Память.

Победил вариант «Пойти за Антоном» Арсений за несколько секунд решил, что нужно пойти за Антоном. Да, парень уже взрослый человек, и полицейский понимал, что ему надо побыть одному, но отчего-то казалось, что если Арсений его не догонит, то потеряет навсегда. «Какие глупые мысли», — одернул себя мужчина и сорвался с места, хватая ключи и выбегая из квартиры, на ходу захлопывая дверь. — Антон! — крикнул полицейский. К счастью, юноша не успел далеко уйти, он, кажется, и не торопился, будто подсознательно ждал, что его догонят. Арсению хотелось верить именно в это. Антон обернулся, смотря на него поникшим взглядом. — Антош, — мужчина подошел к нему осторожно, будто опасаясь вспышки недовольства или гнева, но парень был спокоен. — Пойдем домой, побудешь один там, я не буду тебе мешать. Юноша пару секунд смотрел на Арсения, что-то решая для себя. — Я не… — начал парень, но не смог подобрать слов. — Пойдем, — аккуратно произнес Арсений и протянул руку. Антон сжал его ладонь и опустил взгляд. Арсений слегка улыбнулся, в данный момент, ему было плевать, что подумают люди, увидев двух парней, что идут, держась за руки. Он был рад, что все прошло мирно и что с его Антоном все хорошо. Арсений оставил юношу одного в квартире, как и обещал, и ушел в супермаркет. Он прекрасно понимал, что парню есть о чем подумать, день был не самый легкий. И сейчас, ходя между стеллажами с продуктами, Арсений старался отогнать дурные мысли и ненужные переживания. Но одну вещь он для себя решил точно — не стоит допускать подобной близости, как сегодня. Не время и не место, это слишком эгоистично. Антон восстановится, все вспомнит, решит, нужен ли ему Арсений, и они поймут, что делать дальше. «Ну, конечно, этот день не мог закончиться так просто», — подумал Арсений, услышав оклик, стоя под козырьком подъезда и нашаривая ключ в кармане. — Эй ты, петух! Мужчина поставил пакеты с продуктами на бетонный пол и развернулся, наблюдая, как к нему подходят два парня — типичные гопники. Он видел их пару раз во дворе, но никогда не обращал внимания. Сейчас эти двое были явно не трезвы. — Я вас внимательно слушаю, — спокойно ответил мужчина, игнорируя прилетевшее в него обращение, и спустился вниз по ступенькам подъезда. — Слушает он, — хмыкнул один из парней, более низкорослый. — Ты че тут гомосятину устроил, дядя? Арсений старался отвечать адекватно и очень жалел, что табельное оружие, которым можно было припугнуть, осталось в форме, вместе с удостоверением. И он не запомнил, в какой момент эта «беседа» перетекла в драку. Мужчина не любил распускать кулаки, но занятия рукопашным боем сейчас пригодились как никогда. Один парень лежал на земле, корчившись от боли, второго, что пошел на него с раскладным ножичком, Арсений скрутил, держа за руки, сведенные за спиной. Супергероем мужчина не был, поэтому успел получить пару ударов кулаками и сам, чувствуя, что ему рассекли губу и бровь. Он потерял бдительность, мысленно радуясь своей небольшой победе, придумывая, что сказать этим отбросам, чтобы желание нападать на людей у них отпало, поэтому не заметил, как к ним приблизился еще один молодой человек. Этот парень выглядел так же, как и первые два, он приблизился, настроенный явно агрессивно и Арсений поднял на него взгляд. Агрессия на лице гопника сменилась испугом в одно мгновение. — Бля, пацаны, это ж мент! — воскликнул он, разворачиваясь и убегая. — Валите! Парень, что лежал на земле, не смотря на явную боль, понял все быстро и поднялся, стараясь унести ноги. Тот, которого держал Арсений, что-то жалобно проскулил. — А теперь слушай меня, — полицейский наклонился к уху парня, говоря с максимально угрожающей интонацией. — Если я еще раз увижу здесь вас или кого-то из вашей шайки — будете сидеть на зоне не один год за то, чего не совершали, ясно? — он увидел резкие кивки головой и продолжил. — И дружкам своим передай. Пошел вон! Он толкнул парня на землю и спокойно развернулся, возвращаясь в подъезд. Теперь мужчина был спокоен, ведь до этого он успел подумать, что Антону может грозить опасность. Как удачно, что у некоторых гопников хорошая память на лица и профессии. Полицейский прошел в квартиру, стараясь аккуратно посмотреть в комнату, чтобы не потревожить Антона. Парень сидел на диване, отвернувшись к окну, и перебирал пальцами браслет на руке. Арсений прошел на кухню и поставил пакеты на стол, собираясь разобрать купленные продукты. Лицо его не сильно тревожило, он получил всего пару слабых ударов — обработает попозже, если понадобится. — Арс. Мужчина слышит, как его тихо окликнул Антон, который неслышно подошел к дверному проему кухни. — Ты как? — улыбнулся мужчина, разворачиваясь, и по лицу юноши понимая, что ему стоило бы озаботиться своим лицом.  — Что случилось? — выдохнул Антон и подбежал к полицейскому, разворачивая его за плечи к свету из окна. — Ты подрался?! — Не переживай, ничего серьезного, — отмахнулся мужчина, зная, что парня такой ответ не устроит. — Прикопались во дворе, но один из них вовремя вспомнил, кем я работаю. Тебя не потревожат, — добавил он. — Я за себя и не переживаю, — Антон повел плечом, отбрасывая ненужные опасения мужчины. — Надо обработать. Юноша долгим взглядом рассматривал лицо полицейского, да и сам мужчина не мог оторвать глаз от зеленых напротив. Антон протянул руку и невесомо провел большим пальцем от пострадавшей брови до губы Арсения, не касаясь маленьких ран. Парень задержал палец на губах мужчины, оглаживая их, словно находясь в каком-то трансе. И Арсения словно переклинило, он почувствовал, как шкала внутри его головы перепрыгивает от «переживаний и нежности» к «нестерпимому желанию обладать». Он прекрасно помнил обещание, данное себе. Он отчетливо ощущал, как штаны стали нестерпимо узкими. — Пойду, обработаю, — хриплым и тихим голосом произнес Арсений и сорвался с места, оставляя удивленного Антона одного. Парень, пару секунд постояв в недоумении, пожал плечами и принялся разбирать пакеты, не до конца понимая, что только что сейчас произошло. Да и у него было много других мыслей, которые нужно было обдумать не в первый раз. Арсений скрылся в ванной, щелкнув замком на двери и включив воду в раковине, оперся рукой о ее край. Заглянув в зеркало перед собой, мужчина нахмурился, мысленно обозвав себя извращенцем, и опустив голову, прикрыл глаза и потянулся к пуговице на джинсах. Рука двигалась в ритм с его мыслями, что становились все смелее. Мужчина закусил губу, стараясь не застонать, и пытался выдыхать тише. Ему казалось, что шум воды не перебьет этих звуков, ему было одновременно хорошо и неловко, а еще казалось, что Антон непременно знает, чем он занят сейчас. — Ммм… — тихо тянет Арсений и утыкается лбом в холодное запотевшее зеркало. Чуть позже, успокоившись, обработав ссадины, ведь за этим он и уходил, и переборов неловкость, мужчина вышел из ванной. Антон успел разогреть ужин и сделать чай. Полицейский сел напротив, и посмотрел на парня. — Не расскажешь, о чем хотел подумать? — спросил Арсений. Юноша явно был спокоен, и мужчина решил, что может задать этот вопрос. Да и ему самому теперь было гораздо легче обсуждать серьезные темы, мысли не уходили в сторону. — Если честно, — Антон отвечает смущенно, — я бы не хотел говорить. Я могу обсудить это с Дмитрием? Он смотрит на Арсения слегка испуганно и исправляется. — Ну, то есть, я доверяю тебе, просто это все так сложно… — тянет он. — Конечно, не переживай, — успокаивает его мужчина. — Я все понимаю. Ему было немного обидно и интересно, но он действительно понимал парня. То, что творится в его голове, стоит обсуждать с профессионалами. А если он захочет, то поделится с Арсением позже. Они говорят на отвлеченные темы, и их разговор прерывает телефонный звонок. На экране высвечивается «Юля». — Пойду, отвечу, — говорит Арсений и уходит на балкон, планируя заодно и покурить. — Алло. Привет, Юлька. — Привет, — Юля явно находится в приподнятом настроении. — Как там у вас дела? Девушка явно выделила это «вас», что не укрылось от Арсения. — У «нас», — язвительно ответил он, — все в полном порядке. — Судя по интонации, я не зря не сказала «у тебя и Антона», да? Рассказывай. — Иногда мне кажется, что ты и сама все знаешь, — хмыкает мужчина. — Нормально все… не считая некоторых… морально-этических моментов. — А что не так? — девушка спрашивает удивленно и мечтательно продолжает. — Любовь — дело такое… — Ты серьезно? — Попов разворачивает голову, на всякий случай, посмотрев в окно в комнату и убедившись, что Антон его не услышит. — Он младше, у него проблемы… В конце концов, мы даже на сто процентов не знаем, действительно ли он… ну… Антон. — Он тебе нравится? — спокойно спрашивает журналистка, будто проигнорировав его слова. — Да. — Тогда просто будь рядом с ним. И все. — У тебя все так просто, Юль, — невесело отвечает Попов. — Это ты усложняешь, как дурак, — девушка не сдерживает смешок. — Я еще хотела спросить… Сегодня я Матвиенко твоего видела… он… ну, тоже… того? — Чего? Мужчина приподнимает бровь, явно понимая, к чему клонит Юля, но ему смешно от этой мысли. Он знает о бывших девушках друга, так что нет, скорее всего, подруга что-то перепутала. — Ну, гей… — голос девушки звучит не очень уверенно. — Я видела его с одним парнем в парке… — Ты думаешь, он только со мной общается? — Арсений все еще не понимает, что это за внезапные выводы. — Ну, они с ним шли и выглядели… как пара. — Юль, ну чего ты сразу придумываешь… Тем более, у тебя самой прекрасный мужчина, что ж твоей журналисткой… душонке на месте не сидится? Все что-то видится. — Ну, просто они выглядели так красиво… Знаешь, там мужик невысокий, чуть повыше Сережи, солидный, в очках, не знаешь такого? — Нет, Юль, не знаю, — улыбается Арсений. — А ты не придумывай. «Два бисексуала-полицейских на один отдел многовато» — мысленно смеется от этой мысли Арсений. Их вечер закончился хорошо и по-домашнему. Арсений читал книгу, а Антон рисовал. Кажется, они оба решили сделать вид, что все более чем в порядке и уснули, уже привычно, в обнимку, немного поговорив перед сном. И у обоих на душе стало гораздо легче. На следующий день полицейский решил перед работой сходить с Антоном в больницу. Ему нужно было поговорить с Дмитрием, а заодно убедиться, что гопники вчера его правильно поняли, и никто не собирается обижать Антона. Возле входа в больницу они столкнулись с Сережей, который явно шел оттуда. — Ты какими судьбами здесь? — поинтересовался Арсений, когда они обменялись приветствиями. — Да так… — Матвиенко явно нервничал и пытался на ходу придумать ответ. — Поговорить надо было с Дим… Дмитрием. На работе увидимся? Рассказывать больше Сережа явно не собирался, а Арсений же только внутренне посетовал на внезапную скрытность друга в последнее время. И сейчас он разволновался за него. Если Матвиенко успевает ходить к психиатру до работы, значит у него есть весомый повод для этого. Воображение начало активно подкидывать картинки о Сереже, который борется с депрессией и страдает. Мужчина постарался откинуть эти мысли и решил попробовать осторожно расспросить друга о его переживаниях, когда придет в участок. Арсений попрощался с Антоном, проводив его до палаты, и направился к доктору. Тот внимательно слушал его рассказ о вчерашних событиях. — Вы молодец, Арсений, — мягко сказал Дмитрий, закончив записывать что-то в карте Антона. — Я понимаю, что это неприятный опыт, но вы справились. — Лучше скажите, что это было не зря, — грустно усмехнулся Арсений, вспоминая испуганного юношу. — Это точно было не зря, — уверенно говорит врач. — Да, в такой ситуации остается только верить, что память вернется полностью, но мы каждый день делаем шаги к этому. И вчера был сделан большой шаг благодаря вам. Полицейский подумал о том, что доктор умеет успокаивать и убеждать парой фраз, и как же здорово, что Антон попал именно под его шефство. — И Антон хотел с вами поговорить, — осторожно начал Арсений. — Я не прошу рассказать мне, конечно же. Но хотел попросить, если о нем появится какая-то не очень хорошая информация, которую мне стоит знать, скажите мне, хорошо? Арсений успокоился, получив утвердительный кивок и убедившись, что доктор понял его просьбу правильно. Полицейский вошел в кабинет Сергея, негромко постучав в дверь и не дождавшись ответа. Друг стоял перед зеркалом, не имея обзора на дверь и судя по реакции, ждал он кое-кого другого. — Слушай, Лен, они совсем свежие и этот твой тональник нихера не… — Матвиенко разворачивается и осекается, понимая, что посетила его совсем не Леночка. Арсений замечает в руке Сережи тюбик с тем самым кремом и засосы на шее, которые тот, судя по всему, пытался скрыть. И тут в голове Арсения складываются несколько файлов. Недавний разговор с Леной, из которого он понял, что у нее с Сережей ничего нет. Разговор с Юлей и невысокий мужчина в очках из ее описания. Утренняя встреча и нервозность Сережи. Свежие засосы и тональный крем. А самое главное — скрытность друга. До этого он всегда охотно рассказывал о своих дамах. — Арс… — тянет Матвиенко и не может придумать финал фразы. Вроде бы можно с легкостью сказать, что это дело рук, а вернее губ, все той же Леночки или отшутиться, но Сережа словно чувствует, что его друг что-то понял, это видно по голубым глазам напротив и выражению лица. Арсений же пытается решить, стоит ли свести все в шутку или наконец расспросить скрытного товарища о его отношениях. Логично было бы выбрать второй вариант, но было одно «но»… Скорее всего такой разговор приведет и к раскрытию карт самого Арсения. А рассказывать об Антоне или даже своей ориентации ему не хотелось от слова совсем. Что выбрал Арсений? — Прямо спросить Сережу о его отношениях — Свести все в шутку Ответ можете написать здесь в комментариях, либо вконтакте в группе Артона)) https://vk.com/artonisreal