Я всегда буду рядом

      Некоторое время Эмма и Генри ехали молча. Мальчик что-то писал в небольшом блокноте.       -А что ты пишешь? - нарушила тишину Эмма.       -Я писатель. Делаю заметки. - ответил Генри. Конечно, он не стал объяснять, что является Автором в Мире Магии. Пусть у него и не было волшебного пера, но в его обязанности входило фиксировать ход важных событий. А по мнению Генри, описание операции по возвращению Спасительницы домой является как раз одним из подобных событий.       -Дашь почитать? - робко спросила Эмма.       -Конечно. Только не сейчас. Ты пока не готова.       -Не готова к детским рассказам? - невольно улыбнулась Свон.       -Это больше чем рассказы. - торжественно заявил Генри.       Эмма опять замолчала. Но желание узнать сына поближе всё же пересилило внутренние страхи.       -А как вы нашли меня?       -Есть сайт... - Генри с трудом вспомнил его название, ведь пользовался он им три года назад. - Называется "Кто твоя мама?" Так я и выяснил всё о тебе.       Эмма кивнула, даже не обратив внимания на некоторые несостыковки в ответе Генри. Ведь она только приехала в Нью-Йорк, даже квартира у неё арендованная, адрес временный, так откуда о ней могут быть сведения на этом сайте? Но Эмма не задумалась об этом.       -Вы с Киллианом живёте вдвоём? - Эмма ни за что бы не призналась, что этот вопрос имел ещё одну цель: узнать свободен ли Джонс. Отчего-то Эмме важно было узнать ответ...       -Нет, у меня большая семья. - Генри тщательно продумывал ответы, чтобы не сболтнуть ничего лишнего. - Бабушки, дедушки, да и вообще у нас в городе все как одна семья.       -А...мама? - едва слышно прошептала Эмма.       Генри на миг задумался, как ответить. Если он соврёт, она тут же определит это. Оставалась лишь частичная правда.       -Теперь мы с Киллианом сами по себе. Мама уехала от нас.       -Ох... - вздохнула Эмма. - Прости, я... я не хотела...       -Ничего, всё нормально. - улыбнулся Генри. "Ведь мы уже нашли тебя."       -Я не... мне правда жаль...       -Всё хорошо, мам. А теперь я встретил тебя...       Эмма вздохнула. Затормозив, она остановила машину на обочине.       -Генри... - начала она. - Я не знаю, что сказать, чтобы ты простил меня... Когда я оставляла тебя... я думала, что так будет лучше для тебя. Я испугалась ответственности, испугалась, что не справлюсь, что подведу тебя.       -Мам...       -Я все эти годы не могла простить себя...       -Мам...       -Я знаю, что не заслуживаю твоего прощения...       -Мам! - воскликнул Генри сердито. - Я не сержусь на тебя. Честно. - добавил он, видя неверие в её глазах. - Я понимаю, что ты хотела лучшей доли для меня.       -Генри... Я должна тебе рассказать... Я родила тебя в тюрьме... - тихо сказала Эмма. Она сама не понимала, зачем рассказывает всё это Генри. Где-то в глубине души её трусость ждала, что мальчик рассердится на неё и не захочет больше разговаривать. Но какое-то иное чувство, прежде незнакомое Эмме, заставляло её говорить с Генри, признаваясь ему и себе в том, о чём думать совсем не хотелось. Это чувство называется надежда...       -Сейчас это уже не важно, мам. Всё в порядке. Я всё понимаю. - Генри улыбнулся, глядя матери в глаза. Она не знает, но он ведь помнит, как она уже говорила ему то же самое три года назад. Тогда она дольше закрывалась от него. Сейчас их разговор произошёл гораздо быстрее. А значит, и к Киллиану она скорее почувствует любовь. Генри знал - и тогда, и сейчас, - что Эмма говорит искренне, что она любит его, хотя и не помнит об этом. А он любил её. И верил, что скоро всё наладится.