохами то, что не хотела раскрывать даже своим маме с папой и лучшей подруге. И, что теперь делать-то?..