Укрощение строптивой

— Роза, стой! — Ну уж нет, — подумала я. Во мне кипела ярость, и я со всей дури била Беликова. Меня совсем не волновало, что случилось, и почему я это делала. В голове горело лишь одно желание: покалечить подонка. — Да остановись же ты! — прокричал Дмитрий и схватил меня за запястья. — Да так ты вообще посмел! — уже почти в слезах в том же тоне ответила я. — С какой стати я должна останавливаться? — Роза, успокойся, — тихим голосом сказал Беликов. Ага, сейчас, разбежалась. Я стала извиваться, но попала в еще более невыгодное положение: он схватил меня за локти и обнял со спины так, что я была полностью обездвижена. Вот ведь незадача! Я хотела было предпринять новые попытки освобождения, но только сейчас осознала, что находясь в крепких объятиях Беликова, я получаю неимоверное удовольствие, и желание покинуть столь прекрасную обитель совсем уходит… — Все? — сладко прошептал в ухо. Я томно вздохнула, сдерживая стон, но все же держала себя в руках. Вот ведь ирония… Поняв, что я больше не брыкаюсь, он развернул меня к себе и взял руками мое лицо. — Роза, посмотри мне в глаза. — Нет, — рявкнула я. — Роза, — настойчивее сказал он. Я не сдержалась и подняла свой взор в его карие омуты. Но нет! Роза Хэзевей без боя не сдается! Или сдается?.. Пока я плавала в океане своих мыслей, Дмитрий не без удивления смотрел на меня. Мы встретились взглядами. И тут нас обоих пронзило, словно током на все 220, а то и больше, вольт. Не знаю, как за мной оказалась стена, но через мгновение я уже была зажата между ней и Дмитрием. Мы слились в страстном поцелуе. В нем уже не было той непонятной ярости. Была страсть, неугасаемая. Мои руки зарылись в шелковые каштановые волосы, тем самым приблизив его лицо еще ближе. Его язык исследовал мой рот, из-за чего я уже начала стонать. Затем наши языки сплелись в едином движении. Мы отпрянули друг от друга в поисках новой порции воздуха. Пока легкие были заняты поглощением кислорода, Дмитрий подхватил меня за бедра и я запрыгнула на него, обняв ногами его тело. Не знаю как, но мы уже оказались в какой-то комнате. Но это не имело значения, ведь со мной Дмитрий, остальное меня не волнует. Поставив меня на ноги, он принялся срывать с меня одежду. Мгновение — и я предстала перед ним в одном нижнем белье. Его взгляд хищно прошелся по моему почти обнаженному телу. Я не стала стоять без дела и накинулась на него, при этом пытаясь снять с него одежду, которая мне уже толком надоела. Ему это явно понравилось, и он просто отдался под мои руки. И вот, когда он тоже остался в одном нижнем белье, точнее в одних боксерах, я повалила его на кровать. Опять же, мне не было дела до того, что это за кровать, и как она здесь оказалась. Моя цель лежала предо, точнее подо мной, — Беликов. Я начала с жадностью целовать его сладкие губы, затем шею, его прекрасный торс. По его напряженным мышцам груди было видно, что он напряжен, но стоило мне коснуться их губами, как весь напряг просто улетучился. Я уже чувствовала, насколько Дмитрий возбужден. Я хитро усмехнулась и вернулась к его губам. Но тут Беликов взял инициативу в свои руки, и я оказалась вдавлена весом всего его тела в кровать. Стон удовольствия вырвался сам собой. Он целовал мою шею, затем спустился к моей томно поднимающейся груди, и одним движением руки бюстгальтер покинул свою хозяйку. Под натиском его горячих поцелуев я выгнулась дугой. Он спускался все ниже и ниже. Он начал снимать с меня последний, оставшийся на мне предмет одежды. Все, думала я, сейчас это свершится, и…       Я проснулась.       Это был сон, черт возьми! Эротический сон с этим Беликовым! Так, это уже сдвиг по фазе просто…       Вот чего чего, но ТАКОГО я никак не ожидала увидеть в своем сне. Да сдался мне этот Беликов! К черту он мне нужен! Но сердце, кажется, говорит обратное…       Уже неделю мне снятся сны такого содержания, и в них обязательно главным героем является Беликов. В реальности же, я стараюсь его избегать, а мало ли, что может выкинуть мой и без того съехавший с катушек мозг. В конце концов я приняла решение: чтобы избавиться от этих казалось бы приятных кошмаров, я должна избегать источник сих действий. Я должна охладеть к нему. Ну не могла я так просто в него влюбиться…       Так все, соберись, Хэзевей. Выкинь этого придурка из головы. Лучше займись учебой