Запретные чувства

— Что?! — взвыла демонесса. — Изгоняете меня из круга?! — Берта, ты нарушила очень много правил! — заявил Аид, пригрозив девушке пальцем. - Я, конечно, понимаю, что ты демон и должна нарушать правила и подставлять людей на плохие поступки. Но нельзя заставлять людей погибать! Это против правил, Берта! Уходи! Демонесса, развернувшись на каблуках, направилась к огромной каменной двери, оскалив зубы и кинув фразу: — Вы сами захотите, чтобы я вернулась! Покинув Ад, Берта направилась на Землю. Народ бушевал и радостно кричал всякие фразы. Девушка, накинув на голову капюшон, буркнула: — Рождество! Как же я его ненавижу! Берта посмотрела по сторонам и взлетела воздух, откуда, по её словам, было удобнее наблюдать за людьми. Черные крылья сильно били воздух, пытаясь поднять свою хозяйку ещё выше. — Я смотрю, что ты очень хорошо развлекаешься, Берт, — послышался нежный голос за спиной демонессы. Развернувшись, она увидела Валентина — ангела, с которым она всегда работала, а точнее соперничала. Сняв капюшон с головы и поправив свои фиолетовые волосы, она сказала: — Да знаешь ли, когда занятся нечем, можешь и со скуки демоном сдохнуть! — В смысле нечем? — раскрыл свои небесно-голубого цвета глаза блондин. «Ты прекрасен…» — А в прямом, — она сжала кулаки до хруста костяшек. — Меня изгнали. — Как?! — ангел не переставал удивляться ловкостью своей «подруги», которая в тайне ото всех была влюблена в этого голубоглазого святошу. — Легко… Сказали, что я слишком часто покушаюсь на жизни своих подобечных, наговаривая им всякий «бред», — Берта показала пальцами с когтями ковычки и, перестав махать крыльями, стала падать вниз. Ангел, перепугавшись за неё, полетел следом за ней. Резко остановившись, демонесса встала на землю, поправив своё длинное платье. Валентин приземлился рядом и крикнул: — Зачем ты так делаешь?! Берта удивленно вскинула брови и легко ответила: — Я довольно-таки часто развлекаюсь подобными вещами. Не надо на меня зыркать своими глазами, угрожая взглядом моей жизни, — и задумавшись, с улыбкой спросила: — А не волнуешься ли ты за меня, м? Ангел смутился и почесал солнечную голову. «Как я хочу к тебе прикоснуться и зарыться руками в твои волосы…» — И ничего не волнуюсь, — ответил робко Валентин. — Просто Всевышний мог подумать, что это всё из-за меня. А это было бы о-о-очень плохо. — Вы все так любите слушаться своего Всевышнего! — психанула демонесса. — Это всего лишь какой-то такой же ангел, как и вы, который возомнил себя Главой Совета! — Ваш Аид не лучше! — вступился за своего Господина блондин. — Даже ещё хуже! — Я этого и не отрицаю, но не надо тут своего «святошу» защищать! Нашелся, черт, голубоглазый патриот! Левый глаз Валентина задергался. Берта ехидно улыбнулась и спросила: — Что такое? Руки чешутся, да вот ударить не получается из-за Запрета? — Мне Запрет не закон! — заявил ангел. — Сказал тот, кто только что его защищал, да? «Как же я люблю тебя, когда ты злой…» — Ты меня с ума сведешь! — взвыл блондин, обхватив руками голову. — А ты меня уже… свел, — крикнула фиолетоволосая. — Я уже давно без ума от тебя и ничего! Жива-здорова! Ангел отошел от Берты на два шага и спросил: — Ты же сейчас пошутила, да? — Если бы, — демонесса подошла к нему ближе. — Я уже давно не знаю, что со мной. Когда я вижу тебя у меня внутри всё переворачивается! Я уже не могу нормально существовать! Валентин испуганно посмотрел на девушку и сказал: — Ты же не хочешь… — Хочу и сильно! — ответила Берта, приближаясь к блондину. — Но нельзя же! Запрет… — попытался возвразить ангел, но демонесса его перебила. — Запрет! Да пусть он к черту катится этот Запрет! Если есть Запрет на любовь, то почему нет Запрета на встречи?! Зачем мне тебя видеть?! Я не могу так жить! — А я не могу нарушить… Берта закрыла глаза и вздохнула. Вновь посмотрев на Валентина, она сказала: — Прости… — За что? — недоумевал ангел. Она сделала ещё два шага и, притянув его к себе за воротник белоснежной рубашки, прошептала в губы: — За это, — и поцеловала. Блондин раскрыл свои небесные глаза и уперся руками в плечи демонессы. Та лишь обвила своими руками его шею и углубила поцелуй. Ангел продолжал упорствовать, но Берта крепко его держала. «Наконец-то…» Положив руки на талию девушки, блондин стал отвечать на поцелуй. Берта положила одну руку на его грудь, в которой бешено колотилось влюбленное сердце, а второй зарылась руками в белоснежные волосы. «Они такие мягкие…» Осознав, что он творит, Валентин отпрянул от Берты. Она недоуменно посмотрела в его глаза, а тот, убрав её руки, сказал: — Нам не суждено быть вместе… И взмахнув белоснежными крыльями, взлетел в воздух, летя в сторону Рая. В глазах Берты блеснули слёзы и она упала на колени. Положив руки на сердце, она у самой себя спросила: — Почему мне так больно? .. Почему он не принял моих чувств? .. Сердце отбивало сумасшедшие ритмы, разбивая вдребезги грудную клетку и душу, которой у демонессы и быть не должно было. На небе блеснули последние лучи солнца и наступила темная ночь, окутавшая отверженную девушку. Упав на землю и в последний раз взглянув на звездное небо, Берта растворилась в воздухе, прошептав последнее в своей грешной жизни слово: — Люблю…