Охранная система "Банши". Обмену и возврату не подлежит

      Все мысли покинули голову Сони, она просто стояла и смотрела на то, что творится вокруг, на то, как гибнут Мориган и Зубастик, как приближаются растения, чьи ветви и листва уже проникли сквозь врата, на мага, лежащего на полу. Банши не могла пошевелиться или что-то сделать, страх сковал её, заставляя позабыть обо всех планах. Оцепенение было настолько сильным, что девушка не ощущала себя вовсе. Она словно превратилась в предмет мебели, без мыслей, чувств, желаний и способности двигаться.       Неожиданно, что-то изменилось, симбионты перестали корчиться от боли и кричать, их больше не утягивало в открывшийся портал. Сердце болезненно сжалось. Неужели чернокнижник мертв? Соня смотрела на неподвижное тело старика, понимая, что это её хозяин, он еще дышит, но его дыхание настолько слабо, что его практически не видно, всего пара вдохов и Эрик Кроу покинет этот мир, увы, так и не добившись своей цели. Банши истерично всхлипнула и зажмурилась, не желая видеть происходящее.       — Он все еще жив, ты все еще можешь спасти его и нас всех, — слабо прошелестел Зубастик, теряющий контроль над своим носителем. Удерживаться внутри было невероятно сложно, организм человека отторгал его. Растение отчаянно боролось с собой, хваталось за носителя и с Мориган творилось то же самое. Идеальный момент для решающего удара, единственная возможность что-то предпринять и повлиять на судьбу Этерции. — Кричи, Соня! Кричи! Ну же!       Симбионт встряхнул девушку, заставляя ей прийти в себя, осознать, что происходит. Эрик не сможет исполнить свое обещание, ему не открыть врата в нужное место, растения тоже не помогут, скорее уж захватят её тощее тело, за неимением лучшего, да и на Тхара надеяться не стоит, демон просто наблюдает, словно его ничего не касается, в его взгляде даже можно увидеть некую заинтересованность. Как же она от всего устала! В особенности от страха! Соня бросила очередной взгляд на чернокнижника — она не позволит ему умереть, ведь он так и не исполнил условия договора, а они в Этерции священны и обязательны к исполнению.       — ААААА!!! — душераздирающий вопль вырвался из груди банши, которую больше ничего не сдерживало. С каждым мгновением крик нарастал и становился все сильнее. Звуки лились непрерывным потоком, заполняли все вокруг. Еще никогда в жизни Соня не кричала так сильно, не вкладывала в это дело всю себя, сама не превращалась в звук. Эрик сдержал обещание и снял все ограничения, отчего голос нечисти становился лишь сильней, пронзительней, он был наполнен магической мощью, что порождала ветер и настоящую бурю, голос банши был подобен гневу самой природы, разрушителен настолько, что рушился защитный барьер, установленный чернокнижником, а стены замка пошли трещинами. С таким трудом построенные врата, осыпались, а камни переставали пульсировать и светиться. Растения в ужасе отпрянули назад, пытаясь сбежать и спастись. А Соня все продолжала кричать, хотя и не понимала, каким образом ей это удается, ведь в легких давно уже не осталось воздуха, она задыхалась, внутри все горело, а перед глазами плыло от нехватки кислорода, но продолжала издавать разрушительные звуки.       Крик и слезы банши на многое способны, именно поэтому этот вид нечисти ловили, пытаясь превратить в рабынь или убивали. Банши — грозное оружие, но они же могут подарить жизнь и спасение, все зависит лишь от того, что вложит нечисть в свой голос, о чем будет думать и что хотеть, насколько искренними и чистыми будут её слезы. Все это Соня узнала из найденной Терлаком книги, и вот теперь на деле убеждалась в том, насколько сильна. Банши хотела, чтобы Этерция была спасена, чтобы Зубастик — уцелел, а Эрик — выжил. Девушка не думала о себе, о родном мире и семье, она осознавала, что нескоро сможет увидеть их, если это вообще возможно, Соня решилась рискнуть всем и собственной жизнью в том числе.       Банши вместе с ослабшим симбионтом рухнула на колени, раздирая их в кровь. Перед глазами темнота, сил практически нет, каждый вдох отдается болью в легких. Глотая слезы и пытаясь подавить рвущиеся из груди рыдания, Соня пыталась прийти в себя, сфокусировать зрение и понять, удалось ли ей хоть что-то изменить, повлиять на ход событий и перестать быть наблюдателем в этой странной истории.       Почему так тихо?       Разве так должно быть?       Каждая мысль болью отдавалась во всем теле. Банши с огромным трудом удалось сфокусировать зрение и первое, что она увидела это труп Мориган, лежащий недалеко от того, что было вратами. Женщина была мертва, и выглядела, как обычный человек, не осталось и следа заражения, а рядом с ней валялся небольшой росток. Казалось, что он шевелится и пытается уползти, в поисках нового носителя, что станет идеальной почвой для него. Соня судорожно всхлипнула — она снова убила, но на этот раз в душе нет никаких сожалений, лишь пустота и осознание того, что это сделать было необходимо. Банши с ненавистью смотрела на росток — все из-за него! Миг и растение объяло демоническое алое пламя, не оставившее от него даже пепла. А следом за этим последовал громогласный хохот Тхара.       — Ха-ха-ха-ха! Ты смогла удивить меня, маленькая банши! Ха-ха-ха! Жаль, что я не могу забрать тебя себе! Мы бы тогда таких дел натворили! Ха-ха-ха! Стоило остаться ради того, чтобы все это увидеть! Одна тварь мертва, как и должно быть, а другой… Ха-ха-ха! Грозный Эрик Кроу, что же с тобой стало? Ха-ха-ха!       — Тхар Анер Тух! Заткнись! — раздался писклявый голос. — Договор все еще в силе, а это значит, что ты служишь мне, так что заткнись!       Соня перевела взгляд на голос и нервно хихикнула. Эрик был жив и здоров, более того, теперь он не был стариком, напротив, помолодел. Чернокнижник превратился в тощего бледного, но все еще лысого мальчишку лет десяти. Ребенок путался в чрезмерно большой одежде, пытался грозно смотреть на всех и всячески сохранять лицо и величие, но вызывал лишь новые приступы смеха у демона, и Сони, что уже не могла себя контролировать. Банши смеялась, как никогда раньше: заливисто, громко, звонко и дело было не в том, что ей было смешно, скорее уж во всем виновны нервы, которые были расшатаны до предела.       — Заткнитесь оба! — негодовал ребенок, злобно смотря на своих обидчиков. — Это не смешно! Абсолютно не смешно! Вы мне еще ответите за это!       Никто не слушал негодования мальчишки, а смех заполнял все вокруг, заставляя забыть о страхе, тревогах и опасностях, унося с собой все плохое. Все кончено. Эрик и сам не заметил, как присоединился к всеобщему хохоту, хотя могущественному чернокнижнику и не подобает этого. Он почти умер, почти лишился всего, но судьба в лице Сони подарила ему еще один шанс. Как им распорядиться он подумает позже, а сейчас… Сейчас он просто смеется вместе со всеми.