Какая странная судьба

«Северусу Снейпу Хогвартс Шотландия Сев, ты уже, наверное, знаешь, что развод получился как по заказу – громкий, шумный, с разоблачением меня как банкрота. Знал бы ты, чего мне стоило так обанкротиться! Я в жизни столько не трудился! И даже советы Блэка не сильно спасали – он в некотором роде подавал вполне разумные идеи. Кстати, Драко со мной теперь не разговаривает. А Цисси получила Мэнор, при свидетелях велела домовикам наложить защиту и уехала во Францию, не сказав, когда вернется. Так что я ощущаю себя действительно одиноким и покинутым. И очень хочется напиться, и как раз каникулы, так что ты свободен. И вообще идея с моим разводом твоя и Блэка, так что он тоже будет. Правда, он заявил, что уже договорился о том, что забирает Поттера на каникулы, и без него ко мне не пойдет, так что когда будешь перемещаться, забери его с собой. Сначала собираемся у тебя, а уже оттуда в Мэнор отправимся – нечего твоему директору знать, что Мэнор непосещаем только официально. Люциус. P.S. Пожалуйста, приезжай. Тошно.» Северус тяжело вздохнул и отложил письмо, полученное за день до Святочного бала. Он надеялся, что зимние каникулы пройдут тихо и спокойно, без Блэка, который обещал навести порядок в своем доме и убраться из северусова. Надеялся отдохнуть хотя бы немного. Увы… К тому же судя по некоторой невнятности изложения, Люциус загодя начал осуществлять планы по отмечанию своего нежелательного освобождения от брачных уз. Северус еще раз тяжело вздохнул и пошел заново собирать вещи – тащить к Люциусу рабочие заметки точно не стоит, а, следовательно, лучше упаковать их отдельно и не забыть дома выложить. И Гарри предупредить – наверняка Блэк до сих пор не поделился своими грандиозными планами, и Гарри считает, что он опять проведет каникулы в Хогвартсе. Впрочем, для начала Северус решил поговорить с самим Блэком. – Гарри уже собрался? – словно между делом спросил он, когда Блэк заявился на следующий же вечер после Святочного бала. – Не знаю, – чуть пожал плечами Блэк. – Я думал, что проследишь за этим. – Интересно, почему это тебе пришло в голову? – ядовито поинтересовался Северус. – Забрать его на рождественские каникулы было твоей идеей, я к ней не имею никакого отношения. – Ну, ты же постоянно в Хогвартсе, вот я и подумал… – Ты вечерами тоже бываешь в Хогвартсе, – напомнил Северус. – И даже иногда пытаешься остаться на ночь. Блэк действительно неоднократно намекал на то, что он устал после работы, да и время уже позднее, а диван с гостиной Северуса вполне уютный, но Северус неизменно указывал гостю на камин, напоминая, что выкормышам Гриффиндора нечего делать в слизеринских подземельях. Более того – в личных покоях декана Слизерина. – Напомнишь, чтобы спросил? – невинно попросил обнаглевший Блэк. – Напоминалку купи, – посоветовал Северус и добавил: – Я не твоя секретарша, чтобы напоминать о твоих делах. Блэк расхохотался и заявил, что секретарша из Северуса вышла бы преотличная, даже с учетом крайне мерзкого характера. Ругаться с ним Северус посчитал ниже своего достоинства, молча смерил нахала взглядом и вышел из гостиной, решив поработать в лаборатории, раз на каникулах, скорее всего, это сделать не получится. Дверь, однако, оставил слегка приоткрытой, так что прекрасно слышал, как Гарри удивлялся изменению в его планах – как Северус и предполагал, Блэк забыл сообщить о своей идее. «На Рождество делать подарок уже поздно, – злорадно подумал он, – зато к Новому году – самый раз!» На следующий же день он заказал набор разноцветных напоминалок для юных магов «На все случаи жизни», в красках представляя себе выражение лица одариваемого этим сокровищем Блэка. 27 декабря вечером Гарри, со слегка недоверчивым видом сидел в своем любимом кресле в гостиной дома в тупике Прядильщиков и уточнял, действительно ли они втроем отправятся в гости к Люциусу Малфою. – А что тут удивительного? – радостно скалился Блэк. – Во-первых, мы ему помогли… – Избави меня Мерлин от такой помощи, – едва слышно пробормотал Северус. Гарри тихо прыснул, а Блэк отмахнулся и продолжил свой спич. – Во-вторых, я его родственник… – Родственник? – удивился Гарри. – Мы с Нарциссой кузены, а она его жена… – Бывшая жена, – все также тихо поправил Северус. – Не важно, – вновь отмахнулся Блэк. – Так что почему бы Люциусу не пригласить в гости меня, а заодно и тебя? Зато что там забыл Сев… – Я его друг. И, в отличие от тебя, не только в последние несколько недель поддерживаю с ним отношения. Блэк уже открыл рот, чтобы наверняка ответить что-то едкое (с его точки зрения), но вмешался Гарри. – Давайте, вы потом поругаетесь, хорошо? – жалобно попросил он. – Хотя бы сейчас попробуйте пожить мирно. Заклятые союзники смерили друг друга взглядами, но просьбе вняли, то есть вообще перестали разговаривать друг с другом. К счастью, вскоре явился Люциус, и необходимость в общении с Блэком практически отпала. – Если вы не против, посидим в моем кабинете, – заявил Люциус, проводив гостей в Мэнор. – На большинство помещений действительно наложены чары, на случай, если кто-то решит проверить. В них, собственно, и надобности обычно нет. В кабинете – в том, который Люциус называл своим рабочим – Северус бывал неоднократно. В личном же, насколько он знал, кроме хозяина бывала лишь Нарцисса, и то довольно редко. Рабочий кабинет находился неподалеку от спальни Люциуса, примыкал к библиотеке и вообще был довольно уютным местом. Сейчас именно там был сервирован стол, а в углу стояла небольшая елка, посверкивающая огоньками и остро пахнущая хвоей. Гости устроились со всем доступным комфортом, по достоинству оценили блюда и напитки, и вскоре завязалась непринужденная беседа. Северус себе и Гарри наливал (по выражению Блэка) «слабенький компотик» – разбавленное красное вино, против которого, впрочем, протестовал только Блэк, и то, по мнению Северуса, исключительно из вредности и желания говорить в пику мнению Северуса.

~ * ~ * ~

Пожалуй, это было лучшее Рождество за всю жизнь Гарри. Святочный бал, торжественный и по-настоящему волшебный, танцы буквально до упаду, почти до утра… Даже неприятный разговор между Снейпом и Каркаровым, который Гарри случайно услышал, не испортил волшебства этой ночи, хоть и хотелось сгоряча влепить в спину дурмштранговца какое-нибудь особо мерзкое заклинание. К счастью, Снейп Гарри не заметил, а то бы точно снял баллы. Зато танец Малфоя и Гермионы – а особенно выражение лиц присутствующих хогвартсовцев – с лихвой перекрыл все неприятные моменты. Гарри даже залюбовался ими – так легко и непринужденно двигалась эта необычная пара. Хотя, надо отдать должное Малфою, в этом была в основном его заслуга, и Гарри простил ему все прегрешения – прошлые, но не будущие. – Гарри, это что-то необычное, – прошептала Гермиона на ухо, когда танец был окончен. – Он что, действительно меня пригласил? И я с ним танцевала? – Ну да, – улыбался Гарри. – Классно причем. К ним подлетел Рон, танцевавший с какой-то француженкой. – Мои глаза! – воскликнул он. – Неужели они действительно это видели? Друзья рассмеялись. – Да, действительно, – закивал Гарри. – Твои глаза, как и глаза всех присутствующих, видели, как ревнитель чистокровных традиций Слизерина танцевал с нашей Гермионой. – И как только ты на это согласилась? – удивился Рон. – Легко! – гордо ответила Гермиона. – Надо признать, что танцевать с ним одно удовольствие… – О Мерлин! – закатил глаза Рон. – Гермиона, ты ли это?! Она снова рассмеялась, а Гарри подтолкнул Рона к ней и заявил, что теперь Рон просто обязан проверить, не подменили ли их подругу… А потом было пробуждение, и стенания Симуса, тайком пронесшего на бал бутылку чего-то алкогольного и изрядно прикладывавшегося к ней. Потом сборы тех, кто отбывал на каникулы, и лихорадочные сборы самого Гарри – после того, как Сириус рассказал о том, что в этом году ничто не помешает Гарри провести каникулы как подобает, вне стен Хогвартса. И это стало самым лучшим подарком на Рождество. И вот теперь Гарри сидел в уютном кресле в Мэноре, в кабинете Люциуса Малфоя, и не мог поверить, что прошлогодний мерзкий маг с наглыми манерами и злыми глазами и нынешний гостеприимный хозяин один и тот же человек. Казалось, даже внешне он изменился – исчез высокомерный прищур, глаза стали живыми и искрились весельем, особенно когда он смеялся над шутками Снейпа или Сириуса. И улыбка у него была не самодовольная, а очень даже хорошая. Ужин уже был позади, и все сидели в креслах у небольшого камина («Не переживайте, он не подключен к сети», – успокоил всех Малфой еще в начале ужина) и «отмечали нежданную и не совсем желанную свободу» хозяина. – Не стоит очаровываться Люциусом, – прошептал Снейп, улучив момент, когда Малфой о чем-то горячо спорил с Сириусом. – Но… – Не стоит, Гарри. Потом можешь очень сильно пожалеть. Гарри немного растерялся – он считал, что Снейп дружит с Малфоем, и тут эти слова. – Секретничаешь? – прищурившись, протянул Малфой. – Может, мы мешаем? Снейп в ответ тихо хмыкнул и заявил, что просто предупредил своего ученика насчет коварства хозяина дома. Гарри обмер, но вопреки его ожиданиям Малфой громко рассмеялся и заявил, что за это стоит выпить. Впрочем, он предлагал это по любому поводу, и уже был не совсем трезв. Сириус, к некоторому неудовольствию Гарри, тоже был навеселе, и только Снейп пил тот же самый «компотик», что и Гарри. На все подколки Сириуса он либо не обращал внимания, либо отвечал, что предпочитает сохранять человеческий облик. – А действительно, давайте выпьем! – поддержал Малфоя Сириус, сидевший рядом со столиком с напитками. – За коварство! – Вам уже хватит, – едва заметно скривился Снейп. – Пойду кофе сделаю, чтоб вас, иди… легкомысленных магов, в чувство привести. – Оставь, Сев, – посоветовал Малфой, и его глаза на мгновение стали такими же печальными и тоскливыми как в самом начале вечера. – Мы так старались стать легкомысленными, а ты все хочешь испортить. Ну хорошо, – вздохнул он, видя, что Снейп недовольно нахмурился. – Сейчас я домовика позову, и он принесет… – Очередную гадость. Я слишком хорошо помню, что у вас тут готовят вместо кофе! – Снейп, уже успевший дойти до дверей, обернулся на пороге. – Ребенка не споите, пока я отсутствую,– предостерег он и вышел. – Хорошо, мамочка, – ухмыльнулся ему вслед Сириус. – Вот умный же человек, а иногда такие глупости говорит, – слегка обиделся Малфой. – Что ж я, совсем ненормальный. Вот скажите, мистер Поттер, я похож на идиота? Гарри рассмеялся и помотал головой. – Нет, что вы, мистер Малфой. – Кстати, а что это мы до сих пор так официально? – недовольно произнес Малфой. – Сири, налей-ка молодому человеку вина. Мистер Поттер, вы умеете пить на брудершафт? Гарри снова помотал головой. – Сейчас мы это исправим! Гарри принял отлевитированный Сириусом бокал и стал выполнять инструкции Малфоя. И удивился тому, что вино в этот раз имеет совсем другой вкус. Впрочем, удивлялся он недолго. – А сейчас я вас поцелую, и мы покончим с формальностями, – улыбнулся Малфой и притянул Гарри к себе. «Ой, что будет!», – успел только подумать Гарри, и к его губам прижались горячие губы Малфоя. Люциуса. Это было последнее воспоминание Гарри о том вечере.

~ * ~ * ~

Вечер удался на славу – даже занудничающий Снейп не портил его. Впрочем, Снейп придавал этим милым посиделкам особую прелесть, эдакую изюминку. Сириус помнил множество вечеринок, школьных и послешкольных, спокойных и разгульных. Эту он наверняка запомнит, как самую тихую и домашнюю. Можно даже сказать, семейную. Хотя… Да, именно семейную – Гарри был единственным членом его семьи, той самой семьи, которой у него никогда не было и за которую Сириус готов был порвать горло любому. Люциус был членом семьи официальной, многочисленной и блэковской, а Снейп… он так трогательно опекал Гарри, что Сириус и его готов был считать родственником – если не по крови, так по прошлому и настоящему. Что ни говори, Снейп был из той, прошлой жизни, в которой были живы Мародеры, в которой еще не было пророчества и предательства. И которая порой являлась Сириусу во снах – и после этого он готов был выть от тоски. Впрочем, он быстро понял, что общение со школьным недругом является лучшим лекарством от этого мерзкого чувства. И это было одной из причин, по которым Сириус упорно не выполнял данное как-то обещание съехать в дом Блэков. Сроков-то он не оговорил, а Снейп не уточнил. Другой причиной было то, что общаясь и с Гарри, и со Снейпом, Сириус чувствовал себя почти живым. И почти верил в то, что все это, все что с ним сейчас происходит, не сон, не сладостное видение, которое развеется с наступлением тусклого утра и холодом дементоров. Что должно произойти, чтобы окончательно поверить и стать совсем живым, Сириус пока не знал. Люциуса он тоже помнил по прошлой жизни. Высокомерного чистокровного выродка с замашками повелителя всех и всего и змеиной улыбкой. Иногда улыбка становилась сладкой, словно патока, и Джеймс как-то заявил, что в такие моменты Малфой похож на шлюху в ожидании богатого клиента… Сейчас Люциус не был ни высокомерным, ни сладким – обычный мужик, вырвавшийся на волю. Правда, и Снейп, и Нарцисса говорили, что своей семьей Люциус гордится, сына обожает, а жену нежно любит, но, по мнению Сириуса, даже если это так, гульнуть по поводу свободы все равно стоило. Вот они и гуляли. – Ребенка не споите, пока я хожу,– в какой-то момент заявил отвратительно серьезный Снейп и величественно удалился. Люциус тут же решил, что настало самое время пообщаться с Гарри поближе. Сириусу это не совсем понравилось – одно дело погулять на вечеринке, а совсем другое иметь какие-то излишне личные дела с Малфоями, но он решил пока не вмешиваться. Тем более, что Малфой был закоренелым любителем женщин, и даже в развеселых школьные годы, время всяческих экспериментов, имел интрижки только с представительницами противоположного пола. Но все равно Сириус внимательно следил за тем, как участники ритуала переплетают руки и выпивают напитки. – А сейчас я вас поцелую, и мы покончим с формальностями, – улыбнулся Малфой, опустошив свой бокал. Он прикоснулся ритуальным поцелуем к губам Гарри и обворожительно улыбнулся. – Итак, Гарри… – и он замолчал, в ожидании глядя на Гарри. – Да, мистер Малфой? – Нет-нет, что ты. Люциус! – Люциус, – послушно повторил Гарри и смущенно улыбнулся. – Это так непривычно… Люциус рассмеялся, а Гарри, внезапно зевнув, пробормотал что-то об усталости. – Какая молодежь нынче пошла, – покачал головой Люциус. – Тинки! Явившийся на зов величественный домовик важно поклонился Люциусу и с достоинством спросил, чего хозяин изволит. Хозяин изволил, чтобы молодого гостя уложили спать. – Его комната еще, наверное, не готова. Так что уложи в спальне Драко. – Люциус печально вздохнул. – Все равно он сейчас с Цисси… Домовик почтительно поклонился и исчез вместе с Гарри. – Сири, налей мне еще, – попросил Люциус, взмахом руки отправляя свой бокал в сторону Сириуса, но ошибся с траекторией и грохнул бокал об стену. – Из рук все в последнее время все валится, – с обидой глядя на осколки, посетовал он. – Пить меньше надо, – едко заявил вошедший Снейп. – При чем тут это?! – Где Гарри? – перебил Люциуса Снейп. – Спит, – честно ответил Сириус. Снейп не поверил, и в конец разобидевшийся Люциус снова вызвал домовика, и тот подтвердил, что да, молодого гостя устроили со всеми удобствами и что он изволит спать. Снейп успокоился и, вручив принесенный кофе собутыльникам, наконец-то стал пить нормальное вино. Люциус вскоре дуться перестал, стал рассказывать ужасно смешной случай с какими-то маглами и их обычаями, потом разговор перешел на обычаи магов разных стран. Жизнь была прекрасной и удивительной, хотя Сириус и понимал, пусть и не очень отчетливо, что некоторая доля этой прекрасности проистекает из-за вливаемого коньяка. В какой-то момент в кабинете появились Нарцисса и Малфоеныш, который тут же попытался поскандалить со своим родителем. Сириус с интересом ждал, чем закончится скандал в благородном семействе. Но увы! Нарцисса увела Люциуса из кабинета, а Снейп что-то шепотом принялся втолковывать Малфоенышу. Тот пытался шипеть и огрызаться, но довольно быстро сник и уселся в кресло, в котором раньше сидел Гарри. Вскоре вернулся и вновь довольный жизнью Люциус, попросил налить своему отпрыску чего-нибудь и затих в кресле, полуприкрыв глаза и улыбаясь. – Я сам налью, – проворчал Снейп и, конечно же, тут же вручил Малфоенышу бокал с компотиком. – Драко, ты надолго в Мэнор? – Не знаю пока. Думал провести тут все каникулы, но теперь… Блэк тихо фыркнул, вызвав неодобрительный взгляд Снейпа, негодующий Малфоеныша и внимательный Люциуса. – Кстати, Сири, – задумчиво произнес он. – Ты же незнаком с моим сыном? – Ну почему же, – широко улыбнулся Сириус. – Мы неплохо узнали друг друга… Или, по крайней мере, я неплохо узнал твоего сына, пока он занимался с Гарри перед балом. – Занимался?! – неподдельно удивился Люциус. – С Гарри? – Танцы и этикет, – мрачно пробурчал Малофеныш. – В те вечера, когда не был занят на отработках у Северуса. Хотя еще не понятно, что было хуже! – Эй, ты говоришь о моем крестнике! – возмутился Сириус. Малфоеныш смерил его почти-малофевским взглядом и кисло улыбнулся. – Извините, – надменно произнес он. – Несомненно, резать флоббер-червей было значительно хуже, чем вбивать в голову вашего крестника азы поведения в приличном обществе… Люциус заржал, едва не расплескав свой коньяк, Снейп ехидно ухмыльнулся, уткнувшись носом в бокал с вином, а Малфоеныш скорчил скорбную рожу и замолк. – А что лучше? – оценил шутку Сириус. Несмотря на выкрутасы и мерзкий характер, Малфоеныш ему чем-то нравился. А может быть, именно благодаря выкрутасам. – Танцевать с Грейнджер, – поразмыслив, ответил он. – Для ее происхождения она на удивление прилично танцует. По крайней мере, лучше Панси. – Ты еще и с подружкой Гарри танцевал? – отсмеявшись и отхлебнув коньяка, удивился Люциус. – Чего я еще о тебе не знаю? – Вы были заняты, отец, – снова скорчил рожу Малфоеныш. – Разводом с мамой. И прочими делами. – Он быстро глянул на Снейпа и поднялся со своего места. – Прошу меня простить, но я устал и хотел бы отдохнуть. – Хорошей ночи, Драко, – улыбнулся ему Люциус, но благодарный сын даже не удостоил его взглядом. После его ухода вечеринка потекла своим ходом, и вскоре Сириус, уже изрядно захмелевший, на некоторое время выпал из реальности. Разбудил его гневный женский голос. – Как тебе не стыдно?! Ведешь себя как… как… – Цисси… Любимая… Прости меня! – надрывно шептал Люциус. Сириус открыл глаза и в первый миг даже решил, что все еще спит. Ибо только во сне надменный Люциус, воплощение себялюбия и чванливости, мог стоять на коленях и, умоляюще глядя на возвышающуюся над ним женщину, целовать ей руки. – Стоило мне ненадолго оставить тебя одного, как надрался словно последний голодранец! А ты, Сев?! – Нарцисса, не прекращая попыток отмахнуться от супруга, повернулась к Снейпу. – Ладно этот, но ты! – Я почти трезв! – ответил Снейп. – Значит, уложи этих… спать! – приказала Нарцисса. – А с тобой, – она вновь повернулась к Люциусу, – я утром поговорю. Она недовольно скривилась и вышла из комнаты. – Действительно, поздно уже, – меланхолично произнес Снейп и встал. – Давайте помогу до кровати добраться. Как именно они добрались до кровати в спальне Люциуса, Сириус помнил очень плохо. В памяти остался только темный коридор и недовольное бурчание Снейпа. Потом на Сириуса коварно напал какой-то предмет мебели, ударив под коленки, и он свалился на что-то мягкое и уютное. Рядом рухнуло тяжелое тело, раздалось шипение Снейпа: – Алкоголики проклятые. Чтоб я еще раз… – Сев, не уходи, – умоляюще пробормотал Люциус. – Мне страшно. – И что, подержать тебя за руку? – ядовито поинтересовался Снейп. Что именно ответил ему Люциус, Сириус уже не узнал – сон навалился на него, словно умелый убийца из-за угла, и отправил в беспамятство.

~ * ~ * ~

Утро для Северуса началось с пинка. Он резко сел… Точнее, попытался сесть, но его первая попытка не увенчалась успехом. Ощущения были такие, словно он спал в обнимку с кальмаром – куча чужих конечностей, оплетающих все тело, вдавливала его в кровать. – О Мерлин, – пробормотал он. На правом плече, едва слышно посапывая, спал Блэк, в левую руку вцепился Люциус, уткнувшись носом в плечо Северуса. – За что мне все это?!– страдальчески вопросил Северус у потолка и попытался сесть еще раз. После недолгой борьбы свобода передвижения была отвоевана, хоть Блэк и сердито ворчал, цепляясь, как дьявольские силки. Северус недовольно поморщился – спать в одежде, для этого не предназначенной, он не любил. Хотя бы потому, что одежда после этого выглядела крайне непрезентабельно. Бросив на безмятежно спящих собутыльников негодующий взгляд – ведь хотел же пойти спать в отведенную ему комнату, но вцепились же так, что на тот момент ему показалось вполне логичным остаться здесь, – Северус пошел приводить себя в порядок. Мир определенно становится лучше, когда ты умыт и на тебе свежая одежда. И даже кажется, что для счастья не хватает самой малости – скажем, чашечки ароматного кофе и легкого завтрака. Судя по негромким звукам, доносившимся из малой гостиной, эту точку зрения разделял еще кто-то. Северус пошел на звуки и запах свежей выпечки, уже предвкушая, как сделает первый, самый вкусный глоток кофе. – Доброе утро, Сев, – улыбнулась ему Нарцисса. – А эти двое еще спят? – Доброе, – не стал спорить с ней Северус. – Конечно спят. Знала бы ты, сколько они вчера… употребили. – Догадываюсь, – едва заметно поморщилась она. – Надеюсь, это не войдет в привычку. – Я постараюсь не допустить этого, – покаянно склонил голову Северус. – Но ведь ты мне поможешь? Нарцисса снова улыбнулась, и завтрак прошел в теплой дружеской атмосфере. Они обсудили множество тем, поделились новостями и слегка посплетничали о знакомых. А потом всплыла тема «Гарри Поттер и Турнир Трех Волшебников». – Сев, он же совсем ребенок, – покачала головой Нарцисса. – Неужели ничего нельзя было сделать? – Его представитель в магическом мире не смог, – ответил Северус, а после небольшой паузы неохотно добавил: – Или не захотел. – Ах, да, у него же нет родных, которые могли бы представлять его интересы. А кто?.. – Дамблдор. Нарцисса скривила губы. Она со школьных времен недолюбливала Дамблдора, пусть и не настолько сильно, как Люциус, и причины этого отношения, наверняка, были другими. Но своего отношения женщина не скрывала, хоть и не позволяла себе критиковать Северуса и его верность директору. И за это Северус был ей искренне признателен. В конце концов, ему вполне хватало едких замечаний Люциуса. – А Сириус? – задала она вполне логичный вопрос. – Он всего лишь крестный. Нарцисса задумалась, прикусив губу и глядя в чашку, словно надеялась найти там ответ на свои размышления. Наконец она вздохнула и поднялась из-за стола. – Спасибо за приятный завтрак, Сев. Я опасалась, что до обеда буду бродить по дому одна, словно призрак. – Одна? Где-то в недрах вашего дома еще должен бродить Гарри. Да и Драко вряд ли отправился спать куда-то далеко. – Да, ты прав, – она едва заметно улыбнулась. – И хорошо, что ты упомянул про моего наверняка все еще спящего сына. Он мне кое-что обещал… Сев, – она чуть смутилась, – поможешь мне? – В чем? – Драко уже совсем взрослый. И… может, разбудишь его? Все же когда мать вторгается в комнату… – Ты так мило краснеешь, – поддел ее Северус. – Неужели уже попадала в неловкую ситуацию? – Сев! – Все, иду, иду. Он тоже думал, что Драко еще спит – в конце концов, к концу триместра заветной мечтой любого студента было выспаться, но все же легонько постучал в двери спальни Драко и лишь после этого вошел.

~ * ~ * ~

Первой осознанной мыслью Гарри было «Я целовался с Люциусом Малфоем». Он открыл глаза, недовольно поморщился – не снял на ночь линзы, и теперь за это расплачивался, а потом снова подумал о Малфое. – Твою мать! – с чувством произнес он. – Охренеть же просто. Я целовался с Люциусом Малфоем! – Если не заткнешься, – раздалось откуда-то сбоку, – то это станет твоим последим воспоминанием в этой жизни. Гарри резко сел – и тут же понял, что мир сегодня явно против него. Желудок резво пополз вверх, и пришлось зажать себе рот ладонью, чтобы не допустить окончательного всплытия внутренностей. Гарри осторожно скосил глаза в ту сторону, откуда раздавался голос… потом также осторожно повернул голову и увидел рядом с собой Малфоя. Драко Малфоя. – Что ты тут делаешь? – убедившись, что его органы все же решили оставаться на предназначенных им местах, и что Малфой ему не мерещится, спросил Гарри. – Сплю, – плотнее укутываясь в одеяло, хмуро ответил Малфой. – А вот что ты делаешь в моей кровати? – Твоей? Гарри лихорадочно пытался вспомнить, как выглядела та комната, в которой он оставил свои вещи, но память услужливо подсовывала только одно воспоминание – проклятого Люциуса с бокалом и горячими губами. – О черт! – Поттер, хватит вопить, – скорчил недовольную рожу Малфой. – И вообще выметайся из моей кровати. В конце концов, это неприлично! – Неприлично залезать в уже занятую кровать, – ответил Гарри и встал. Желудок снова решил взбунтоваться, и Гарри вновь принялся уговаривать его вести себя как положено. Именно этим и можно объяснить тот факт, что он заметил Снейпа лишь тогда, когда тот вошел в комнату, отвратительно бодрый и свежий. – Гарри? Сил Гарри хватило лишь на то, чтобы слабо кивнуть и промычать что-то невнятное. – О Мерлин! – простонал Малфой. – Поттер, ванная за вон той зеленой дверью! Гарри ринулся прочь, надеясь добежать хоть куда-то, не потеряв жалкие остатки достоинства. Когда он полувыполз–полувыпал обратно, Малфой уже сидел в кресле у окна, а Снейп стоял неподалеку и с интересом его слушал. – …и я не знаю, как тут оказался Поттер. Спроси у него сам, если мне не веришь. – Я вообще не помню, как тут очутился,– честно признался Гарри. – Я был в кабинете, и вдруг оказался тут. – А с отцом ты целовался еще там или уже тут? – ехидно уточнил Малфой. – Гарри?! – Да не целовался я с ним,– поспешил заверить Гарри и коварного Малфоя, и остолбеневшего и онемевшего то ли от гнева, то ли от изумления Снейпа. – То есть целовался, но не так, как ну… Не так, в общем. – Не как? – отмер Снейп. – Он предложил выпить на брудершафт. Я подумал и решил, что идея неплохая, Сириус налил вина, ну и… – Сириус? Вино стояло около моего кресла, а рядом с Блэком … – Снейп замолчал, потом что-то процедил сквозь зубы и резво вылетел вон. – Интересно, они здесь тоже заглушающие наложат? – пробормотал Гарри и, решив, что стоять слишком утомительно, вновь улегся на кровать. Глаза тут же стали слипаться. – Зачем? – с интересом спросил Драко. – А они всегда их накладывают, когда орут друг на друга, – зевнув, честно ответил Гарри. Он явно все еще был не в себе – иначе бы ни за что не стал разговаривать с Малфоем о своих делах. И уж тем более не стал бы рассказывать о том, как провел прошлое лето, точнее, с кем. Ведь даже Гермионе он до сих пор не рассказал об изменениях в своей жизни, хоть и очень хотел. Однако и Сириус, и Снейп в один голос твердили, что этого делать не стоит, вот Гарри и молчал. Но подлый Малфой – а что с него взять, слизеринцы все такие! – воспользовался удобным моментом, подловил Гарри в минуту слабости и воспользовался этим самым моментом. Стоил Гарри осознать, что именно он сейчас рассказал и кому, он тут же замолчал, но увы, было уже поздно. – Как интересно, – нагло улыбнулся Малфой. – Мне почему-то кажется, что эта информация может дорого стоить. – Ты не расскажешь! Никому не расскажешь! – то ли взмолился, то ли возмутился Гарри. – Хм… А что мне помешает? – прищурился Малфой, предвкушающе облизываясь. – Или ты готов заплатить за мое молчание? – А что ты хочешь? – уточнил Гарри, хоть про себя решил, что заплатит любую… ну, почти любую цену. – Думаю, это будет вполне оправданно, если в обмен на выполнение твоего желания я потребую исполнение моего. – Какого? Гарри слегка запаниковал – мало ли что может взбрести в голову этого… этого… – Я еще не решил, – многозначительно улыбнулся Малфой. – Ты же понимаешь, что так сразу назвать цену за столь выгодный товар я не могу. – Чтоб ты провалился, – с чувством пожелал Гарри.

~ * ~ * ~

Вот уже почти полгода Сириус был вынужден мириться с присутствием в своей жизни Снейпа. Либо утро с него начиналось, либо вечер им заканчивался. В последнее время это было почти приятное завершение дня, но зато пробуждаться в компании Снейпа Сириус не любил. Особенно, когда тот принимался орать над ухом и тем самым Сириуса будил. Сегодняшнее утро стало неожиданным исключением – орал Снейп на другого. – Какого демона вы спаиваете мальчишку?! Я тебя спрашиваю?! – вопил он. – Я же специально просил! – Сев, он уже не маленький, – совсем рядом послышался ленивый голос Люциуса. – Ну подумаешь, слегка перепил – с кем не бывает? – Слегка?! Сириус нашарил подушку и положил ее себе на ухо, надеясь, что это поможет, но стало только хуже. – Алкоголики проклятые, – бушевал Снейп. Попутно он содрал с Сириуса одеяло и отнял подушку. – На пять минут, всего на пять оставил его с вами, и что?! – И что?! – с интересом спросил Люциус. – Сначала ты с ним целовался, а потом он нашелся в постели твоего сына! – Что?! Кровать дернулась, когда Люциус резко сел, потом послышалось недовольное бормотание, затем хлопнула дверь. – Так, один сбежал, – прорычал Снейп. – Зато второй остался… Сириус решил, что не открывать глаза будет безопаснее. – Скажи мне, Блэк, – зашипел Снейп, кажется, нависая над Сириусом. – Ты чем думал, когда наливал подростку целый стакан виски? – Коньяк, – уточнил Сириус. – Я же не совсем кретин, чтоб виски наливать… Где-то в коридоре что-то загрохотало, Снейп коротко выругался и выскочил за дверь, а Сириус, решив, что доспать не получится, нехотя вылез из кровати и пошел искать свою комнату и приводить себя в порядок, а затем завтракать. В столовой изрядно смущенный Гарри внимательно слушал Люциуса, рассуждающего о невыносимой легкости бытия. – А где остальные? – спросил Сириус, без всякого удовольствия оглядывая накрытый к завтраку стол. – В библиотеку пошли, – ответил Люциус и продолжил общение с Гарри. Сириус заметил, что они оба в основном пьют чай и почти не притрагиваются к еде. «Не один я страдаю, – удовлетворенно подумал он. – Надо бы у Снейпа антипохмельное выпросить – ни за что не поверю, что он не захватил его с собой». Но Снейп, действительно сидевший в библиотеке и уткнувшийся носом в какой-то толстый фолиант, сначала вообще не пожелал разговаривать, а потом заявил, что сам он в подобных зельях не нуждается. А если у кого-то болит голова, то это проблема того, кто не умеет пить. И Гарри тоже зелья не получит – надо думать, с кем пьешь и смотреть на то, что пьешь. И вообще, Сириус ужасно мешает ему, Снейпу, отдыхать. – Ну вот совсем не меняешься же! – в сердцах воскликнул Сириус и получил в ответ ехидное пожелание в зеркало поглядеть. В столовой уже никого не было, и Сириус стал бродить по дому в поисках хоть кого-нибудь. Нарцисса, которую Сириус отыскал в малой гостиной в обществе Малфоеныша и Гарри, кузену обрадовалась и тут же отправила «помогать мальчикам», невзирая на то, что Сириус пытался увильнуть от этого. – Все бабы ведьмы, – ворчал он, вместе с Гарри переставляя массивный диван поглубже в угол. – А уж Блэки… Гарри тихо хихикнул. – Так уж и ведьмы? – уточнил он. – А мне показалось, что миссис Малфой очень… – он покосился на Малфоеныша, с унылым видом стоящего неподалеку, и закончил: – Очень хорошая женщина. – Иногда это одно и то же, – усмехнулся Сириус. – Хотя… Знаешь, вот если бы я выбирал себе жену, она была бы из Блэков – потому что мы понимаем друг друга. Что не мешает нам ссориться. – После недолгого раздумья он добавил: – И ненавидеть друг друга тоже не мешает. – Следуя твоей логике, мне следовало бы искать жену из Поттеров? – с интересом спросил Гарри. – Хм… – Сириус задумался. – Думаю, когда придет время, ты сам поймешь, кого тебе выбирать, – и он подмигнул Гарри, который медленно заливался румянцем. – Поттер кого-то выбирает? – поинтересовался Малфоеныш. – И когда свадьба? Гарри покраснел так, что, казалось, у него скоро запылают щеки, а Сириус тихо рассмеялся – он не ожидал, что разговор на эту тему вызовет такую реакцию. Малфоеныш же нахально уставился на Гарри и стал с участливым видом давать ему советы… Сириус на месте Гарри пришиб бы паршивца и за его тон, и за то, что именно он говорил, но Гарри только сделал вид, что ничего не слышит, а потом под благовидным предлогом – мебель, на которую указала Нарцисса, была передвинута на новые места – сбежал поближе к «очень хорошей женщине». Малфоеныш тут же заткнулся, а Сириус решил воспользоваться моментом и исчезнуть куда-нибудь подальше, например, в библиотеку. Уж лучше молчащий над книгами Снейп, чем деятельная кузина. Идея оказалась не настолько хорошей, как рисовалась Сириусу, ибо Люциус добрался до Снейпа раньше. Сириус, который вошел бесшумно, остановился на пороге и с интересом прислушался. – Сев, его возрождение – всего лишь вопрос времени. Голос Люциуса звучал глухо и безжизненно – Сириус даже не узнал его в первый момент. – И я не знаю, что мне делать. Я не хочу к нему возвращаться, но я, как все, боюсь… – Не все, – так тихо, что Сириус едва расслышал, ответил Снейп. – Не все вернутся из-за страха, есть еще его верные сторонники. – Как ты думаешь, когда он возродится? – Не знаю. И как тоже не знаю, но хотел бы понять – чтобы иметь возможность подготовиться… – А давай попробуем? – в голосе Люциуса промелькнули знакомые интонации. – Не получится – будем знать столько же, сколько и сейчас, а получится… Снейп помолчал, а потом ехидно спросил: – Что, хочешь стать пленником библиотеки? – Ну почему же сразу пленником? – легкомысленно отмахнулся Люциус. – К тому же Цисса вовсю хозяйничает, и мне не хочется попадаться ей на глаза в такие моменты… – Он оглянулся через плечо и в упор поглядел на Сириуса. – Вот и кузен сбежал, да, Сири? Рыться в библиотеке действительно оказалось интереснее, чем помогать Нарциссе, и вскоре все трое уже азартно искали любые упоминания о возрождении, возвращении из-за грани, жизни после смерти и прочей метафизической ерунде. Нарцисса, заглянувшая к ним в момент обсуждения найденной Люциусом книги какого-то араба, очень выразительно вздохнула и ушла, правда, вскоре прислав эльфа с сообщением о накрытом к обеду столе. – Думаю, Драко не стоит говорить о… наших изысканиях, – заметил Люциус. – Как и Гарри, – кивнул Сириус. – А то бы я без вас не догадался, – съязвил Снейп.

~ * ~ * ~

Вопреки опасениям и отнюдь не радостным прогнозам, каникулы удались относительно спокойные, Северусу даже удалось неплохо отдохнуть. Семейство Малфоев вернулось к своему вполне обычному состоянию, Блэк большую часть времени либо проводил вне Мэнора, либо резвился с молодежью, впрочем, на метлах с ними не летал. Зато в снежном побоище участвовал наравне, за что и был вывалян в сугробе и закидан снежками. В последний день каникул Северусу пришлось отправиться в Министерство, в Отдел опеки и попечительства. Стряпчий, которого посоветовал Люциус, оказался действительно стоящим, и рассмотрение прошения о передаче опеки над несовершеннолетним магом Гарри Поттером в Отделе рассмотрели не только очень быстро, но и без привлечения лишнего внимания. Собственно говоря, на слушании присутствовали только три человека: чиновник Министерства, Северус и Дамблдор – как прежний представитель интересов Гарри в магическом мире. Против нового опекуна он не возражал, только после окончания слушания укоризненно заметил, что Северус мог бы лично рассказать о своих планах. И заранее. В Мэноре Северуса уже ждали. – Ну как? – старательно делая вид, что задает вопрос из вежливости, поинтересовался Люциус. Нарцисса едва заметно улыбнулась, взглянув на мужа, и перевела взгляд на Северуса. – Ты где был? – сердито спросил Блэк, по случаю выходного и под предлогом проводов Гарри на учебу со вчерашнего вечера околачивающийся в Мэноре. – Все хорошо, – улыбнулся Северус Малфоям и вместо ответа вручая свиток с Министерскими печатями Блэку. – Ты… ты теперь опекун Гарри? – быстро пробежав глазами текст, неверяще пробормотал Блэк. – Я думал, что ты тогда шутил… – Это надо отметить! – воодушевился Люциус, но, почувствовав взгляд Нарциссы, тут же добавил: – Вкусным… хм… нет, оригинальным обедом. – О да, – закатив глаза, откликнулся Блэк. – Он будет воистину очень оригинальным! – Ты сомневаешься в моем сыне? – надменно вздернул подбородок Люциус. – Нет, он же твой сын, – ехидно ответил Блэк. – Как я могу в нем сомневаться? Северус оставил их пререкаться под насмешливым взглядом Нарциссы, а сам пошел переодеваться и искать Гарри. Тот нашелся на кухне. Сидел на столике у окна, болтая ногами, и тихо хихикал, глядя, как несколько домовых эльфов со скорбными лицами и периодически заламывая руки, стенают, наблюдая за Драко. Тот со свирепым выражением стоял над блюдом с перепелками и что-то бурчал себе под нос. – Что здесь происходит? – поинтересовался Северус. – Мы поспорили с Малфоем, что он не сможет приготовить одно блюдо, – весело отозвался Гарри. – Вот, сижу, наблюдаю. – Он ехидно прищурился и добавил: – Одну тушку он попросту порезал, зато вторую… – Заткнись, Поттер! – прошипел Драко. – Фу, как грубо, – развеселился Гарри еще больше. – Он уменьшил апельсин, засунул его внутрь, а потом… – Заткнись! – А потом вернул апельсину размер, – не обращая на него внимания, произнес Гарри. – А птичку… птичку… порвало! – Северус! – Видимо, отчаявшись изгнать Гарри из кухни, Драко обратился к «голосу разума». – Пожалуйста! – Ты не обращай на нас внимания, – метнув на Гарри предупреждающий взгляд, ответил Северус. – Мы не помешаем. Ему уже стало интересно, чем закончится этот спор. Драко сердито поглядел сначала на Гарри, потом на Северуса и вновь повернулся к столу. – Думаю, тебе это будет интересно, – с деланным равнодушием произнес Северус, не отводя взгляда от Драко, и протянул Гарри министерский свиток. Тихо прошуршал пергамент, и наступила тишина. – Это… это правда? – неверяще прошептал Гарри. – Я так похож на близнецов Уизли? – саркастично ответил Северус. – Или за мной водится привычка шутить, как за твоим крестным? – Нет. Гарри прижал свиток к груди и закрыл глаза. – Спасибо. Северус дотянулся и взъерошил ему волосы. – Не надейся, что я буду более снисходителен к тебе, – предупредил он. – И почему я в этом не сомневаюсь? – улыбнулся Гарри, возвращая свиток. – О чем вы там шепчетесь? – недовольно обернулся Драко. – Порть своих куропаток дальше, – фыркнул Гарри. – Перепелок, Поттер, перепелок, – высокомерно ответил Драко. – И я уже не порчу. Он отошел в сторону, показывая двух птиц, аккуратно уложенных в судок. – Неужели ты запихал в этих недомерков апельсины? – не поверил Гарри. Драко самодовольно усмехнулся. – В отличие от тебя, Поттер, я на зельеварении не с Уизли сплю. – Я ни с кем не сплю!.. Северус, старательно сдерживая улыбку, поспешил к себе. Наблюдать за общением этих двоих было забавно, но показывать этого не хотелось. Ужин действительно был оригинальным – ибо был приготовлен не эльфами – но вполне неплох. Застольные разговоры, естественно, были в основном о Хогвартсе и Турнире. Когда Гарри признался, что все еще не разгадал секрет золотого яйца, Блэк и Драко возмущались больше всего. – Поттер, ты совсем идиот? – спросил Драко. – Или думаешь, что постоянно везти будет? – Действительно, Гарри, – покачал головой Блэк. – Столько времени уже прошло, а ты… Гарри в ответ лишь отмахивался и обещал, как только вернется в Хогвартс, тут же заняться решением. – Грейнджер небось спросишь? – ехидно прищурился Драко. – Ну что ты на меня так уставился? – Драко, – укоризненно одернула его Нарцисса. – А что? Всем уже давно известно, что в Золотом Трио мозги есть только у нее. К счастью для Гарри, разговор удалось перевести на другую тему – за что благодарить стоило Люциуса, а после обеда Северус попросил Драко пройти с ним и Блэком в библиотеку. – Я знаю, – дождавшись, пока Драко плотно прикроет за собой дверь, произнес Северус, – что ты многое узнал на этих каникулах. И я вынужден пойти на этот шаг – ради безопасности, в том числе и твоей. Непреложный Обет, Драко. А Сириус будет свидетелем. – Ты все же не настолько уверен в Малфоеныше? – поинтересовался Блэк, когда Драко ушел собирать вещи – Нарцисса вновь отбывала во Францию и забирала сына с собой.– Или ты со всех Малфоев Обет возьмешь? – Только с Драко, – ответил Северус. – Он слишком импульсивен и не научился еще держать себя в руках. – Ну да, – хмыкнул Блэк. – Сын Люца… – Нет, это кровь Блэков сказывается. В ответ Блэк только недовольно поморщился, но возражать не стал. С уходом Нарциссы и Драко в Мэноре стало тихо и как-то печально. Люциус засел в кабинете и занялся приведением деловых бумаг в порядок, Северус снова устроился в библиотеке, и вскоре к нему присоединился Гарри. – Я не помешаю? Северус молча посмотрел на него поверх книги. – Я хотел поговорить. Что-то же должно измениться теперь, да? – Гарри устроился в кресле напротив. – Я не знаю, но… – И как ты себе представляешь эти изменения? – поинтересовался Северус. Он отложил книгу и откинулся в кресле. «Интересно, это Гарри сам решил поговорить? Или ему подсказали?» – Я не знаю. Наверное, надо будет рассказать директору и профессору Макгонагал? – Альбус знает – он был на слушании. А Минерва… Она не интересовалась твоей семьей раньше, и я не вижу причин, по которым что-то должно измениться. – А вы интересовались? – насупился Гарри. – Я знаю о своих слизеринцах очень многое, с родителями некоторых встречался. – Северус криво усмехнулся. – А с частью родителей очень хорошо знаком, – он прикоснулся пальцами к левому предплечью. Гарри едва заметно передернуло. – Уверяю тебя, – продолжил Северус, – Помона встречалась почти со всеми родителями своих студентов – хоть и не афиширует этого. Впрочем, каждый декан сам решает, как ему вести себя. Кстати, раз ты заговорил о том, что кому стоит знать. Грейнджер можешь рассказать, если уверен в ее молчании, но больше никому. И… – он едва заметно улыбнулся, – требовать с тебя теперь я стану больше. Гарри тихо застонал и явно напоказ уткнулся лицом в ладони. – А я уже стал надеяться… Впрочем, Северус заметил, что Гарри прячет улыбку, и немного расслабился – не стоило, наверное, напоминать о Метке. – Сириус хотел меня проводить на Хогвартс-экспресс, – вновь выпрямившись, припомнил Гарри. – Он же может?.. – В ваши отношения с крестным я вмешиваться не собираюсь, – отмахнулся Северус. «Мне хватает его общения со мной лично, – подумал он. – Все же стоит напомнить ему о доме Блэков». – А вы?.. – Я сразу в Хогвартс, только домой за кое-какими вещами зайду, – ответил Северус. – И, Гарри, летом ты должен будешь некоторое время провести в доме тетки. Надеюсь, суток будет достаточно. – Меня еще Рон приглашал летом в гости. – Об этом мы поговорим после экзаменов. И окончания Турнира. Из коридора послышался голос Блэка. – Иди, пока его Люциус не услышал, – усмехнулся Северус. – И, кстати, напомни своему крестному об обещании привести в порядок его, – он подчеркнул интонацией это слово, – дом.

~ * ~ * ~

С друзьями Гарри встретился на платформе. Сначала его окликнули близнецы, потом вихрем налетела Джинни, закружила и завертела, затем подошли Рон и Гермиона. Сириус отошел в сторону, не мешая, и с одобрительной улыбкой наблюдал за веселой суетой. Когда раздался гудок паровоза, Гарри подошел попрощаться. – Не переживай, – тихо сказал Сириус, обнимая его. – На днях увидимся. – Опять Окклюменция, – простонал Гарри. – А ты Сева попроси позаниматься, – посоветовал Сириус и подтолкнул в сторону экспресса. – Ну все, иди. В поезде друзья делились впечатлениями, Рон посетовал на то, что близнецы опять подшучивали над ним. – А ты, Гарри? – спросил он. – Вы с Сириусом вдвоем были, да? Гарри вспомнил вечерние чаепития в Мэноре, приготовление обеда Малфоем, брудершафт с Люциусом, игры в заснеженном саду… – Мы были в гостях у его родственников, – ответил Гарри. – Было очень весело. Подробности он рассказывать не стал, а друзья не стали приставать с расспросами. Большой зал сиял огнями и пестрел мантиями, преподаватели поглядывали на гомонящих студентов. Гарри заметил, что Дамблдор пристально наблюдает за ним, и решил после ужина поговорить с директором. Ему отчасти было стыдно за то, что вся подготовка к смене опекуна была проделана в тайне от директора, но, с одной стороны, Гарри не верил в том, что Снейп действительно захочет стать опекуном, с другой… У директора Хогвартса слишком много дел, чтобы заниматься каждым студентом, и тревожить его лишний раз не хотелось. Дамблдор, видимо, и сам хотел поговорить с Гарри – он словно специально задержался после ужина, и Гарри, улучив момент, подошел к нему. – Я рад за вас с Северусом, мой мальчик, – тихо произнес Дамблдор. – Но знай, что двери моего кабинета по-прежнему открыты для тебя в любое время. Гермионе Гарри сообщил новости на следующий день – после занятий заглянул в библиотеку, увидел, что она в одиночестве сидит на своем любимом месте у окна, и рассказал. И про летние каникулы, и про то, что Снейп теперь его официальный опекун. – Это шутка, Гарри? – не поверила сначала она. – Нет, что ты, – опешил он. – Думаешь, я стал бы шутить над ним? – Не знаю, – честно ответила Гермиона. – Но у меня в голове пока это никак не укладывается. – Думаешь, у меня укладывается? – улыбнулся Гарри. – У тебя было время привыкнуть, – улыбнулась в ответ подруга. – Но ты рад тому, что произошло? Гарри вспомнил свое первое появление в доме Снейпа, свой день рождения, визит к тетке, к Малфоям… – Да, – уверенно ответил он. – Я рад. А самое забавное, что и Сириус, кажется, тоже рад. Гермиона приобняла его за плечи и коротко поцеловала в щеку. – Просто он любит тебя, Гарри. А теперь иди, не мешай мне заниматься. Гарри рассмеялся и пошел искать Рона – они договорились вместе подготовить задание по астрономии и домучить задание по прорицаниям.